Николай Каленич – Алатарианская Империя (страница 66)

Горнор безжалостно снес головы нескольким претендентам и заметил идущего к нему Хоблауда.

– Ты хороший воин, Бард! – сипло пробасил он и пошел в его сторону. – Но сегодня твой жизненный путь прекратится. После турнира я помолюсь Баритону, дабы он принял тебя в свое царство, – жуткое лицо вождя, пересеченное наискось широким белым шрамом, исказилось в подобии дружелюбной улыбки. Когда между ними осталось около десяти шагов, Горнор с резвостью, которой никак нельзя было ожидать от такого гиганта, прыгнул вперед с занесенным топором, собираясь раскроить голову Хоблауда. Он летел стремительно и неумолимо, словно оторвавшаяся от скалы глыба. Но благодаря реакции Бард видел его так, словно замедлил время в несколько раз. Он сделал быстрый шаг в сторону, и противник пролетел мимо, приземлившись в нескольких шагах позади него и сразу начал вставать, пытаясь обернуться в сторону возможной угрозы. Хоблауд развернулся быстрее, подскочил ближе и со спины несколько раз прочертил мечом по ногам Горнора. Первыми ударами он точно отсекал стальные вставки на массивных боевых сапогах соперника, а вторыми разрубил сухожилия на его ногах, лишив возможности двигаться или стоять. Горнор стал падать назад, будучи не в состоянии далее удерживать вес собственного тела.

В тот же миг Бард ощутил легкое жжение в затылке. Его обострившееся восприятие окружающей обстановки подсказало, что в двух шагах позади находится единственный воин, сумевший устоять на ногах в мясорубке между остальными участниками турнира и прибежавший, дабы убить Горнора и Хоблауда, пока те отвлечены своей дуэлью. Бард, не оборачиваясь, сменил хват рукояти меча так, чтобы клинок был направлен вниз, и скользнул спиной назад, одновременно совершая колющий удар вслепую.

Клинок воткнулся в плоть бойца, который по инерции сделал еще один шаг, из-за чего меч прошел через все его тело и вышел из спины. Резким движением Хоблауд выдернул клинок, встал и пошел к Горнору. Тот, полулежа у стены, держал перед собой топор.

– Клянусь Горой, – прошипел раненый воин, – я еще не видел, чтобы кто-то сражался так же ловко, как ты.

– Сдавайся, – попросил Бард, остановившись в нескольких шагах от него. – Мне не нужна твоя смерть.

Горнор злобно рассмеялся.

– Сдаться?! Чтобы я, вождь Горного Клана, сдался? На такой позор в наших краях не согласился бы даже конюх!

– Это не позор. Грядет большая война. Нам важна жизнь каждого воина. И такой искусный боец, как ты, может совершить на этой войне немало подвигов во имя Горного Клана.

– Что еще за война? – спросил Горнор, тяжело дыша. – Хотя, черт возьми, какой из меня теперь воин?! Ты лишил меня возможности ходить! Я калека! – зарычал он и внезапно метнул свой огромный топор в Барда.

      Тот невозмутимо отклонил голову в сторону, не двинувшись с места. Лезвие топора оцарапало ему ухо. Люди на трибунах неожиданно затихли. Всем было интересно, о чем говорят эти двое.

– Ты безоружен. Если думаешь, что сдаться – это позор, то не лучше ли смыть этот позор кровью врагов? Неужели тебе хочется умереть здесь, на арене, безо всякой пользы, вместо того, дабы помочь клану? А насчет ног не беспокойся. У моих новых товарищей есть зелье, которое может вылечить от любых болезней и травм.

– Что еще за сказки? – буркнул Горнор. – Не бывает таких зелий. И что за новые товарищи?

– Я все тебе расскажу, клянусь Горой! – положив руку на сердце, крикнул Хоблауд так громко, чтобы его мог расслышать каждый зритель. – И если я совру, то пусть меня казнят на этой арене, на потеху всему клану! Нам нельзя терять времени. Сейчас на арене от ран умирают наши лучшие воины. Многих из них еще можно спасти с помощью целебного зелья. Неужели вы, – Бард развернулся к трибунам и повысил голос,– хотите, чтобы перед войной мы так глупо лишились ценных бойцов?! Ну же, ответьте мне, жители Горного Клана!

Тысячи голосов закричали: «Не-е-ет!».

– Видишь, – сказал спокойно Хоблауд, – никто не посчитает это позором. А если уж ты так хочешь умереть, то сделай это в бою, забрав с собой как можно больше врагов, дабы наши потомки слагали легенды о твоем мужестве.

Бывший вождь опустил глаза. Он не хотел жить после поражения, но видя, что все еще нужен клану живым, вынужден был согласиться.

– Хорошо, – пробурчал он, – пусть будет по-твоему.

Зрители радостно закричали, предвкушая славную войну. Все покидали трибуны, спеша разнести новости по поселениям и приготовить доспехи с оружием для предстоящего похода. Никто еще не знал, что это будет за война и для чего она нужна, однако принять в ней участие под руководством нового вождя хотелось каждому зрелому жителю Горного клана. Очень уж наскучила им мирная жизнь; надоело, что ежедневные тренировки проходят впустую.

