Николай Иванов – Контрольный выстрел (страница 22)

— Нет, это не она, — покачал тот головой. — Айнура — худенькая, черноволосая, а наша подозреваемая — пухленькая, с большой грудью и все время меняла цвет волос.

— Парики? — спросил Станислав.

Лев Иванович пожал плечами:

— Может, парики, а может, и крашеные волосы. Разве это так сложно — покрасить волосы? В первом случае она была черненькая, во втором — блондинка, а в третьем — и вовсе рыженькая. Но ведь телосложение никуда не денешь.

— Это если кость широкая — то да, сложно измениться, — ответил Гурову Савелий. — А так-то вон всякие качалки есть и спортзалы, так что сегодня — пухленькая, а завтра — худенькая. Это запросто можно устроить.

— Можно, но ведь не устроила же! Во всех трех случаях ее описывают как пухленькую девушку с пышной грудью, весьма фигуристую. И куда, ты мне скажи, большую грудь можно деть? Тоже в спортзале оставить? — возразил оперативнику Лев Иванович. — Впрочем, посмотрим, что нам скажет после праздников художник. Но все это второстепенно, а вот что мы с этим Егором и его гвардейцами будем делать? — повернулся он к Дееву.

— Пока ничего, кроме слежки и установления личностей всех. Станислав, вы говорили, что они назвали свои имена и откуда приехали. Можете нам все это записать?

— Без проблем.

Крячко быстро написал на листке данные Матвея Тарасевича и Наташи с Ариной, которые он запомнил, когда они представлялись ему, а также адрес квартиры в Химках, где жили ребята, и сказал Гурову:

— Если за выходные подтвердится их причастность к торговле наркотиками, то можно также предположить, что именно они причастны к смерти Айнуры. Девушка вполне могла что-то узнать об их темных делишках или отказаться помогать им. Ведь отчего-то ее подруга Светлана уехала так внезапно! Наверняка что-то произошло неприятное, что насторожило ее, и она, бросив Айнуру, решила убраться подальше. При этом очень странно на этом фоне звучат показания всей этой четверки, будто накануне отъезда Светланы Айнура обвинила ее в краже денег.

— Это они тебе так рассказали? — нахмурился Лев Иванович. — Могли и наврать, чтобы отвести от себя подозрение… Хотя — могли и правду сказать, — немного подумав, добавил он. — Судя по всему, эта Светлана — та еще штучка. Аферистка и воровка. Вспомни, что нам Дина Усеинова про нее рассказывала.

— Нам бы эту Светлану, которая, как я понял, тоже жила в этой квартире с Егором и остальными, допросить, — вмешался в разговор Крячко и Гурова Деев. — Вы говорите, она куда-то уехала?

— В Крым. Они с Айнурой именно оттуда и приехали в Москву на заработки. Сначала Светлана одна приехала, а потом и подругу сманила.

— Ага, вот оно как! — заинтересовался подполковник. — А когда эта Светлана приехала?

Тут Гуров понял, к чему клонит Деев, и в его голове включился профессиональный сыщицкий фонарик, который и осветил ему всю картинку полностью.

— Черт! — чертыхнулся он. — Как это я сразу не догадался узнать!

— Что узнать? — хором спросили Крячко и Деев.

— Как выглядит эта самая подружка-оторва, — ответил Гуров. — Поехали к Дине, надо с ней подробнее поговорить об этой Светлане, — заторопился он.

— Лев Иванович, — остановил его подполковник. — У тебя тоже возникла мысль, что эта Светлана может быть…

— Да, наверное… Надо проверить… Я позвоню, — ответил уже на выходе Гуров.

— Лева, — торопливо зашагал рядом с ним Станислав, — ты думаешь, что она смылась, потому что украла какие-то деньги или наркотики у Егора и его компании и боялась мести с их стороны?

— Нет, я думаю, что она совсем другого боялась, — коротко ответил Лев Иванович. — Я тебе позже объясню свою версию, но давай сначала поговорим с Диной.

Глава 18

Дина долго не отвечала на звонок Гурова по телефону, а потом перезвонила сама и сказала, что она не брала трубку, потому что оформляет билеты в авиакассе. Послезавтра она собиралась вылететь домой.

— Мне позвонила следователь и сказала, что я могу забрать тело дочери сразу после выходных. Вот я поехала в кассу, чтобы взять билеты. Прости, что не предупредила, — извинилась она.

— Дина, сразу же езжай потом на квартиру, — попросил Гуров. — Мне очень нужно с тобой переговорить!

— Что-то случилось? — Дина заволновалась. — Вы нашли тех, кто… кто столкнул Айнуру в воду?

— Пока нет, но подозреваемые у нас уже появились. — Гуров посмотрел на Станислава, и тот ему кивнул в знак согласия с его словами. — Мне нужно кое-что спросить у тебя о Светлане. Но это не по телефону. Мы тебя будем ждать у Лютика.

— У кого? — не поняла Дина.

— У Таисии Михайловны, говорю, мы будем тебя ждать, — поправился Лев Иванович и невольно улыбнулся тому факту, что он автоматически назвал хозяйку конспиративной квартиры ее псевдонимом. — Хотя давай сделаем так — скажи, где ты сейчас находишься, и мы со Станиславом за тобой заедем.

