Николай Грошев – Крадётся незаметно он! (страница 54)

Что-то он упускает в этом всём. Организация обожает одним выстрелом убивать сразу двух зайцев, а если получится, то и трёх и четверых. Возможно, вообще всего его догадки верны, а кое-что осталось за кадром, эксперимент с детишками, часть большого сложно устроенного комплекса мероприятий с туманными целями. А может быть он вообще ни в чём не прав и цели опыта никак не связаны ни с Зоной, ни с Ангелами. Не хватает ему информации. Если бы он участвовал в выращивании этих своеобразных потомков Сары, тогда мог бы свои суждения определить как верные на девяносто процентов, а так теряешься в пространстве. Как с тем удалённым подключением, хрен знает к чему и хрен знает, было ли это вообще подключение. Может ему снова стало плохо – недостаток информации и все рассуждения можно оставить в области умозрительных фантазий. Эх…, как там он услышал? «А», двести с чем-то – это он значит. А все остальные «А» - Хозяева Зоны, просто лабораторные крысы, конечно, очень белые, породистые, с пушистой львиной гривой и гордым взором старого индейского вождя, только что обкурившегося трубкой мира, но всё же только крысы. И их у Зоны…, впрочем, глупо думать что их и, правда, под двести и более. Скорее всего, речь об общей численности образцов. Он вот тоже в одном большом опыте, будучи неприлично юн, все образцы нумеровал по порядку. В записях у него тогда набралось штук сто, но до конца опыта, дожили всего три крысы. Причём одна из выживших, была образцом номер десять. Он до сих пор был восхищён тем, какой удивительный геном достался той несчастной крысе, что она всё пережила и дошла до конца…, у него тоже есть порядковый номер, но он не из первой партии. Что-то подсказывает, что из двести с гаком объектов, то есть Хозяев Зоны, в живых, до сих пор остаются от сила два десятка.

Вот такая вот ботва…, лучше думать, что ему тогда плохо стало и глючило его не по-детски.

А то так самооценка упадёт ниже плинтуса, навылет дно пробьёт и начнёт там сосредоточенно копать. Не хотелось бы. Он всё-таки ни какай-то там, тьфу на него, Рональд.

-Я – Велес! – Грозно заявил сталкер, ни к селу ни к городу.

-Что? – Сбившись с темы рассказа и даже забыв о чём именно из своего детства страшного рассказывал, произнёс Соник.

-Да так, о своём я, не парьтесь щеглы. – Отмахнулся сталкер. Тяжко вздохнул и решил рассказать им побольше о Зоне. Он научит их за эту неделю тому, чему научить за столь короткий срок, возможно. И проведёт их по окрестностям – он отработает свой гонорар, но не совсем так, как хочется Лизе. Оба вернутся к ней. Потрёпанные, может даже шибко сильно раненные, но вернутся оба живые и с записями о том, что происходило с ними тут – конечно, с записями в том виде, в каком они требуются для научной части сего опыта. Никаких соплей, слюней и прочей моралистической лабуды, только строгие факты, наблюдения и всё. И ребятки, в случае, если однажды вернутся сюда, будут лучше подготовлены к реалиям Зоны…, а если их однажды пустят по его следу – что ж, рука у него не дрогнет.

Копать могилы он, конечно, не привык, но для них, так и быть, исключение сделает.

Но это будет потом, если вообще будет. А сейчас нужно сосредоточиться на своей задаче.

Два дня он водил детей по Прикордонью, наблюдая за их состоянием и реакцией на окружающий мир. Большую часть наблюдений, кратко записывал в блокнот, попутно радуясь, что всё же не сжёг его. А вот страницы со своими записями, он всё же выбросил, со словами:

-Прощай, ты был хорошим психологом и другом, ты очень мне помог.

