Николай Калиткин – Воины Посейдона (страница 9)
Генерал Антипенко и высокий сутуловатый человек в сером костюме остановились в дверях.
Томилин поднялся со своего места, подошёл к стене, отделанной панелями из красного дерева. Рядом с аквариумом угадывалась еле заметная дверь, выполненная из таких же панелей.
– Прошу вас… – Генерал нажал на скрытую кнопку, и дверь беззвучно открылась.
Мужчины зашли внутрь и оказались в просторных уютных апартаментах. Это была комната отдыха Томилина. В ней, отделанной в стиле африканского сафари, генерал любил посидеть и расслабиться, когда надо было освежить голову и привести в порядок мысли. Он включил торшер-статую в полный человеческий рост, выполненный в виде стройной негритянки, несущей на голове стилизованную корзину, служившую абажуром. Подойдя к окну, опустил плотные тростниковые жалюзи.
– Присаживайтесь. – Томилин жестом указал на несколько удобных кресел, обтянутых шкурами зебры, стоявших вокруг небольшого искусственного водопада с подсвеченными струями воды. Генералы опустились в мягкие кресла. Томилин подкатил к ним изящный журнальный столик в виде двух столкнувшихся лбами антилоп, на рогах которых покоилась стеклянная столешница.
Томилин не стал садиться в кресло и остался стоять посреди комнаты.
– Итак… – Он зажмурил глаза и медленно круговыми движениями пальцев стал потирать виски, собираясь с мыслями. Вдруг встряхнул головой и неожиданно спросил:
– Может, по пятьдесят граммов коньяку? – Он подошёл к бару в виде головы бегемота и открыл его пасть. Тут же из встроенных в уши бегемота динамиков вырвались ритмичные звуки африканских барабанов. В подсвеченном клыками-лампами розовом зеве бегемота стояло несколько бутылок с элитными спиртными напитками.
– Н-нет, спасибо, я воздержусь… – отказался Антипенко, поправив очки. Карпович тоже отрицательно качнул головой.
Томилин, колеблясь, рассеянно оглядел стены комнаты, увешанные щитами, копьями и ритуальными масками. – Ну, тогда я тоже не буду… – наконец решил он и захлопнул пасть бегемота, как крышку чемодана. Барабанные ритмы тотчас смолкли. Бар-бегемот испустил разочарованный вздох, и его красные глаза погасли. Засунув руки в карманы брюк, Томилин стал медленно прохаживаться по мягкому пёстрому ковру, покрывавшему центральную часть комнаты.
– Слушайте, а что если это дело рук самих американцев? Первыми обнаружили аппарат, подняли на борт какого-нибудь корабля или подлодки, отключили маяки, сняли контейнеры… и концы в воду… А? Что вы думаете по этому поводу?
Первым высказал свое мнение генерал внешней разведки Карпович:
– Вряд ли они могли пойти таким путём. Аппарат не коробок спичек, в карман не спрячешь. Слишком рискованно. И потом все мы знаем, что данные имеют двойную зашифровку и без нашего оборудования они не смогут их полностью расшифровать. Мы очень плотно связаны в этом проекте. По нашей линии на всех его этапах у нас не было ни малейших поводов не доверять американцам. Если бы они решились на подобный шаг, это поставило бы под угрозу сотрудничество наших стран по всем вопросам. А может быть, и привело бы к открытой конфронтации. Н-нет, не думаю… Они неспособны на такой авантюрный ход. По крайней мере, сейчас им это абсолютно не выгодно. – Он перевёл взгляд на Антипенко, как бы передавая ему эстафету.
– А я бы не стал утверждать это столь категорично… – Антипенко сменил вальяжную позу в кресле, всем телом развернувшись к собеседнику. – На карту поставлено слишком многое. Сведения, собранные в этих контейнерах, просто бесценны! Их единоличный обладатель фактически становится хозяином всего дальнейшего миропорядка. Поэтому, считаю, игра стоит свеч. Во всяком случае, я бы рассматривал этот вариант как один из возможных. Тем более что американцы первыми прибыли к месту приводнения аппарата и у них было достаточно времени, чтобы снять экипаж и контейнеры, а сам аппарат они могли просто утопить, предварительно отключив маяки.
Томилин внимательно выслушал обоих. Опять энергично потёр виски. Со страданием на лице присел в кресло напротив собеседников. Антипенко достал из кармана те же таблетки, которые он принимал в бункере, открыл коробочку.
– Это что у тебя, Михаил Владимирович? – заинтересовавшись, спросил Томилин.
– Очень хороший препарат. Нервы успокаивает, нормализует давление.
– Дай пару штук, голова просто раскалывается… – Томилин налил в стакан воды, с надеждой проговорил: – Может, отпустит.
Антипенко с готовностью высыпал ему в ладонь таблетки. Томилин кинул их в рот, запил одним глотком, запрокинув голову. Остатки воды он выплеснул в кадку с декоративной пальмой.
Сергей выплеснул из ведра на траву воду с пойманной рыбой. Передав ведро Свете, он стал торопливо собирать трепыхавшуюся рыбёшку в холщовую сумку.