— Я тут же, на Петровке, буквально полквартала от дома Таисии Михайловны. Так что лучше ждите меня на квартире. Но если я доберусь раньше вас, то позвоню.

— Хорошо, так и сделаем. — Лев Иванович отключил связь и повернулся к Станиславу: — Давай-ка я свою машину оставлю возле управления. Мне все равно нужно будет послезавтра сюда возвращаться. Поехали на твоей машине до Дины, а потом ты меня подбросишь до дому.

— Может, у нас заночуешь? У меня коньячок есть, а завтра как-никак праздник, — предложил Крячко.

— Может, заночую, а может, и нет, — улыбнулся Гуров. — Наверняка тебя Наталья сегодня будет уламывать завтра с утра пораньше отправиться на дачу, чтобы отвезти рассаду.

— Ох, а я про эту рассаду вместе с дачей напрочь забыл! — застонал Крячко. — А то, что она может это сделать, так это — как пить дать. И не посмотрит, что Восьмое марта. Даже наоборот, начнет нудить, что вот, мол, праздник, а к ней никакого внимания. Так что коньячок и впрямь сегодня нам обломился. Кстати, как там Мария? Когда обратно вернется?

— Обещала десятого. У них послезавтра последний спектакль в этом турне. Так что…

— Ну, ничего. Ты ведь скоро в отпуск, — подмигнул Станислав. — Поедем на последнюю подледную? Рыба, говорят, отлично клюет, оголодала за зиму.

— Посмотрим, — не стал обещать Лев Иванович, хотя ему хотелось сказать Станиславу «да». — Маша уже на двенадцатое марта билеты забронировала до Симферополя. Я ведь говорил, что мы к ее тетке в Ялту собирались?

— Говорил, — кивнул Крячко. — Но за всей этой суетой запамятовал. Но ты ведь в Крым не навсегда едешь. Вот вернешься, и съездим. Специально у Орлова выпрошу выходные, тем более что он мне их должен. А то и его с собой сманим. Хотя он не любит на холоде сидеть.

Так за разговорами доехали до Петровки и возле подъезда столкнулись с Диной.

— Ой, а я только хотела звонить, что освободилась, и узнать, где вы, — улыбаясь слабенькой улыбкой, сказала она.

— Взяла билеты? — спросил Гуров, пропуская бывшую одноклассницу в подъезд.

— Да, все оформила и свой груз тоже. — В тишине подъезда было слышно, как Дина судорожно и глубоко вздохнула, словно ей не хватало воздуха.

Гуров знал, что это значит, ведь когда-то именно так вздыхал его дед, когда умерла его жена, — сердце у Дины явно шалило.

— Дина, ты успокаивающее пьешь? — тревожно спросил он. — Валериану там или пустырник. Тебе бы отдыхать больше.

— Отдохну, когда похороним Айнуру. — В голосе женщины послышались слезы.

Лев Иванович промолчал. Ему хотелось обнять и хоть как-то утешить Дину, но он только вздохнул и позвонил в двери конспиративной квартиры.

Лютик, завидев, что Дина вернулась не одна, а с оперативниками, сразу засуетилась и стала приглашать на кухню.

— А я как чуяла, что гости на пороге, чайник поставила, — заулыбалась она щербатой улыбкой. — Руки мойте, а я сейчас на стол быстро накрою. Диночка, ты мне поможешь?

Гуров с Крячко переглянулись, но возражать не стали. Оба сегодня практически ничего не ели и от чашки крепкого чая или кофе не отказались бы. Дина быстро разделась и, помыв руки, пошла помогать Михайловне.

— Слушай, Лева, а ведь завтра Восьмое марта, — сказал Крячко, когда они в ванной с Гуровым мыли руки. — А Дина, я так понял, давно уже в Москве не была.

— Ты прямо мои мысли читаешь, — усмехнулся Лев Иванович. — Я вот тоже на эту тему размышлял и подумал, что зря я, наверное, свою машину возле ГУпКОНа оставил. Но удобно ли будет ей это предложить? У нее сейчас трудные дни.

— Думаю, что удобно. Ты ведь не на свидание с ней пойдешь! С нами на дачу ты отказываешься ехать. Я все правильно понял? — посмотрел на него Крячко.

— Да, думаю, что ваши ящики с рассадой вы с Натальей и без меня перенесете, — улыбнулся Гуров. — Хотел один завтра прогуляться. Погоду хорошую обещают. Но раз такое дело… Оставлять Дину один на один с ее горем как-то тоже неудобно. Все-таки одноклассница бывшая. Дружили когда-то.

— Вот и погулял бы с ней. От тебя не убудет. Да и Мария, я так думаю, поняла бы тебя. Ты ведь не флиртовать с женщиной будешь, а морально, так сказать, ее поддерживать, — рассудил Крячко.

— Ну, раз мой лучший друг мне советует, то я, наверное, так и сделаю — приглашу Дину на прогулку по городу, — задумчиво кивнул Лев Иванович.

Кроме чая, на столе стояло много всего, начиная от салата и бутербродов с колбасой и огурчиками и заканчивая пузатой коньячной бутылочкой.

— Не понял, — усмехнулся Гуров. — Михайловна, что за банкет?