Николай Грошев – Эволюция Хакайна (страница 198)

Он не особо надеялся — всё-таки камера лежала там долго, а потом этот неприятный инцидент с Жаркой…, однако, камера включилась.

— Джапан делают хорошие вещи. — Заключил он, уважительно кивая камере.

И приготовился смотреть нечто таинственное и увлекательное!

Две минуты на экранчике виднелась какая-то постройка, которую снимали непонятно зачем. Велес не смог сдержать стон разочарования. А потом запись оборвалась, и на него посмотрело бледное лицо с крупным шрамом от кислоты. Через скулу, да на лоб — жестокий такой шрам. Как глаз у парня уцелел? Повезло ему видать. Нормальный сталкер. Если только в глаза не смотреть. Алые белки и зрачки, слабо мерцавшие в полутьме уже знакомого помещения. Угол камеры подсказывал, что во время записи она стояла на той коробке. Парень записывал сам себя перед смертью. Он начал говорить. Хриплый, усталый голос.

— Для начала, что бы было всё ясно. Это, принадлежит О-Сознанию. Если сюда кто-то добрался и нашёл — мужик, умоляю, отнеси камеру людям из О-Сознания. И поспеши. Эти попытки с Монолитом, эта идиотская игра… — Парень закашлялся, прикрыв рот рукой. Когда он убрал ладонь, на ней осталась кровь. — Мне пиздец. Напоролся на этот комплекс случайно, попытался изучить…, изучил блять…, но моя смерть не напрасна. Парни, мы идиоты!

Он хрипло, с надрывом рассмеялся и спустя несколько секунд, сквозь этот жуткий смех, сказал.

— Прорыв ебать Ноосферы — дебилы сука! Нельзя заканчивать проект! Мы ничего не добьёмся, только встрянем в большие проблемы. Станем частью опыта, ещё одним херовым экспериментом.

О чём речь? Я и сам не совсем понимаю, — он отклонился в сторону и указал туда, где лежали капсулы, — оно рассказало. Много чего рассказало. Десять капсул. Я вскрыл последнюю, а потом прочитал журнал. Вот такой я ебанутый мудак…, Орион изучал их. Они так и не поняли что это такое. Парни, вы знаете, что со мной случилось, знаете, что это сделало с моим мозгом. Я запоминают всё. Вадя, ты говорил, что моя память неограниченна — Вадя, ты долбоёб. У всего есть предел. Мой мозг лучше и только поэтому я ещё понимаю, что происходит и могу разобраться в том, что вливается в мою башку… — Он мрачно замолчал, потом продолжил. — Оно всё ещё вливается. Такой объём информации…, бля, он бесконечен. Живое существо не способно вместить столько. Скоро я сдохну. Бежать нет смысла. Я знаю, что это такое — нахат уже подключился к моей нейронной системе. Его не отключить без тесхатьетты…, сука. Эти слова. Эти ебучие слова разрывают мне башку…

С полминуты человек тёр лоб ладонью, потом продолжил.

— Капсула сгружает данные. Это база данных, огромная, она внатуре кажется бесконечной. Сколько же там информации! Нахат предназначен, для компьютеров. Их компьютеров, долбанных органических компьютеров. Парни вы представляете кто это создал? Если бы я не знал так много, я бы назвал их Богами! А эта штука, это блядь флэшка, а я её сука жёсткий диск. — Парень вдруг начал нести тарабарщину. С трудом взял себя в руки и заговорил на нормальном языке. — Они далеко продвинулись. Пространство используют, как мы медную проволоку…, использовали…, блять, уже скоро. Голова готова лопнуть от боли, я начинаю путаться. Вадя — Ноосфера это гипотетическая ебота. Мы идиоты Вадя, полные сука дебилы, ебучие неандертальцы, с еловой дубиной на атомный реактор…, ты даже не представляешь, что создало Зону, это… — Минуты три он говорил, не замечая, что его речь, говорится на другом языке. Велес несколько раз услышал загадочное «нукладд» остальное не разобрать. Вскоре он перешёл на нормальную речь.

— …и всё. Понимаете? Нам это не остановить. Можем повлиять, я даже знаю как, но остановить и тем более контролировать не получится. У нас просто нет нужной технологии, что б такое провернуть. А если бы и была технология — хуй мозгов нам хватит, понять, как оно работает… — Он уныло шмыгнул носом. Вытер его, даже не заметив, что хлюпают там вовсе не сопли. По губам и подбородку бежала кровь. И всё быстрее. К концу речи парня, кровь текла из глаз и ушей. Из носа практически хлестала. — Скоро я помру, эх…, простой атэсхат, мог бы спасти мне жизнь за две секунды. Но рабочий атэсхат, если где и есть, так под землёй среди их руин…, жаль умирать…, не хочу…, столько всего в голове…, я чувствую, что в моих силах взорвать Солнце и создать новое!.. Скоро. Не делайте того о чём пожалеете парни, очень прошу — не надо.

Мужик наклонился, мелькнули руки и запись выключилась.