Подняв с земли удочки, Сергей попросил жену:
– Свет, банку в ведро поставь… и телогрейку захвати.
– Угу. – Света поставила банку из-под червей в пустое ведро. Сверху положила свёрнутую телогрейку, на которой они с Сергеем сидели. Обнявшись, они не спеша пошли по тропинке к дому.
– Свет, скоро годовщина смерти Паши Алексеева. Мне в субботу надо будет в Москву съездить.
– Меня с собой не берёшь?
– Побудь с матерью, пожалуйста. Обидится… недавно приехали и… а так ей спокойнее будет. Я после поминок сразу вернусь. Обратно выезжать рано утром буду, до того как Москва машинами зальётся.
– Хорошо. Перед выездом позвони.
– Ты же ещё спать будешь!
– Ну и что? – Она подняла на него свои большие глаза. – Обязательно позвони, слышишь?
Сергей улыбнулся, ещё крепче обнял жену.
– Ну, ладно, ладно…
Они поднялись на взгорок перед домом.
– А где поминки будут?
– Официальные – в подразделении. А потом домой к нему поедем.
Жена Пашкина попросила, чтоб приехали. Да и без приглашения все бы приехали.
– Я помню, ты нас как-то знакомил… Я даже где-то телефон её записала. А вот лица её… совсем вспомнить не могу. А почему ты её назвал женой? Ты хотел сказать «вдова»?
– Она сама так просила… не называть её вдовой. И, я считаю, правильно… Они для ребят были жёнами, пусть жёнами и останутся.
Они подошли к калитке. Мама Сергея хлопотала на летней кухне.
– Ну что, рыбачки, пришли? Поймали что-нибудь?
– Ма, ты же знаешь, я без улова не возвращаюсь. – Сергей, улыбаясь, потряс увесистой сумкой.
– Ну и молодцы! – Она смотрела на них счастливыми глазами. Ей понравилось, что они ходили рыбачить вместе. – Мойте руки, сейчас будем завтракать.
Света отправилась мыть руки. Сергей высыпал рыбу в тазик. Сорвал у забора крапиву, накрыл ею рыбу. Помыв руки, он присоединился к жене, которая уже сидела за столом и вращала колёсико радиомагнитолы, отыскивая какую-то волну. Вера Николаевна накрывала на стол. – Свет, поставь лучше диск Саши Колбанова, не хочется сейчас эту попсу слушать…
Света, отыскав диск Колбанова с военными песнями, вставила его в магнитолу и принялась помогать Вере Николаевне накрывать на стол. Зазвучали первые аккорды песни, написанной боевым соратником Сергея. Вера Николаевна присела за стол и вместе со Светой стала раскладывать по тарелкам еду.
– Ой, вы ж не слышали! – спохватилась Вера Николаевна. – Сейчас в новостях передали: космонавты-то должны были в Казахстане приземлиться, а упали где-то в океане. И их до сих пор найти не могут! Вот горе-то будет, если не найдут… Не дай Бог утопли, их же там четыре человека было… – сокрушалась Вера Николаевна.
Сергей налил себе большой стакан пива, с удовольствием сделал несколько глотков. Поставив стакан на стол, вытер пену с губ.
– Найдут, мам… Такие аппараты не тонут.
В этот момент зазвонил его мобильный телефон. Сергей поднёс его к уху.
– Да, Андрюх, здорово. Конечно, приеду… Ну да, на кладбище… Да… да, в одиннадцать… Угу… Хорошо, передам… Ну, всё, давай, пока. – На вопросительный взгляд Светы ответил: – Курасов звонил, тебе привет.
Он допил пиво и стал набирать чей-то номер на мобильнике.
– Сынок, кушай, остынет же! – Мать неодобрительно посмотрела на сына.
– Сейчас, ма… дружку одному позвоню. А то он пропал куда-то, не звонит… Видать, забывать начал, с кем из одного котелка кашу ел. – Набрав номер, он в ожидании ответа усмехнулся: – Круты-ым стал!.. Но я его щас взбодрю!
В телефоне слышались длинные гудки, Сергей терпеливо ждал ответа.
На письменном столе в просторном кабинете с гербом Соединенных Штатов Америки на стене, трезвонил телефон. Трубку сняла рука с адмиральскими галунами на рукаве кителя.
Адмирал, начальник штаба военно-морской разведки США, сухощавый пожилой мужчина с коротким ёжиком волос на голове и «орлиным» носом, в старомодном стиле произнёс:
– Крейс у аппарата… Я никуда не пропадал, сэр. Я только что из Норфолка, контролировал отправку нашего батискафа в район поиска и инструктировал экипаж. Да, самолёт вылетел два часа назад. – Крейс нажал кнопку громкой связи на телефоне, и теперь его разговор с министром обороны США разносился по всему кабинету.
– Как проходят поисково-спасательные работы? Есть ли хоть какие-то обнадёживающие новости? – спросил министр озабоченным голосом.
– Пока никаких, сэр. Но работа не прекращается ни на минуту. В орбиту поиска вовлекаются всё новые силы и средства. Причём как с нашей стороны, так и со стороны русских.
– В чем конкретно это выражается? И не будут ли противоречить действия русских нашим интересам в этом регионе?