* * *

Попрощавшись с Олби Туртсом и Бардом Хоблаудом, Майорбэк Тайнс и Эдмундо Барнс отправились искать главу клана Хаоса, Зорзона. Возле некоторых пещер на стенах были закреплены лампы, это означало, что в них живут люди. Многие местные жители шарахались от чужаков, прятались. Некоторые кричали, дабы они убирались. Заговорить с кем-либо не удавалось. Дойдя до просторной площадки, от которой расходилось несколько тоннелей в разные стороны, они услышали сзади чей-то веселый голос:

– Эй, чужаки! Куда это вы так упорно спешите? Заблудиться не боитесь?

Тут же Майорбэк почувствовал, как к его горлу приставили нож. Затем кто-то засмеялся ему в затылок. А спереди из темноты выступил лысый мужчина с длинной бородой в красивых доспехах и добротной кожаной одежде. Он выглядел намного лучше всех жителей подземелья, которых Тайнсу доводилось видеть до этого: те носили, как правило, грязные лохмотья.

– Мое имя Зорзон, – медленно, с расстановкой, представился бородач. – А вы кто?

– Я Майорбэк Тайнс, бывший главный помощник императора, а это Эдмундо Барнс, житель клана Отшельников.

Человек сзади, державший нож у горла Тайнса, присвистнул. Зорзон улыбнулся.

– Не думал, что в наши скромные места когда-нибудь занесет столь важную птицу. Извините, мы не подготовились, как следует, к вашему визиту. Полагаю, вы рассчитываете, что тут устроят пир в вашу честь?

Люди Зорзона расхохотались.

– Благодарю, но не стоит утруждаться, – натянуто улыбнулся Майорбэк. – Я не заслуживаю высоких почестей. Я пришел лишь для того, чтобы предложить вам одно дело, после которого вы сможете пировать всю жизнь. Вы хотите стать богаче самых успешных купцов Империи?

Зорзон подал рукой знак своему бойцу, и тот убрал нож от горла Тайнса.

– Продолжай, – сказал главарь клана Хаоса, сделав приглашающий жест ладонью вверх.

– Я планирую свергнуть Императора. Для этого мне нужна армия. Ваши навыки нам очень пригодятся.

– Ты предлагаешь нам рисковать жизнью ради твоих амбиций? – рассмеялся вождь. – Да уж, заманчивое предложение.

Он расхохотался и долго не мог успокоиться, а вместе с ним хихикали и ржали его подчиненные, которых, как теперь оказалось, здесь было не двое, а не менее полутора десятка. Это Тайнс понял по голосам. Дождавшись, когда Зорзон закончит смеяться, он серьезно произнес:

– Я был допущен к самым сокровенным тайнам Империи. Я знаю все или почти все о сокровищах императора и его ближайших подданных. Мне известная каждая лазейка во дворце и во многих других зданиях столицы. Вы не представляете, сколько там золота, драгоценных камней, украшений, редких диковинных игрушек и дорогостоящих предметов быта.

– Врешь! – визгливо крикнул кто-то сзади.

Зорзон нервно махнул рукой, чтобы крикнувший замолчал.

– А зачем? – сказал Майорбэк, скосив глаза назад и после посмотрев прямо в переносицу Зорзону. – Есть ли смысл мне врать? Ведь вы все время будете рядом со мной.

Я хочу, дабы на время похода вы стали моей личной охраной. И вы будете знать о моих планах все. В любой момент, когда подумаете, что я вам соврал, сможете убить меня.

Глава клана Хаоса ухмыльнулся.

– Он не врет, – сказал Зорзон, глядя в глаза Тайнсу, но обращаясь к своим подчиненным. – Я тоже слышал, что к нам забрел помощник императора. Из надежного источника.

По отряду наемников пронесся вздох удивления. Глядя в глаза Зорзона, Майбэк понял, что тот готов согласиться. А это значило, что клан Хаоса присоединится к его армии.

Прошло несколько дней. Колонна повозок, конных и пеших воинов соединенных отрядов Горного клана, а также кланов Хаоса и Отшельников, двигалась в направлении Лунного рынка. Это была не вся армия, а лишь по нескольку десятков лучших воинов от каждого клана и отряды снабжения. Впереди всех верхом отдельно ехала небольшая группа, состоящая из глав кланов, их ближайших помощников, а также Майорбэка, Барнса и братьев Туртс.

Был здесь и старший сын Барда Хоблауда. Его звали Одвин, было ему всего четырнадцать лет. По обычаям Горного Клана он уже мог участвовать в военном походе в качестве помощника лекаря, коим назначили Эдмундо. Поэтому Одвин Хоблауд ехал рядом с Барнсом.

– Небесный клан ни за что к нам не присоединится, – задумчиво сказал Зорзон. – Да и Лесной тоже. Они помешаны на так называемом Тапио, покровителе лесов. Их вождь Либертон – фанатик.

–У каждого клана есть свое божество, людям нужно во что-то верить и поклоняться, – нахмурился Олби.

Зорзон рассмеялся, и два ближайших помощника, как всегда, поддержали его своим хихиканьем.