Николай Коростелев – Гнев Неба (страница 14)

Родители Ци Си хоть и были знатны, но не входили в первую сотню дворян империи, а желая ей личного счастья, не стремились отдавать дочь в наложницы императору.

Желание любыми путями приблизиться к владыке Поднебесной вело к тому, что задолго до начала самого конкурса между семьями сановников, у которых дочери достигали требуемого возраста, затевались нешуточные баталии и интриги. Семья Ци Си в этом участия не принимала и была удивлена выбором императорского евнуха. Но получилось то, что получилось, и, вытирая слёзы, она переехала в запретный город.

Поняв, что девичьи грёзы – «выйти замуж по любви» – остались несбыточными мечтами, Ци Си решила устраивать свою судьбу исходя из сложившихся обстоятельств.

Для начала она решила изменить свой статус среди других наложниц. При зачислении в гарем она получила самый низкий пятый ранг – гуйжень. И звали её теперь не Ци Си, а только родовым именем Ехэнара. Вроде и верно, но в частом употреблении звучало как кличка[25].

Наложницам платили жалование, которое они могли тратить по своему усмотрению. Одни отправляли его родным, другие покупали украшения и наряды, некоторые нанимали себе дополнительную прислугу или даже снимали в гареме отдельные апартаменты. На эти деньги можно было приглашать всевозможных учителей. Жалованье было приличным даже у наложниц самого низшего ранга, к тому же у них было достаточно свободного времени. В их распоряжении были всевозможные массажи, бани, парикмахеры и обширная библиотека.

А Ехэнара решила повысить уровень знаний в эротической сфере. Перелистав в гаремной библиотеке огромное количество репродукций и изданий на эту тему, она случайно наткнулась на перевод книги французского дворянина маркиза де Сада. Книга датировалась прошлым веком и называлась «Философия в будуаре, или Безнравственные учителя»[26]. Из сочинения маркиза она узнала столько фривольного, что даже от чтения книги краснела от неловкости. Проштудировав произведение французского шалуна несколько раз, она решила при первой же встрече с императором закрепить, так сказать, материал.

Вторым своим козырем она решила сделать Конфуция, точнее, его философию. Зная о пристрастии императора Сяньфэна к трактатам древнего китайского философа, она углубилась в изучение вопроса.

Надо отметить, что само учение действительно было не только интересным, но и поучительным, на его принципах строилась вся система управления империей.

Ци Си вдруг поняла, чем она может отличаться от других наложниц, которых, в принципе, кроме подготовки себя к удовлетворению похоти императора, ничего не занимало.

Попавшие в наложницы девушки понимали, что теперь это их судьба, и выход из Запретного Города возможен только вверх, то есть в Высокое Синее Небо, как иносказательно называли во дворце уход к предкам, поэтому девушки старались жить исключительно в своё удовольствие. Но при этом каждая хотела понравиться императору. Добиться его расположения означало повысить свой статус среди других наложниц, а для этого мало быть просто умницей и красавицей. Век наложницы недолог, появляются более молодые и симпатичные. Так что конкуренции хватало.

Ехэнара, изучив работы Конфуция от корки до корки, начала готовить себя к встрече с повелителем.

В тот вечер она провела «разведку боем», пытаясь разобраться в сексуальных предпочтениях императора. Оказалось, что он не очень избалован и предпочитает пользовать наложниц в миссионерской позе. Отстояв на четвереньках «прелюдию», она дождалась, когда притомившийся Сяньфэн откинется на перине, и подползла к нему.

Ци Си хихикнула, вспомнив выражение лица Сяньфэна, когда она целиком заглотила его достоинство. Он боялся шевельнуться, опасаясь, что нечаянно может стать евнухом, а может, просто не хотел вспугнуть неожиданный сюрприз. В общем, она оторвалась «на всю катушку». Де Сад гордился бы своей почитательницей.

Такого бесстыдного, разнузданного, но чертовски приятного вечера у императора ещё не было. Он извергал семя несколько раз, и, казалось, уже ничто не сможет вернуть твёрдость его «намерениям», но она удивительным образом снова и снова возвращала мужскую силу тому, кто обычно в это время уже мирно почивал.

Когда она уходила, то с сожалением прошептала ему в ухо:

– Жаль, что нам не хватило времени поговорить о постулатах великого Конфуция. Между его философией и любовью много общего.

Наложницу унесли[27], а император ещё долго лежал на широком ложе, раскинув руки, и глупо улыбался – так его ещё никто не ублажал.

– Эй! Кто ты там? – крикнул он, приподнявшись на подушках.

– Да, господин, – услужливо согнулся в поклоне евнух.

