Николай Калиниченко – Восьмая книга восьмого. Познание истины (страница 7)

Отдельным звуком Ф сегодня Мать никто не зовёт. Тем не менее, этот зов сохранился в сочетании с другими. Например, у арабов есть имя Фатима. Если прочитать слоги этого имени в обратном порядке, то получится МаТи Фа. То есть Фа – это Мать. А у французов «женщина» – это «фам». Но женщина – это мать. И на самом деле ФаМ – это Фа Ма. Или Мама Фа. Но как возникло это звание?

Сначала простой зов Ф удвоился, поскольку у Мамы две Ф. Так возникла ФиФа. Затем один из двух Ф разделился на П и Х. Так получился ПуФ. Сегодня это мягкое сидение. А чем Мама – не пуф? При этом звук Х не потерялся. Он вместе со звуком П образовал ПуХ. Тоже нечто мягкое у Мамы в ПаХу.

Дальше у ПуФа звук П раздвоился на звуки Б и В. Так получились ФиВы и ФоБии. Затем у ФоБии звук Б разделился на звуки М и Н. Вот так и образовалась французская ФаМ, а вместе с ней и греческий ФоН. А когда раздвоился звук В на Л и W в ФиВаХ, получились ФиЛи, а после раздвоения звука Л на Й и Р из ФиЛеЙ получились ФеЙа и ФаРа. И Фея, и Фара – это тоже Мама. Это означает, что сначала человеческий язык был материнским, даже матерным, поскольку в нём были только звуки, зовы, звания и названия Матери. Фон сегодня мужского рода, но это сегодня и в русской речи. В древности же отцов не знали и не звали, поэтому и фон был мамин, её рода.

Откуда видно, что в древности отцов не знали?

Ну, во-первых, от детей. В первые годы жизни им отец как бы и ни к чему. Да, маме он может помочь, а ребёнку – ничем и никак. Во-вторых, из языка. В языке нет названий отца. Ведь «отец» – это бывшая «цаца», т.е. грудь мамы. При делении первого звука Ц на звуки С и Т получается украинское имя Стець, а при выпадени звука С получается Отец. И вроде бы всё мужского рода. Но когда и второй звук Ц разделился на С и Т и звук Т выпал, а звук С разделился на звуки З и Ш и выпал звук Ш, то СтеЦя превратилась в СтеЗю, которая, как ни странно, женского рода. Таким образом, «отец» на самом деле «отца». Тятя – это, конечно же, Титя, как и Тётя. Дядя тоже она. Причём у грузин деда и сегодня мама. Зато мама у них же – это папа. Но папа на самом деле попа. Батя – это нечто среднее между бабой и тётей.

А теперь узнаем, откуда в языке мужской, женский и средний род. Всё предельно просто. На самом деле род бывает только женский, потому что мужчины не родят. Но дело не только в этом. Они и не могут родить, потому что у них нет роды. «Рода» наоборот – это «Дыра», а также «Дура», поэтому рода есть только у дуры. И здесь вот что важно. В древности люди были не такими изощрёнными в мышлении, как сегодня, поэтому они называли всё как есть, причём как можно проще, без оглядки на приличия. И маму называли по её основным половым признакам. Отсюда и папа, т.е. попа, и дура, т.е. дыра, и пасть, т.е. п.зда. А от мамы пошли названия и всего окружающего. Поэтому название деревьев все женского рода. Дуб вроде бы мужского, но по-польски «попа» – это «дупа». То же самое и тополь. По-украински это – топОля. Азия, Африка, Европа, Америка, Гренландия, Антарктида и вообще вся Земля тоже женского рода. Женского рода и Вселенная. Солнце, правда, среднего рода, но на самом деле Солнце – это бывшая Харя Суть. Харя – это Лицо, а «суть» в «солнце» – просто «се». Отсюда «солнце» – это и «се лице» и «се ниц» в одном названии. А вот у украинцев только «сонце», т.е. «се ниц».

Да, но ведь мужчины были и в древности!

Да, были, но никто не знал, что это не женщины. Рождались ведь они одной и той же матерью. Значит, это тоже её дети. Ну, да, какие-то не такие, но всё равно свои, родные. Так их и называли. Например, «брат» – это просто «утроба» наоборот и без гласных. От «утробы» – «борода», которая, как ни странно, женского рода, хотя и у мужчин. Мужские руки и ноги тоже женского рода всё по той же самой женской причине. Но «борода» – это условное название. Она ведь есть только у простых утроб, т.е. у братьев. Безусловное – «маска», которая наоборот «космы». «Маска» в своём прошлом – это «мох». Отсюда косматый – то же, что и мохнатый. В свою очередь, «скоморох» – это, наоборот, «харя маска», т.е. косматая харя. Как видим, даже в этом случае мужчина называется харей, хоть и косматой.

Да, но Мужчина!

А «мужчина» – это «муж чины», т.е. муж жены. В свою очередь, «муж» – это «м ж», т.е. дитя мамы. Причём звук Ж образуется в том же месте, что и звук Р, поэтому «муж» – то же самое, что и «мир». Точно так же межа – это мера. В свою очередь, «мир» – это бывший «мил», а также «мила». Но также и «мой» или «моя», потому что Л = Р + Й. И сегодня у нас ребёнок – это не только мальчик, как и дитя – не только девочка. Так что мужчина – это дитя матери. И с этим не поспоришь.

