Николай Капитонов – Шлак (страница 18)

Доктор ко мне зашел только один раз, чтобы снять систему с диагностом. Дежурный вопрос про самочувствие, дежурный ответ, что хреново, но жить буду. Короткий кивок, и больше я доктора не видел. Единственное, что после того, как убрали диагност, туман в камере поменял структуру. Понятно, что это какие-то поля, но как их распознать и применить себе на пользу, я не знал. Узнать, у меня не было времени. Через два дня после визита доктора за мной пришли.

Короткий переход порталом к точке сбора. Первым делом одежда. Приказ раздеться догола, мои вещи летят в утилизатор. Конец последней памяти о Земле. Мне выдают ярко-оранжевый комбинезон. Вместо привычных армейских ботинок на моих ногах теперь непонятные сандалии на тонкой подошве. Носков нет, нижнего белья тоже. Комбез подогнан по размеру, ничего не трет. На руку надевают браслет. Браслет можно снять, это не возбраняется. Все инструкции давно помещены в голову. Последним выдают рюкзак, который приказано надеть на спину и не снимать до конца пересылки. В рюкзаке нож и короткая лопата, которые можно применить как оружие. Еще есть литр воды, армейский паек на сутки, москитная сетка и тонкий коврик, на котором можно спать. Обязательный рулон сетки разного размера для просеивания песка, обычная ложка, немного соли.

Первых пять дней паек можно получить в качестве бонуса, который потом придется компенсировать. Получение посылок тоже оговорено в инструктаже. Из-за странных особенностей Шлака точно открыть портал невозможно. Чем больше размер посылки, тем больше разброс доставки. Портал, ориентированный на браслет получателя, может давать сбой до десяти метров, и это с орбиты! Мелкие предметы проходят точнее, крупные с разбросом. Поэтому есть рекомендация, на какой местности получать посылки. В джунглях или реке отыскать предмет может оказаться не просто. Набор в рюкзаке минимальный, чтобы заключенный или, правильнее сказать, ссыльный, начал быстрее искать камни. Все остальные блага можно заказать после, за отдельную плату. Ограничения только на оружие и магические предметы. Плеер для проигрывания музыки был редким исключением, но стоил запредельно дорого. За удовольствие надо платить. Предметы быта по расценкам шли дешевле всего, как и инструменты. Работай, обустраивайся, за роскошь плати по высокому тарифу. Допустим кирку можно было получить за мелкий камень, чтобы ты мог повысить производительность, если наткнулся на жилу. Плоскогубцы стоили в десять раз дороже, потому как для камней не нужны. Климат тропический, спать можно в палатках, которые тоже стоили не дорого. Если будешь копать и находить камни хоть по одному в день, с голоду не помрешь.

– Двигайся строго по светящейся полосе, – раздается голос в динамике. Указанная подсветка загорается на полу. Охранников в коридоре нет, за всем следят камеры наблюдения. Коридор узкий с множеством дверей по бокам. Скорее всего, там ждут своей очереди такие же бедолаги, как я.

В конце коридора передо мной открылась дверь в помещение побольше. Там ждали своего часа несколько заключенных. Я оказался седьмым. Шестеро собратьев по несчастью лишь мазнули по мне печальным взглядом. Ясно, слайсеры в депресняке, это безнадежно. Следом за мной стали приводить других заключенных. Через десять минут нас в небольшом помещении было тридцать человек, я сосчитал. Из этих тридцати нормальными были только пятеро, включая меня. Один здоровый детина с угрюмым взглядом загнанного зверя. Он точно не был в депрессии и попался не за наркоту. Одна тощая девушка, которую я принял вначале за парня. Лишь присмотревшись, смог понять, что это девушка. Огромные голубые глаза на невыразительной мордашке и тело узника Бухенвальда. Даже грудь отсутствовала, как отличительный признак. Взгляд был чистым, затравленным. Того и гляди, кинется на врага. Еще двое были нормальными. Один тип криминальной наружности со шрамом над глазом, отчего одно веко было полуприкрыто. Второй по виду интеллигент под шестьдесят, опасливо озирающийся и почему-то старающийся быть поближе к уголовнику. Они что знакомы? Странный мужик, вид вполне цивильный, интересно его за что? Девчонка тоже не понятно за что могла попасть.

– После сигнала все двигаетесь в открывшийся портал, – раздается в помещении команда. – Кто задержится, получит угощение шокером, а потом от меня лично отбитые почки. Ясно! – последний выкрик заставляет сомнамбульных наркош вздрогнуть. Одна из пяти присутствующих здесь женщин даже пискнула от страха, не эта большеглазая, а симпатичная наркоманка с нормальным телом.

Буквально через десять секунд срабатывает сирена, не очень громко, но всем слышно. Еще через секунду у стены появляется окно перехода. Начиная с близстоящих все направляются в портал. Привычный переход, и мы в таком же помещении. Визуально никаких отличий, только я понимаю, что мы в транзитном ящике. Сколько нас будут перегонять, заметая следы – неизвестно.