Кут заурчал недоумённо, когда скомканные листочки пропали в Пространственном Вихре. Покосился на своего товарища по путешествиям в Зоне и снова заворчал. Детишки в тот момент стояли за их спинами и молча ждали – вопросов они не задавали, вели себя смирно и не допускали неуместных комментариев. Чему никак не мог научиться Кут. С появлением этих двух в их маленькой компании, пёс стал позволять себе больше, чем обычно. Так, при стычке с зомби, одного из которых Велес, предварительно извинившись, жестоко избил и, заломив руку, утащил его к ближайшей аномалии. Где, снова извинившись, выбросил беднягу туда, навстречу его второй и последней смерти. А когда вернулся к своим друзьям, обнаружил, что бледные дети наставили пистолеты на слегка разложившегося и жутко хрипевшего покойника, а Кут стоит на его спине, злобно рыча в затылок бедолаги и поминутно фыркая. Чего это он рычал и фыркал? Да это просто кусочки гнилой плоти, застряли между зубов. Прежде чем уронить мертвеца наземь, Кут отхватил ему обе руки и одну ногу выше колена. Тут Кут и позволил себе эту некультурную выходку – атаковал его ментальным ударом, словно жертву охоты своей и следом отправил мысль, более сложную, а конкретно, пару смазанных образов. На первом Велес, с совершенно безумными глазами, вёл мертвеца к аномалии, а за его спиной, второй мертвец, хищно скалясь, подбирался к детям. Которые опять щеголяли пушистыми чёрными хвостиками. Второй образ демонстрировал Кута, с рваной раной в боку и двух начисто разорванных щенков Чёрного пса Зоны. Оба щенка имели знакомые человеческие лица – такие как у Триа и Соника. Только сильно вытянутые и с оскаленными кривыми клыками. В ответ Велес высказался по поводу того, что настоящая собака, не допустила бы ничего подобного, и отправил Куту образ, точное отражение того, что он сейчас видел. За одним исключением, над мертвецом стоял не совсем Кут – нечто на него похожее, но куда мускулистее, выше и с таким арсеналом клыков, что крокодил от зависти сдохнет. Кут почти замурлыкал от удовольствия, но всё равно, до самого вечера поглядывал на него укоризненно. Ведь из-за своих некоторых странных привычек и особенностей своего сложного, глубокого, тонко чувствующего характера, Велес поставил под угрозу благополучие никого-то там – щенков, неспособных позаботиться о себе. По мнению Кута, это был крайне аморальный поступок. Велес должен был прикончить обоих мертвецов. О чём он и сообщал, способом, какой был ему доступен. Попутно сопроводив свои мысленные образы, бурей справедливого возмущения.

Что, впрочем, не помешало Велесу закончить начатое. Правда, хотелось бы, что бы мертвец остался относительно целым, но ничего не поделаешь – надо было объяснить Куту сразу, что ему от него требуется, а не полагаться на его сообразительность, которая проявлялась часто, но совсем ни тогда, когда нужно. Он надеялся, что Кут увлечётся игрой – станет мертвеца гонять по полю, как иногда любили делать и он и Рут. Однако в присутствии щенков, Кут вдруг отбросил свою врождённую игривость и стал даже почти взрослым. Поразительно, как меняются взгляды на этот мир, когда на тебя вдруг сваливается ответственность за чьё либо благополучие.

В итоге пришлось вытерпеть ментальный расстрел гневными эмоциями и работать с тем, что от мертвеца осталось. Используя покойника как наглядное пособие, он объяснил детям, что это вообще за животное такое, какую нишу он занимает в местной фауне, как с ним покончить и какие встречаются разновидности. При этом мертвеца он оставил в живых - выгнал с его спины Кута и уселся туда сам. Стал успокаивающее поглаживать волосатый затылок жутко хрипевшего покойника, вести себя непринуждённо и говорил всё, что было нужно сейчас сказать.

Конечно, ни каких соплей и эмоциональной бредятины – сухо, строго по факту. В виду чего пришлось даже пойти на небывалую жертву – он полностью исключил расширенный курс по тонкостям и особенностям психологии живых мертвецов, а так же отказался от детализации различных вариантов и оттенков вероятных моделей общения с данными обитателями Зоны.

Высказал только то, что нужно было детям знать, что бы выжить, оказавшись здесь снова, без его чуткого и внимательного руководства. В процессе, детям было приказано сесть в метре от головы мертвеца. Кут немедленно уселся между ними и клацающей челюстью мертвеца. Велес долго уговаривал Кута отойти в сторону, но тот не сдавался, только возмущённо рычал. Пришлось прибегнуть к хитрости – он послал своему мохнатому другу образ. Простенький такой, в двух вариантах. В первом, Кут сидел в сторонке – толстый, весь заплывший жиром, с одышкой, обвисшими ушами. А потом мертвец вырывался из-под Велеса и мгновенно добирался до детей, разрывал их в куски, а Кут, просто физически не мог сдвинуться, так как был безобразно толстый и ленивый. Пёс от таких мысленных кино, аж поперхнулся, потом подпрыгнул на ноги, стал яростно рычать и время о времени тявкать. Тут он отправил другой образ – Кут такой же толстый и ленивый, но сидит между детьми и мертвецом. Зомби вырывается на волю и Кут, тяжко отдуваясь, просто падает в его сторону, одним щелчком откусывая покойнику голову.

Кут вообще замолчал. Постоял на месте пару секунд и обиженно ворча, отошёл на метр в сторону – издёвку он понял и осознал. Так что, пересел, доказывая, что он и оттуда, в случае чего, легко достанет любого негодяя, желавшего причинить вред молодым щенкам – Триа и Сонику.

Самое странное, что в его понимании, они такими и были. Щенками Чёрных псов, едва научившимися ходить. Удивительно…

В процессе общения с ребятами, Велес следил за ними. Собственно, он их и посадил так близко и дискуссию эту развёл ради одного простого теста – реакция на стресс, на непосредственную опасность. Далеко не каждый сталкер, смог бы сохранять спокойствие, в такой вот ситуации, под носом у живого мертвеца. Оля вот, не могла долго сдерживаться. Она бы уже пристрелила сего несчастного зомби. Детишки показали себя совсем с другой стороны.