Откуда взялось слово «вода», для лингвистов великая тайна. Между тем всё так же просто, потому что гениально, т.е. женственно. Или матерно. «Вода» – та же «веда», а наоборот – «дева». Почему? Потому что и вода, и дева обе питают. Но у девы было множество названий. Эти же названия есть и у воды. Например, Ра. Это древнее название Волги. Но «Волга» – это «Влага», а «Влага» – это «малая Воля», т.е. то, что из Воли. Воля или Валя – это тоже Мама. Ра – это тоже Мама, а Рог – это её ребёнок. Но раньше Рог звучал как Рука, а ещё раньше – как Ряха. А когда речь шла о воде, то Рука уже звучала, да и сейчас звучит как Река. У тюрков, правда, это арык.

У кого-то могут возникнуть сомнения по поводу того, что ребёнка в древности называли рукой. Но и сегодня о помощниках говорят: ты моя правая рука.

Многие убеждены, что Ра – это Бог Солнца. Кто такой Бог Солнца они не объясняют, но говорят, что в Древнем Египте был такой Бог. На самом же деле Бог – это малая Ба. И в данном случае это не Дочь Бабы, а сама Баба, но с любовью и уважением, т.е. Бабушка. Бог – это Бабушка, или просто Башка. То есть это опять звание Мамы. И Ра – это звание Мамы. И этим званием наши предки звали не только воду, но и Солнце, потому что у него, как и у Мамы, есть Лицо, и оно тоже, как и Мама, греет. Отсюда Харя, а наоборот – Ряха, т.е. малая Ра. Но Ра как название Солнца сохранилось только в Ряхе, а также в Хорсе. А как название воды Ра – не только в реке и арыке, но и в радуге, т.е. в водяной дуге, а также в гидре, т.е. в водяном гаде.

Как уже было показано, первоначально Маму звали по-разному, но однозвучно. Точно так же было и с водой. Сегодня, правда, таких названий воды почти не осталось, но те, что остались, подтверждают это обстоятельство. Например, по-французски вода – просто О. Отсюда одеколон – это О де Колон, т.е. вода из Кёльна. А у якутов вода – просто У. Это указывает на то, что якуты – ближайшие родственники французов. У прочих тюрок вода – это Су. Например, сугроб – это водяной горб. Маленькая Су – это Сук. По-молдавски это Сок.

Ток – это тоже водица. У венгров То – это озеро, а лужа – Точа. Ну, а русское «озеро» – от Ра, как и «река». «Озеро» значит «Се Ра».

По – это этрусское название реки в Тоскане, на севере Италии. От этого этрусского названия воды русская «поверхность», т.е. буквально «суть верх по», т.е. поверхность – это верх воды.

Цедить значит дать це. Це – это ещё одно название воды. Но воду можно лить. А Ли тоже вода. От этого Ли – Лёд. По-украински лёд – это крига, т.е. коряга, корка на воде.

Все эти примеры указывают на то, что лингвисты – это даже не младенцы в языкознании. Их там нет вообще. Не их это дело, языкознание. Они – речеведы.

Глава III. История

Историки делят время существования человечества на два отрезка. Первый – доисторический, второй – исторический. Правда, сегодня они добавляют ещё один отрезок под названием новейшая история. Но новейшая это история, или старейшая, для историков она потому история, что у неё есть письменные свидетельства. То есть для историка история начинается с появления у людей письменности. Именно поэтому они историю именуют историографией. И тут историки соприкасаются с лингвистикой. В свою очередь, и лингвисты соприкасаются с историей, поскольку им приходится расшифровывать исторические рукописи. Так на стыке двух наук и вырисовывается древняя история. Но у лингвистов ведь не вся история, а только история речи, хотя русские лингвисты и говорят, языка. Немцы или там англичане так сказать не могут, поскольку у них нет языка. Поэтому свою лингвистическую историю лингвисты делят на письменную и дописьменную. Тут они отличаются от историков, поскольку у тех история делится на доисторию, историю и новейшую историю, а у них другое деление. Тем не менее, общим и для историков, и для лингвистов является то, что ни те, ни другие не знают, что значит слово «история». А это чрезвычайно важно для истории!

«История» значит «исстари». И кто это может опровергнуть? Но что значит старь? А это бывшая царь. И история – это повесть о том, что было при ней. Но об этом нет ничего ни в академической истории, ни в лингвистике. Есть лишь упоминания о Матриархате, т.е. Царстве Матери, а также какие-то мутные басни древних греков об амазонках, и всё. А у лингвистов и того меньше. Они вообще полагают, что в древности никакой письменности не было, и древние люди передавали сведения и знания из поколения в поколение из уст в уста. Здесь опять у историков и лингвистов есть общая черта. Она проявляется как полная непрактичность и тех, и других. Отец пишущего эти строки не раз говаривал: «Лучше плохой карандаш, чем хорошая память». Неотъемлемой особенностью человеческого ума является его забывчивость. Обычно он забывает то, что полагает ненужным или неприятным. Кроме того, ум забывает то, с чем давно не имел дела. Поэтому малограмотная бабушка пишущего эти строки завязывала узелок на память, который служил ей напоминанием о том, что надо вспомнить и сделать. Этот узелок она завязывала на своём платке, который всегда носила на голове. А это уже указание на то, что и в древности девы завязывали узелки на память, но не на платках, которых у них тогда ещё не было, а на волосах, которые у них уже были. Отсюда и так называемая письменность деванагари, на которой записан санскрит. Буквально «деванагари» – это «у девы на горе», т.е. на голове, поскольку «гора» – это бывшая «гола», от которой «гола ва». И если присмотреться к письменности деванагари, то можно заметить, что её знаки – это на самом деле рисунки узелков, которые свисают вниз с кусочков горизонтальной нити.