– Завтра я хочу побеседовать с этой наложницей в чайной беседке.

– Будет исполнено, господин.

– Как давно она во дворце?

– Второй год.

– А какой ранг?

– Как у всех новичков – пятый.

– С сегодняшнего дня – четвёртый. И отправь ей от меня какое-нибудь украшение.

– Нефрит? Яшма? Золото?

– Нефрит в золотой оправе.

– Будет исполнено, господин, – поклонился евнух и неслышно растворился за дверью.

Ехэнара возвращалась к себе победительницей. Теперь она знала дорогу к трону. Ещё через три месяца её возвели в третий ранг.

Глава 15

Советы из книги развратного француза работали безотказно, да и собственной фантазии у юной соблазнительницы хватало.

Теперь её уважительно звали по имени, и даже заносчивые императорские евнухи при встрече в коридорах дворца уступали ей дорогу. Император всё чаще стал приглашать её к себе. Днём они беседовали о философии, а ночью он, будто юноша, отбросив приличия, занимался с ней безудержным, распущенным сексом.

Обратив на себя внимание императора как на умелую любовницу, Ци Си решила двинуться дальше и показать Сяньфэну, что может быть полезна ему и в делах управления двором.

Император возиться с бумагами не любил и переложил эти обязанности на сановников Высшего Совета Империи. И Ци Си стала искать возможность засветиться перед императором и в этой сфере.

Как-то, узнав от евнуха первого министра о сути доклада, который тот готовил для императора, она за чаем высказала Сяньфэну свои суждения о ситуации в стране.

Император пропустил её слова мимо ушей, но каково было его удивление, когда этим же вечером он услышал то же самое от своего главного чиновника. Причём тот говорил о важности и безотлагательности вопроса. Сварливый и склочный характер министра был хорошо известен, так что заподозрить его в сговоре с Ци Си было невозможно. Сяньфэн стал присматриваться к наложнице и решил провести эксперимент, доверив ей разбирать поступающую для него корреспонденцию.

Фаворитка решила не изобретать велосипеда и воспользоваться опытом того, кто занимался этими делами много лет. Не став экономить на мелочах, она поднесла императорскому евнуху-секретарю роскошный подарок. За вручением презента от неё последовало предложение стать её советником и помощником. Слуга, который в глазах императора был не более чем пыль под ногами, вдруг почувствовал свою нужность и значимость, а дополнительное жалование, которое предложила ему Ци Си, окончательно решило вопрос в пользу шустрой наложницы.

Евнух ввёл её в курс дел, указал на особенности работы с корреспонденцией и взял на себя бóльшую часть рутинной работы. Она же из массы проходивших теперь через неё бумаг стала отбирать ту информацию, которая могла показать её перед императором в выгодном свете.

Пользуясь дружбой с императорским секретарем, она очень скоро стала разбираться в местных интригах и, пользуясь проходящей через неё информацией, манипулировать членами Высшего Совета Империи. Она исподволь оказывала помощь выбранному сановнику, а потом через императорского секретаря «по огромному секрету» доводила до него, благодаря кому его дело было решено положительно.

К Ци Си потянулся приятно позвякивающий поток благодарностей, но деньги не были её целью, и подношения тут же направлялись на увеличение числа друзей среди других информированных евнухов дворца.

Прошло совсем немного времени, и император заметил, что огромный ворох ежедневных деловых бумаг, который его безмерно раздражал и утомлял, существенно уменьшился. Он поинтересовался у секретаря, чтó происходит, и с удивлением узнал, что большую часть корреспонденции умница Ци Си перенаправляет по тематике, то есть по министерствам, а сама решает оставшиеся небольшие или текущие вопросы.

Сяньфэн стал расспрашивать дворцовых сановников о новой помощнице и обнаружил, что все они поголовно дают о его фаворитке положительные отзывы. Император заинтересовался и решил усложнить эксперимент, передав в подчинение Ци Си всех евнухов своей канцелярии, сгрузив на неё текущие дела двора.

Влияние Ци Си во дворце стремительно росло. Теперь ни одна бумажка не могла без её одобрения попасть на стол к императору, а её дружбы стали искать самые влиятельные сановники Поднебесной. Но ей хотелось большего.

И она нацелилась на третий шаг на пути к трону: налаживание дружеских отношений с Ци Ань – женой императора.

Ци Ань была замужем за Сяньфэном почти шестнадцать лет и когда-то была первой красавицей империи. Но безжалостное время наложило свой отпечаток. Ци Ань ещё оставалась привлекательной, но это уже была не та лёгкая и жизнерадостная девушка, в которую когда-то без памяти влюбился император. Она превратилась во взрослую, всё ещё красивую, но печальную увядающую женщину.