Николай Грошев – Эволюция Хакайна (страница 134)

Так что, едва подойдя к холму, он начал активно шуметь, махать руками и говорить разные слова — на тот случай если его примут за зомби. Мертвецы говорить путём не могут, а строить фразы и слова правильно, им чаще всего не под силу. Продолжая издавать громкие звуки, он двинулся к вершине холма. Пока шёл, старался смотреть под ноги — где-то тут просторная яма, изображавшая окоп. В ней летом пулемёт и два человека, зимой снег, иногда очень рыхлый. Выбираться оттуда сущее наказание. Как-то туда Рут провалился, выл так что на Кордоне слышали, а рычал как! Жуть. Хорошо ночь стояла. А то бы окурки вылезли бы из пещеры и стали бы в него стрелять, пришлось бы ругаться с ними и терять дружеские отношения с такими полезными людьми — всё-таки, в Зоне торговцы не ландыши, где попало не растут. Мало их.

Не пройдя и половины холма, Велес учуял человека. Дунуло ледяным ветром, а с ним пришёл запах. Знакомый. Этот кто-то прятался за толстым тополем, почти на вершине холма. Не очень тут тополь этот смотрится, ёлки куда как красивее…

— Хорош уже орать. — Проговорил человек, выступивший из-за прикрытия дерева.

— Мрак, привет. — Помахал рукой Велес, останавливаясь.

— Здорово. — Кивнул Мрак, садясь на корточки, а автомат, ставя к дереву, прикладом в снег. — Ты чего к нам, в гости или купить что-нибудь?

— Ну. — Велес указал плавным жестом обеих рук на себя самого. Мрачное лицо парня, получившего прозвище не просто так, ничуть не изменилось, та же физиономия, человека только что потерявшего веру во всё светлое и хорошее, что есть в этом мире.

— Да, прикид совсем дохлый. — Мрак достал пачку сигарет и приглашающе махнул рукой. — Иди сюда, покурим. Новостями обменяемся.

— Да какие там новости…, - махнул рукой сталкер, как бы говоря, что все его новости это одни неприятности о которых ему не шибко хочется распространяться.

— Понятно. — Кивнул сталкер, средь сталкеров прочих, считавшийся низшим классом, «окурком».

Покурили молча. Велесу, отчего стало совсем грустно. Толи физиономия Мрака так подействовала, толи воспоминание о словах злого мэра, вообще-то верно подметившего, что еслив угощают, Велес не отказывается, курит. Раньше он был абсолютно уверен — дурная привычка просто дань прошлому, дань утраченной памяти, ведь раньше он курил…, теперь возникла мысль, что за кампанию курит он по другой причине. Бесплатно потому что, на халяву…

Так ещё всю свою жизнь переосмысливать начнёт в неправедном блин русле. Не докурив, он утопил сигарету в снегу. Бычок сердито зашипел, коснувшись снега, но сопротивляться сему деянию, понятное дело не смог. Растаявший снег безжалостно погасил огонь, оборвав краткую жизнь сигареты, значительно раньше срока.

— Проводишь ко входу?

— Конечно, пошли. — Мрак прикусил сигарету зубами и поднялся, хватая оружие двумя руками. Так и двинулся, докуривая в пути. Шагов через десять сигарету выплюнул и весьма печально сказал. — У нас сейчас людей совсем мало. На базе только Удача с парой парней. На улицу некого ставить.

Если подумать походило на жалобу о судьбе злодейке, но кто хоть немного знал Мрака, никогда не отнёс бы его слова к разряду жалоб. Примерно тем же тоном он мог сообщить и о нахождении особо ценного артефакта и о собственной скорой смерти. Просто сам по себе такой человек. А вот почему он решил сообщить это Велесу, вопрос интересный. Так что он ограничился сочувственным кивком, не поддержав разговора. Мрак будто и не заметил ничего, дальше шагал. Так до пня и дошли, слушая скрип снега от собственных шагов. Велес, задумавшийся над словами Мрака, сказанными явно неспроста, обратно пропустил момент открывания пня. На то, как здоровенный огрызок некогда величественного древесного ствола, медленно поднимается вверх, и замирает, одним краем утонув в снег, словно и правда крышка люка, он смотрел с заметным разочарованием.

— Добро пожаловать. — Сталкер-окурок указал на тёмный зев, за которым начинался подземный тоннель, чем-то слегка освещённый. Чуть дальше там лампа висела, вот он и освещён мало-мало.

— Мрак, а что случилось, почему так мало людей?

— Зона. — Ответил Мрак, довольно таки мрачно плюнув себе под ноги. — Падла штопанная.

— Кхм…, - Велес не то что бы смутился, он, собственно, чуть в тоннель не рухнул. Практически все сталкеры очень уважительно отзываются о Зоне. Наделяют её всякими интересными свойствами, некоторые ей даже поклоняются. Бывает и среди бандитов таких не мало. Но вот что бы окурок — обожжённый Зоной человек, из-за ужаса, въевшегося в каждую его частичку неспособный ходить по полям даже увешенный датчиками як ёлка новогодняя, так отзывался о Ней? Впрочем, Чешик вроде говорил, что Мрак не совсем окурок. Его обожгло, но страха в нём нет…, может потому и…

— А если Зона, эээ, оскорбится твоими словами?

