Николай Грошев – Эволюция Хакайна (страница 95)

— Мерзкие грешники, заполонили всё вокруг, грязная вода, грязный свет, всё идёт через призму Великого греха, что затопил эту землю и нет прощенья мерзким идолопоклонникам погрязшим в прелюбодеянии и воровстве. Окаянные дьяволовы дети ходют по земле… — Брюзжал рядом Пастор.

Обычно Велес просыпался в такое время в отличном настроении полный радостных мыслей. Сегодня, под монотонно брюзжание Пастора он проснулся усталым, помятым, совсем не выспавшимся. Один взгляд на кислую физиономию нового знакомого, убил остатки хорошего настроения и с корнем вырвал ростки всегдашнего добродушия, коим славился Великий Баал…, в том смысле что Велес.

— Проснулся грешник!? — Процедил Пастор сквозь зубы. — Господь милосерден, но твои грехи столь ужасны, что даже заступничество Святого Павлика вряд ли сможет спасти твою душу!

— В чём дело? — Ответил Велес и от звука своего голоса удивлённо вскинул брови. Он не узнавал его! Какой-то тоскливый плач, а не голос!.. Приболел, может? И почему на душе так плохо, словно только что совершил он нечто ужасное, такое, за что его нужно немедленно повесить?

— Ужасный голод терзает Святого, а ты, презренный грешник, даже не вспомнил о том, кто рискуя спасением собственной души, денно и нощно молит Господа за душу твою чёрную!

— Минуту Пастор, одну минуту. — Велес поднялся и стал принюхиваться. Как-то вдруг забыв о своём решении не показывать Пастору некоторых своих не совсем обычных способностей. Более того, он чувствовал неистребимое желание немедленно раздобыть для Пастора какой-нибудь еды. Желудок заурчал, напоминая, что Велес и сам давно не ел, но разум решительно подавил собственный голод — перед ним стояла куда более важная задача, он должен накормить Святого и немедленно! Где-то в глубине души слабо шевельнулось непонятное чувство, кажется, удивление. Казалось, часть его разума уверена, что Велес ведёт себя странно. Впрочем, сознание быстро подавило непонятное чувство, и он сосредоточился на запахах.

— Ты чего делаешь иродов сын?! — Рявкнул злой и голодный Пастор. Однако, с некоторым беспокойством. Его спутник вообще не таился теперь — задрал нос повыше, верхней губой подёргивал, шумно воздух втягивал, в общем, вёл себя как-то не совсем по-человечески.

— Ищу запах. — На мгновение Велес прервал своё занятие, что бы объяснить Святому человеку, зачем он омрачает его взгляд такими неприятными картинами и шумными звуками, издаваемыми носом при каждом вдохе. — Там где пахнет людьми, мы можем найти пищу для вас Пастор.

— А…, это да…, прав ты грешник, прав. — Пробормотал Пастор, отодвигаясь подальше от Велеса. На сероватом лице бродяги появились признаки беспокойства.

— Благодарю Пастор. — Слегка поклонился Велес и вернулся к своему занятию. В какой-то момент он потянулся сознанием к Сети. Обоняние оказалось бессильно, рядом людей нет. Кроме одной женщины, идущей примерно сюда. Но у неё еды с собой нет, он чувствовал, а есть её саму, Святой Павлик ведь не станет — божий человек, напоенный благодатью, не про него это, не будет он есть человека. Так что Велес расширил зону поиска с помощью Сети. Этому он научился недавно и результат не всегда соответствовал тому, что нужно. Однажды, в поисках слабой электромагнитной активности нервных систем живых существ, он обнаружил довольно большой такой сгусток. Прикинув мощность сгустка, решил, что нашёл людей и пошёл к ним, знакомиться. В Зоне ведь без общения никак — сыро, грустно, всё кругом достало, а тут ррраз! Люди. И сразу улыбки, смех, дружеские беседы…, ну, иногда конечно, сначала десяток пуль, а потом вместо «здрасте», «колюнь иди побачи, шо сдох там аль немае никого». Но ведь не всегда! И, кроме того, когда Колюня очнулся и перестал притворно стонать (он тогда руку парню забинтовал и мазью помазал — к тому же перелом был закрытый, а мазь хорошая, так что невоспитанный ипохондрик Колюня явно притворялся), они познакомились и мило побеседовали. Заряд хорошего настроения был получен такой, что хватило на те два дня пока он добирался обратно на базу бандитов. Да…, давно это было…

В общем, в тот раз вместо людей, он нашёл стаю кровососов. С тех пор и убедился, что сказки о логовах и стаях кровососущих мутантов Зоны, совсем не сказки. Неприятная история вышла. С другой стороны, пока убегал, он случайно обнаружил старый, давно заброшенный схрон. Как говорится, не бывает худа без добра. Потом, когда стая невоспитанных мутантов от него отстала, он вернулся и раскопал подозрительный участок местности — ногой туда провалился, чуть лицо в лепёшку не расшиб, бежал-то быстро. Так вот собственно и обнаружил тот схрон. Там артефакт нашёл красивый, правда, название уже забыл. Кому продал, тоже запамятовал.

