Николай Химич – Онлайн-кассы. Революция в применении кассовой техники (страница 4)

Но это мнение Росстата, что больше 10% экономики ушло в тень. На самом деле, цифры гораздо страшнее! Главный экономист Европейского банка реконструкции и развития Сергей Гуриев отмечает: «Россия не является самой коррумпированной страной в мире. Но среди с сопоставимым уровнем дохода она на первом месте по коррупции. Сейчас миллиардеров в России больше, чем в любом другом развивающемся регионе. Это само по себе неплохо. Но люди задают вопросы: как эти люди стали богатыми? При этом, что в России в отличие от Китая или стран Латинской Америки большинство миллиардеров заработали свое состояние в сырьевых секторах. Это уникальная ситуация».

В ежегодном отчете премьер-министра Дмитрия Медведева в Думе отмечено, что, прогресс, пусть и небольшой, но есть в каждой из отраслей, критически важных для развития страны, а значит, это не просто отдельные успехи, а системные улучшения. С другой стороны, занятость в теневой экономике по итогам 2016 г. достигла рекордных размеров (15,4 млн человек, или 21,2% от общего числа занятых), а Минфин оценил объем «серых» зарплат более чем в 10 трлн рублей. Что-то в нашей экономике явно не так!

Как решать проблему коррупции? Невольно вспоминается старый исторический анекдот. «В Париже готовились поставить спектакль, где в легкомысленном амплуа изображалась давно почившая русская императрица. Правивший русский царь через русских дипломатов попросил постановку отменить, но французы заупрямились: «У нас демократия». Тогда русский царь обещал прислать в Париж много-много зрителей в шинелях. Спектакль был отменен». Наверное, чтобы победить коррупцию, нужно «много зрителей в шинелях».

Как раньше боролись с коррупцией на Руси? По воле Ивана Грозного с 1561 года была утверждена в государстве так называемая Судебная грамота. В ней имелось упоминание и о «неправедных» чиновниках, «принимающих посулы». Их отныне велено было карать смертной казнью, а нажитое лихоимством добро «отдавать тем людям, кто на них донес». Одним из самых ярких случаев исполнения такого закона стала история с дьяком, пойманным на том, что взял от просителя «эксклюзивное» подношение – жареного гуся, нафаршированного монетами. За такой проступок алчного государева человека приговорили к четвертованию. Палач сперва отрубил обе ноги, потом обе руки выше локтя. При каждом взмахе топора у преступника интересовались, по вкусу ли ему такое гусиное мясо?.. Последним ударом дьяка лишили головы. Ну как Вам такой подход?

К сожалению, коррупция – это серьезная системная болезнь нынешнего российского государства. Время от времени мы случайно (или неслучайно) узнаем, что у какого-нибудь губернатора или мэра есть квартирка на теплых зарубежных морях, которые органично дополняют особняки, земельные участки и роскошные автомобили, находящиеся во владении супруги, родственников или дружественных фирм и офшоров. Или руководители некоторых госкомпаний, как оказывается, получают баснословные (даже по западным меркам) зарплаты и бонусы, обрастая все тем же стандартным набором недвижимости: особняки, квартиры, автомобили, яхты и т.п. И здесь простые люди не вникают в юридические тонкости: «владение» у главного персонажа или у его родственников, «аренда» или «пользование»… Кстати, советская номенклатура в свое время тоже, формально говоря, мало чем владела напрямую: в казенных дачах стояла мебель с инвентарными номерками какого-нибудь очередного «управления делами», да и на машинах они (и члены их семей) раскатывали служебных. При этом ненависть к такой несправедливости была почти классовой.

Откуда у полковника не самого высокого полета – замначальника управления в министерском главке миллиарды денег? Ведь это не просто большая – это колоссальная сумма! Куда же смотрела государственная власть, под носом у которой полковник, отвечавший за борьбу с коррупцией, смог так на ней же разбогатеть? Ответ прост: он, этот полковник, и есть та самая государственная власть, ее среднестатистическая единица. И никакого другого государства у нас нет: полковник Захарченко – не исключение, а типичный персонаж нашей социально-политической системы.

Россия, по разным оценкам, входит в число самых коррумпированных стран мира. Так, один из индексов качества госуправления, разработанный Всемирным банком – индекс «контроля коррупции», — в 2014 году в России составлял 19,7 по 100-балльной шкале, упав почти на четверть за 10 лет (в 2004 году он был 25,4). Для сравнения: в Германии тот же показатель равен 94,7, и он стабилен из года в год. Если взять общий «зачет» стран по данному параметру, то Россия в нем на 168-м месте из 215, наши соседи – Бангладеш, Пакистан, Мадагаскар!