— Да и хуй ей в рот. — Рыкнул Мрак. Постоял немного, глядя куда-то в сторону Кордона и, вдруг сказал. — Домой хочу. Подальше отсюда… к Стасе, к Павлику…

— А кто это?

— Кто? — Мрак тряхнул головой и посмотрел на Велеса. Не мрачно, не вопросительно — в глазах застыла такая печаль, какой он не видел даже у Чебурека, перед тем как парень пустил себе пулю в лоб…, Чебурек? Перед глазами возникло круглое, трогательно румяное лицо. Кто-то из прошлого, только из какого именно и с чем это связано?

— Стася, жена моя. Была. — Мрак отвернулся и пошёл на свой прежний пост. Напоследок он проговорил. — Нету их, давно мертвы.

Велес сочувственно кивнул спине парня и спрыгнул в яму. Пень начал задвигаться на место, за несколько секунд до его прыжка. Любопытно. Раньше он так плавно это делать не умел. Видать, какую-то пружину добавили к механизму люка, замаскированного самым настоящим пнём.

Вряд ли он увидит Мрака, в следующий раз посетив берлогу Чешика. Жаль, Мрак хороший человек. В нём много от Рута, а если человек так похож на одного из самых воспитанных Чёрных Псов Зоны, он просто физически не может быть плохим.

Однако, Мрак то совсем и не окурок…, они ведь редко помнят даже собственные имена. А может к парню начала возвращаться память и потому ему так на душе погано?

— Опа, кого я вижу. — Как-то совсем безрадостно проговорили с вбитой в стену кровати.

— Добрый день. — Сдержанно, без гротескно-показной радости проговорил сталкер и даже слегка склонил голову. На него с интересом смотрели две пары незнакомых глаз. Никакой враждебности владельцы этих глаз не проявляли — раз его пропустили через посты наверху, значит свой или клиент, сталкер ищущий торговых отношений. Ещё одна пара глаз смотрела, с ненавистью и брезгливостью. Видать не забыл Удача, за что ему сломали обе ноги около года назад…, очень жаль. Хороший он парень. И сталкеры уважают, любит его Зона, везёт ему там, где другие мрут как мухи в облаке дихлофосном. — Позвольте выразить свою скорбь, по поводу последних неприятностей обрушившихся на это место.

— Мрак рассказал? — Проворчал Удача. Вроде напряжение в лице как-то меньше стало? Или показалось…, Велес вдруг решил, что нужно как-то загладить варварский поступок Валдиса. Но, конечно, не пустыми словесами, тут нужно что-то более вещественное. Сталкер не ценит пустых слов, в подобном положении он уважает и понимает только дело.

— Он сказал, что людей у вас теперь немного, но в детали не вдавался.

— На посту смена стояла, когда нача… — Заговорил, было один из двоих незнакомых окурков.

— Чешик у себя, куда идти ты знаешь. — Оборвал парня Удача, похоже, считавшийся ныне чем-то вроде капитана в армии.

Велес больше не пытался завязать разговор. Двое окурков притихли и с некоторой настороженностью на него поглядывают — наверное, они тут не давно и не знают, отчего старший так негативно относится к гостю. Теперь они и вовсе не заговорят с ним. А Удача весь так пылает лютой ненавистью в его сторону.

Вот! Вот к чему приводит недостаток культурного воспитания — у людей ломаются ноги, болят зубы, а потом они наполняются ненавистью, хамством и грубостью.

Чешик сидел за своим столом, в просторной комнате с земляными стенами, да парой дверей в этих стенах. Помнится, раньше дверь была только одна, а теперь на каждый тоннель своя дверь есть. Правда, дощатые, сколочены кое-как — вкривь и вкось.

Торговец активно, но без аппетита кушал. Картошку в мундирах. Мундиры вот счищал, с величайшим отвращением на них глядя и с таким же отвращением, поедал то, что под ними находилось. На гостя глянул без всякой радости или злобы, скорее с раздражением.

— Здравствуйте.

— И тебе не хворать. — Буркнул толстяк. Кстати, заметно исхудавший. Приболел может?

— Я присяду? — Торговец откусил картошке бок и что-то невнятно буркнул, небрежным жестом указав на деревянную табуретку с другой стороны стола. — Благодарю вас, вы очень любезны.

— Работы нет. — Прожевав, сообщил торговец. Велес преувеличенно расстроенно покачал головой. Впрочем, ему действительно было немного жаль. Чешик нередко подкидывал очень интересные задания. Платил не слишком хорошо, но и требований по срокам почти никогда не предъявлял.

— А я вот поторговать собственно пришёл. — И выложил на стол «Алую Каплю». Чешик сглотнул, путём не дожевав кусок, глаза полыхнули алчным блеском. Однако…

— Херня арт. — Заявил торговец, всеми силами стараясь показать, что «каплю» он, конечно, купит, но не потому что она ему нужна, а по дружбе. — Ты мне иногда помогаешь с поручениями, так что, я даже больше заплачу, чем это говно стоит. Полторы штуки. А, — не шибко удачно изображая внезапный порыв щедрости, махнул рукой торговец, — как постоянному клиенту, две дам.