Николай Грошев – Новый Вектор. Часть 1 (страница 57)

коготь, с капельками крови на тыльной стороне и бардовыми волокнистыми крапинками…, с

мясом выдрал. Наверное, с кошками такого не случается. Ну, правильно, они же препаратов не

пьют, которые их обратно в людей превращают. Слабые у него когти стали, вот и отваливаются.

Кстати. Велес снова поднёс ладонь к глазам. Коготь отвалился на той же руке, что и в первый

раз. Палец уже перестал кровоточить. На месте когтя ровная серая кожа. А вот на указательном, где ещё раньше выпал, что-то активно, но глазу не заметно, таки растёт. Фиолетово-чёрное.

Маленькое совсем. Ноготь? Отдалённо напоминает. Может и ноготь…, теоретически, он это и

должен быть. Значит, препарат Лизы по-прежнему работает вполне успешно. Вот и прекрасно.

Хотя, если подумать, то не очень. Нет, он понимал, что чем скорее избавится от когтей и

серой кожи, чем быстрее станет прежним, тем лучше, но…, блин, как же приятно когда вот, выпустил и втянул когти-то обратно или вот по дереву, взял, закогтился и рывком так…

Пришлось, раз пять хорошенько потрясти черепом. Однако, уныние его сейчас посетившее, уходить не пожелало. Даже когда применил тяжёлую артиллерию – представил, какая награда

ждёт его, когда станет прежним. Ему дома спать разрешат и снова пустят в постель к одной

невероятно красивой девушке с синими-синими глазами…, почему-то, особой радости не

возникло. Ему будет очень не хватать чувства, что возникает при выпуске/впуске когтей…

До полудня ходил по полям, словно пьяный. Раз пять запнулся. Плюнул в какую-то аномалию

– не полегчало, ни капли. Наоборот, стало очень стыдно за своё поведение.

Только в полдень, ситуация изменилась коренным образом – он учуял новые запахи. Очень

странные и огонёк любопытства погасил тёмное пламя хандры.

Пахло четырьмя сталкерами. Определённо сталкеры. Несмотря на то, что запах их частенько

разнится, каждый по-своему уникален, всё же, есть в нём общие черты. Пот, грязь, прочие радости

походной жизни и отсутствие возможности принимать ванну каждый день. Привычные ароматы

местного социума. Странность заключалась в некоторых непонятных сопутствующих запахах.

Если нос его не подводит, рядом с этими четырьмя людьми, группа зомби, минимум пять

штук, может больше. Это ладно, бывает, Зона тут. Но почему выстрелов не слышно? А ведь ещё и

химерой пахнет и псевдопсом. А вот кровью, не пахнет совсем. Сейчас он может учуять этот

тонкий запах, пока ещё может. Но дело в том, что, когда кровь начинает течь – есть открытая рана, которая всегда пахнет мясом и запах очень стойкий. В принципе, такой запах можно считать

запахом крови, когда нюх слабоват. Только сейчас его нет и в помине.

Велес, недоумённо ворча, направился на запах. Приходится признать, что где-то впереди идёт

компания из четырёх людей, стада зомби, химеры и псевдопса. Причём идут они, меж собой не

враждуя, в одной связке идут, и друг на друга не кидаются. Монолит? Так далеко от ЧАЭС? По

идеи, возможно. Есть информация, что иногда они выходили к Кордону. Цели таких отрядов

Монолита всегда непонятны, но порой случается, приходят.

Они умели контролировать мутантов. Методом жестоким, хирургическим, довольно сильно

аморальным, но умели. Однако – монолитовцы пахнут совсем иначе. Источаемый ими аромат

спутать ни с чем не получится. На лицо загадка. А загадки всегда интересно разгадывать.

Ведь отгадки, непременно стоят денег, иногда очень больших. Так что…

-Я не такой. – Прорычал он небесам Зоны. – Мне просто интересно и всё! Вот.

Небо конечно, промолчало. Не разговорчивое оно в Зоне…, да и хорошо, что промолчало. А

то как-то сразу вспомнился ему плакат Брюса Ли. В тот день, когда он впервые стал мерзко

хихикать над юным каратистом Лёшей, подававшим надежды на обретение восьмого дана. Он73

вполне мог бы стать самым юным каратистом в мире, сумевшим получить первый дан. Ещё бы лет

пять и, не достигнув тридцати лет, некий Алексей, заполучил бы такой поясок…, а там чем чёрт не

шутит, мог бы стать и самым молодым европейцем, сдавшим на красный пояс.

Брюс думал иначе. О чём открыто высказывался. И господина Ли, почему-то, совсем не

смущало, что он просто рисунок на плакате – ржал как индюк плывущий галопом…

Велес слегка вспотел. Не к добру такие воспоминания. Но ничего поделать уже не мог.

В памяти всплыл маленький кабинет, на кафедре молекулярной химии в одном из институтов, малоизвестного города Российского. Он только что с блеском провалил эксперимент с

искусственно созданной активной ДНК – профессор помнится, назвал его двумя плохими словами

и добавил ещё три, тоже матерных. Эксперимент века, успешно запорот. Искусственно созданное

ДНК, развалилось на запчасти, убив подопытную крысу. Юный учёный сидел в уголке и что-то

ваял из доступных химических реактивов. Немного таковых осталось, а новые выдавать никто не

захотел. Профессор, тогда назначил его главным виновником, вообще-то, общего научно-

исследовательского фиаско. Так что юное дарование впало в жесточайшую опалу руководства

сего заведения. Сидел он, работал, дабы как-то притупить волны негативных эмоций, захлёстывающих сознание.

-Меньше нужно идиот. – Сказал кто-то. Парень вздрогнул, худые кисти выронили склянку, она звонка разлетелась на сотни маленьких осколков. Озираться стал, очки с простыми стёклами

поправлять – пусто. Он один в кабинете. – Что вылупился баран? Работай твою мать! Нобелевку

нам запорол ишак, а теперь простой пептид с парой трансгенов угробить хочешь?

И гениальный парнишка, стал одного цвета с халатом.

Хмуря стеклянные наросты, видимо, имитировавшие брови, на него ругалась…, пузатая

колба, для сбора тяжёлых осадков…

Велес остановился на ближайшем холме без деревьев. Сел в позу лотоса, выпрямил спину и

закрыл глаза. Почти час он сидел, сосредоточившись на дыхании. Снизил до одного вдоха в

минуту. Недостаток кислорода, подействовал на мозг отрезвляюще. Лишние, скажем так, опции, отключились. Разум сосредоточился на приёме сигналов от раздражителей и перестал тратить

ресурсы на воспоминания, мысли, прочую бесполезную чепуху. Просто принимал и анализировал

звуки, запахи. Заметно легче стало. Эта память…

-Вот какого хрена она вернулась? – Уныло морщась, проговорил сталкер.