— А сейчас чего делаешь окаянный грешник? — Проскрипел Пастор, устав ждать. Велес к тому же принюхиваться перестал и застыл, стоя к нему спиной, да глядя куда-то непонятно даже куда.

— Ищу очаги электрической активности. — Отозвался Велес. Тут же почувствовал укол вины, за такой краткий, лишённый должного уважения ответ. Повернулся, всё ещё удерживая контакт с Сетью. — Простите Пастор, но это сложный процесс, он требует сосре…

— Аааааааа!!! — Взвыл Пастор, из положения сидя буквально выпрыгнув из снежной ямы. Обвалил край, кубарем скатился к ногам Велеса, поднял голову и: — Ааааааа!!!

— Пастор, позвольте, я помогу вам подняться! — Воскликнул Велес, поспешно протягивая руку, Святому, только что воткнувшемуся носом ему в сапог. По руке скользнула синеватая искорка, из глаз брызнули молнии, и Велес хотел было вновь извиниться, но:

— Ааааа!!! — И Пастор, подскочив на ноги, стремительно вылетел из снежной ямы. По пути, однако, не забыв прихватить свои снегоступы. Спустя минуту, высоко задрав плащ, Святой Павлик уже скакал по снежной Зоне, стремительным галопом.

Велес смотрел вслед Святому человеку полный невероятного раскаяния и вины.

— Демон! Адский Демон! Под личиной грешника и прелюбодея сокрылся Адский Демон!!!

Завывал Пастор. Голос его постепенно стихал. Вскоре фигура Святого Павлика растворилась вдали, слившись с горизонтом. А Велес так и стоял на месте, не в силах даже думать. На него нахлынули странные чувства. Скорее даже их полное отсутствие. Какая-то тотальная апатия и уныние. Ничего не хотелось делать, ни единой мысли в голове — он даже сесть не мог. Мозг словно уснул. Энергия Сети медленно покидала его тело, вскоре связь с ней прервалась полностью. Даже сердце билось всё медленнее и медленнее.

— Рррр вваф! — Сказал кто-то пушистый и очень серьёзный, аккуратно садясь на краю снежной ямы. Лизнул лапу и снова сказал тоже самое. Рядом сел второй, не такой пушистый и тоже сказал «вваф!». Велес не отреагировал и пёс покрупнее рыкнул на того, которому одну сторону тела, будто спьяну кто побрил. Пёс рыкнул в ответ и прыгнул в яму. Улёгся возле ног неподвижно стоящего сталкера и тихонько заскулил. Спустя минуту крупный пёс завыл, вторя собрату.

— Парни, что-то мне нехорошо. — Пробормотал Велес, садясь на снег. С ним начало твориться нечто непонятное. Он ощущал горечь утраты, такую сильную, будто на его глазах умер Кут или Рут, но при этом разум бунтовал, понимая необоснованность чувств, сейчас захлестнувших сознание. Будь на его месте обыкновенный сталкер или бандит, вероятно, состояние полной прострации длилось бы ещё не один час, а может и вовсе кончилось бы плачевно. Сейчас он вряд ли смог бы адекватно встретить даже крысиного волка нацелившегося на плотный перекус какой-либо из особенно вкусных частей его тела.

Однако разум Велеса, отличался не только некоторой его оригинальностью в плане образа мышления. Когда-то он вполне обоснованно считался ещё и учёным.

Все чувства человека, за исключением интуиции, обусловлены химией тела — абсолютно все. Страсть — ферамоны, исторгаемые телом особи противоположного тела. Если генотип ферамонов обещает исключительно хорошее потомство, возможно даже возникновение зависимости, родственной наркотической и зовущееся Любовью. Отвращение — чаще всего это резкий неприятный запах, который сознание не всегда даже воспринимает, а подсознание классифицирует совершенно определённо — особь нездорова, возможно, заразна, лучше держаться подальше. Страх — выброс адреналина, запускаемый участками мозга, неподконтрольными обычному сознанию…

Впрочем, один китайский джентльмен…, хотя тут Велес последние пару месяцев начал сомневаться. Чем чаще он вспоминал китайца, тем больше задумывался. Он ведь очень походил на Хитеси! Того самого мордвина, очень сильно изувечившего своё тело, всякой киборгизацией непонятной. Ну, голод и не то с людьми делает, особенно если голодающий явно головой не здоров, да ещё и этнический узбек. Ну, кто в здравом уме поверит, что кролики-самураи, вымышленные мультяшные герои, могут быть его предками? Конечно, Херасран, сумасшедший. Но, надо признать, очень интересный собеседник и умный к тому же. Гений он, а все гении сумасшедшие, каждый по-своему, но все абсолютно. Исключение из правила большая редкость. Вот как с ним — тоже ведь исключительно гениальный человек, а при этом психически совершенно здоровый.

Велес глубокомысленно нахмурившийся, кивнул своим мыслям. Яркий свет гениальности, не сможет притушить даже лёгкое недомогание, неожиданно свалившееся на него.