По данным Transparency International, Россия на 119-м месте среди 168 изучаемых стран, в соседстве со Сьерра-Леоне и Танзанией. По подсчетам того же Всемирного банка, объем теневой экономики составляет у нас почти 45%, тогда как в Бразилии – 34%, Китае – 13%, Франции – 15% и в среднем в мире – 17%. Коррупция, как видим, есть везде, но у нас ее масштабы чрезмерны.

Руководитель Управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД вынужден был признать, что незаконные «вознаграждения», передаваемые из одних нечистых рук в другие нечистые руки, зачастую гораздо выше «символической» суммы в 5 тысяч долларов. По данным генерала Андрея Курносенко, размер среднестатистического подношения в нашей стране «для решения вопросов» за минувший год вырос на 75 процентов и составил 328 тысяч рублей. Вообще же число выявленных коррупционных преступлений (которые становятся все изощреннее) за прошлый год выросло более чем на 20 процентов, и ущерб от них превысил 40 миллиардов рублей.

Рассмотрим непопулярное заявление: «Нам незачем бороться с коррупцией! Она действительно непобедима». Мол, это доказывает мировой опыт. Но в чем отличие нашей коррупции от, допустим, китайской? Вспомним опять анекдот. Никсон устраивает банкет Брежневу. По его окончании Леонид Ильич спрашивает: «Ричард, а откуда деньги на прием?» Американский президент проводит его к окну и отвечает: «Видишь мост? Мы его построили и сумели сэкономить, используя новые технологии, на эти оставшиеся деньги мы и пьем». Во время ответного визита уже советский генсек дает ответный банкет, еще более шикарный. Никсон удивлен, он спрашивает: «А где вы находите деньги на такие приемы?» Леонид Ильич подводит его к окну и спрашивает: «Видишь, Ричард, мост?» Тот с удивлением отвечает: «Нет». «Вот на это и пьем!» – отвечает довольный изобретательностью Брежнев.

10 трлн рублей в год составляет объем «серых» зарплат в России. Об этом заявил министр финансов Антон Силуанов. По его словам, такие цифры – следствие глубоких структурных диспропорций, в том числе в уровнях налоговой нагрузки между «белой» и «серой» экономиками. «Высокие налоги вынуждают бизнес уходить от их уплаты. Только бюджетные организации и казенные учреждения могут позволить себе такую роскошь. Остальные компании в той или иной мере используют «оптимизирующие» схемы. К ним относятся выдача заработной платы в «конвертах». «К тому же работники сами охотно идут на такие условия. Никто не хочет из небольшой суммы еще терять средства, уходящие на налоги», – комментирует ведущий аналитик ГК TeleTrade Александр Егоров. Как отмечает Силуанов, выход из сложившейся ситуации – снижение прямых налогов на труд и повышение косвенных налогов. Кроме того, необходимо расширить применение безналичных расчетов.

Когда эксперты (от прокремлевских до оппозиционных) говорят о потере института доверия в российском обществе, то это во многом – следствие именно новономенклатурных замашек многих из власть имущих. А ведь это имеет вполне конкретные последствия – в частности, в хронической пробуксовке нашей экономики, которой остро не хватает инвестиций, приходящих только туда, где порядки не напоминают сословный феодализм. И все планируемые чисто экономические реформы после своего запуска тут же споткнутся об этот булыжник, что уже не раз бывало и в советской, и в российской истории.

Опросы россиян показывают, что государство для подавляющего числа россиян – это загадочный «черный ящик». Гражданина мало интересуют такие нюансы, как происходит разделение властей, он, как правило, не знает и не хочет знать, чем отличается Госдума от Совета Федерации. Свидетельством тому является факт: рейтинг доверия у верхней и нижней палаты всегда практически один и тот же, в последние годы – в диапазоне от 42 до 51%.

1.2. Малый бизнес-2017. (Быть или не быть? Вот в чем вопрос).

О проблемах развития малого бизнеса в России не говорил, пожалуй, только ленивый. Так, если в развитых странах он, без преувеличения, является опорой экономики, то у нас ему уделяется мало внимания. Например, в США, Японии и ЕС вклад малого предпринимательства в ВВП составляет свыше 50%. При этом в Штатах малые предприятия обеспечивают более 30% экспорта. И, что еще более важно, именно этот бизнес создает около 25% патентов. У нас цифры скромнее – примерно 20% ВВП, около 5% экспорта, а в производстве патентов доля и вовсе незначительна.

Не зря опытный экономист Алексей Кудрин отмечает: «Для преодоления негативных тенденций Президенту придется предпринимать «серьезные и неординарные шаги». Экономическим реформам, по его словам, должны сопутствовать политические, поскольку базисное недоверие к основным институтам власти не позволит осуществить необходимый для устойчивого роста прорыв.