Велес долго сидел на кровати, пытаясь сообразить, что он сейчас смотрел и как это использовать. В голове только глухо звенело. Всё что смог придумать, так это отдать камеру Лизе и предложить ей назвать свою цену. Всё слишком уж глобально и мутно. Какие-то приборы, знания…, зачем все эти грузы о судьбах мира? Неужели нельзя просто жить? Вон, какой мир за пределами этих стен! Чудо…, правда, помыться негде…, ну и что! За то природа красивая и разнообразен животный мир.

Велес провёл на базе Организации полных три дня. И Лиза даже не приказала жестоко его расстрелять за нарушение её приказа. Правда, чуть сама не пристрелила, когда он переодетый и тщательно отмытый, выбрался в главный зал и стал требовать себе в комнату новый шкаф. Требовал «власти» немедленно разобраться с ситуацией. Рассказывал сталкерам какие тут все грубые и злые. Жаловался, что рис опять не подвезли. Попытался познакомиться со сталкерами женского пола, с теми, которые показались ему несъедобными и достаточно интеллигентными. Когда один из бойцов базы попытался утихомирить крикливого сталкера, Велес отобрал у него оружие и бросил бойца в окно дяди Паши. Старик как раз читал журнал и «снаряд» приземлился на мягкое. Лиза ворвалась в зал спустя несколько минут с отрядом бойцов — Велеса загнали в его комнату под дулами автоматов. Впрочем, он не сопротивлялся. Едва Лиза появилась в главном зале, сталкер извинился перед народом и проследовал в свою комнату без дополнительных указаний. Там Лиза сообщила, что Велес её уже достал и терпит она его, только благодаря камере, с интересной записью. Велес извинился, не забыл сказать, что она сука, снова извинился и потребовал вина с круасанами. Кончилось сие тем, что терпение Лизы иссякло.

— Либо ведёшь себя подобающе и можешь пользоваться нашим гостеприимством полную неделю. Либо собираешься и валишь завтра же.

— Но позвольте! — Возмутился Велес.

— Разницу по цене за эту камеру, получишь рисом и ружьём посолиднее.

— Я бы с радостью у вас остался ещё на две недели! — Воскликнул Велес. Лиза нахмурилась. — Но дела, дела, сами понимаете — никак! Увы, раз уж вы собираетесь подарить мне винтовку «асат2М», с калибровочной системой стрельбы, я вновь буду готов к поискам в Зоне и покину вас немедленно!

— Асат? — Лиза моргнула, взъерошила волосы. — Это что за ствол такой?

— Гибрид снайперской винтовки и тяжёлого автомата. — Охотно пояснил сталкер, с очень честными глазами — даже на секунду сам поверил в сказанное. — При создании использованы модели НАТОвского оружия. Казённую часть, переделал и усилил Франкенштейн под моим умелым личным руководством. Может использовать несколько видов патронов.

— То есть, этот асат, из закромов Организации?

— Ага.

— Ты понимаешь, что твоей записи, для покупки такого оружия слишком мало? — На всякий случай поинтересовалась Лиза, потому как сталкер сидел, на неё смотрел и глупо улыбался. Кивнул с той же дибильной улыбкой. — Что ты можешь предложить? Учти, его цена выросла в четверо.

— С чего вдруг? — Улыбка слетела, появилось выражение близкое к лёгкому удивлению.

— Оружию такого уровня, в Зоне делать нечего.

— Так асат обычный огнестрел, просто более совершенен, чем прочие модели. Ничего принципиально нового в нём нет. И сталкерам он не понравится. Казённая часть механизм тонкий, её не починишь в поле. А если сломается, оружие придёт в негодность.

— Торговаться я не намерена. Цену ты знаешь. Жду твоих предложений.

Ушла, а Велес остался в комнате. Лёг в постель мягкую и стал думать, как вытрясти из Лизы «асат»…, а может что-нибудь попроще взять? Или вообще без оружия уйти…, не, скучно без оружия. И сталкеры с подозрением относиться начнут. Надо ствол. Если подумать, «асат» ему не нравился. Может потому что в его создании он принимал, на самом деле, самое поверхностное участие? А может всё дело в характеристиках оружия. Для Зоны вещь не слишком подходящая. Вот что бывает, если оружие делают сразу несколько независимых центров поблочно и ни один понятия не имеет, с чем создаваемый блок будет совмещаться. Притирали готовые детали в отдельном центре, который понятия не имел, как создавались и как работают эти детали. Получилось удивительное оружие — это да. Но могли сделать и лучше. И все его дефекты могли бы устранить ещё на стадии создания прототипа. А так всё бросили, собрали несколько моделей, с мелкими усовершенствованиями и всё. В итоге все «асаты» и 2М и 1М и все три модели «УМ» (усовершенствованная модификация), так и остались прототипами, непригодными для массового производства. А фактор сей, очень важен, когда с оружия планируется получить прибыль. Каждый ствол собирался долго, нудно, в сборке нужно было задействовать массу людей, оборудования и в итоге себестоимость каждого асата делала его вечным прототипом, памятником гению множества учёных, памятником, обречённым на вечное погребение в подвалах Организации.