– Уроды, не расслабляться, как откроется портал – мигом туда, – раздается другой голос в ящике. Опять открывается портал, в который все мы безропотно направляемся. Что толку артачиться, из этой коробки для нас другого пути не будет. Процесс повторяется до мелочей – сигнал, портал, переход.

В третьей точке голос из динамика приказывает всем сидеть и не рыпаться, пока не дадут команду. В ногах правды нет, почти все усаживаются по периметру, прижавшись спиной к стене. Ни у кого в глазах нет радости, кроме уголовника с рассеченной бровью. Урка разглядывает людей с интересом, словно оценивая.

– Лупоглазая, а тебя за что замели? На слайсера ты не похожа.

Девушка делает вид, что не слышит вопроса.

– Ты дуру не включай. Слушай меня, может, подольше проживешь. За что закрыли?

Девушка продолжает молчать, глядя в пол перед собой.

– Ты, сука, решила промолчать? Когда тебя хором с пацанами брать будем, вспомнишь мои слова. Могла стать вафлершей, подкормили бы тебя, а теперь не обессудь. Хоть на бабу не тянешь, любители на твои дырки найдутся… – В глазах уголовника была угроза. Он верил в свои слова, и я не сомневался, что он своего добьется. Этой дохлятине ничего не светит. Мир жесток, и с ее данными место у кормушки ей не светит. Зато среди отбросов сможет существовать. Мне совершенно безразлична ее судьба. У меня планы жить и жить неплохо. На Шлаке ничто меня не будет сдерживать на пути к цели. А цель проста и незамысловата – жить как можно лучше. Если придется, пойду по трупам, этому меня долго учили – убивать.

Уголовник успокоился, переключив внимание на других дамочек. Наркоманкам все было безразлично – пустота в глазах говорила за себя. С этими еще долго каши не сваришь. Меня сейчас нисколько не интересовали соседи, я тренировал зрение, чтобы быть в форме. Пятна в глазах никуда не пропали, я стал их различать еще больше. Просто в камере я привык к определенной картинке, здесь потоки были другими.

– Подняли свои задницы, наркоманы, – раздался в динамике голос. – По сигналу все в портал.

У какой стенки откроется портал, никто не знал. Урка со шрамом медленно двигался в направлении лупоглазой, девушка медленно пятилась от него в мою сторону. Зазвучала предупредительная сирена. Портал должен открыться через секунду. Урка приближается к девушке и больно щипает ее за сосок, что больно, определяю по ее вскрику. Девушка вместо того, чтобы отскочить, царапает его когтями по лицу, попадая на опавшее веко.

– Сука, ур-рою, – орет в бешенстве раненый уголовник, метнувшись к девчонке. Мне его выкрутасы порядком надоели, поэтому мой удар в почку сбивает траекторию.

– Гондон, ты за кого впрягся, – согнувшись от боли, шипит мужик. По лицу из ран текут струйки крови. Портал открыт за моей спиной, но я не готов сбежать с поля боя. На Шлак я еще успею, показать трусость никак не могу.

– Уроды в портал, быстро. Я вас всех урою, – ревет в динамике голос охранника.

Мы с уркой ходим кругами у портального окна. Никто не решается проскочить мимо нас. Нет, лупоглазая решилась. Девушка пытается проскочить мимо нас в портал, но рука мужика бьет девушку в солнечное сплетение, заставляя согнуться. Раскрыв и без того большие глаза, девушка, словно рыба, упав на колени, ловит ртом воздух. Противостояние затягивается секунд на сорок, что для портала небезопасно. Мы давно должны были уйти отсюда. Наркоманы столпились у противоположной стены, не пытаясь пройти. Им вообще все до лампочки. Здоровый уголовник с интересом следит за происходящим, понимает, что торопиться некуда. Проходит пара секунд, и портал у стены закрывается. Динамик замолкает, только мы с противником продолжаем кружить вокруг тощей девки. Я не хочу нападать, жду его броска, а он пока делает лишь ложные выпады.

Тело сковывает парализующий импульс. Мой противник тоже замирает. В открывшийся проем влетают разъяренные охранники и принимаются отвешивать всем угощения – дубинал называется. Резиновая дубинка бьет меня по ребрам, отправляя тело в полет. Синяк будет на полтела, только бы ребра не сломал, – успеваю подумать под градом ударов. Ничего, что я парализован – охранники отводят душу. Пятеро охранников молотят всех дубинками без разбору. Конечно, больше всех достается мне и зачинщику беспорядков. Я тоже дурак, зачем вмешался? Пусть бы щипал эту дохлятину сколько влезет. Девка мне безразлична, сработал инстинкт сильного. Надоело слушать, как эта мразь перед носом вякает, захотелось поставить его на место, – мысли скачут после очередного удара дубинкой. Тело будет покрыто синяками, тут можно к гадалке не ходить.