Николай Горькавый – Первооткрыватели. 100 научных сказок (страница 40)

Однако в следующие 600 лет – с V по X век н. э. – темп научного прогресса резко снизился: каждый век рождал по четыре открытия.

– Одно открытие за 25 лет! – снова высказался Андрей.

Начиная с одиннадцатого века, научно-технический прогресс оживает, а в последние века второго тысячелетия стремительно ускоряется: с восьми изобретений в одиннадцатом веке к XIX веку темп открытий превысил отметку в 8000 открытий и изобретений, а в XX веке ещё больше усилился.

Сорокин задумался: откуда взялись 600 лет научного бескровия? Почему скорость прогресса увеличилась в последние сотни лет?

Упадок научно-технической мысли после IV века н. э. многие связывают с вторжением варваров на территорию Рима и с чумой. Но войны и болезни потрясали человечество всегда, поэтому такой ответ не устроил пытливого учёного.

С помощью коллег Питирим Сорокин провёл кропотливое исследование, желая понять, как менялось мировоззрение в обществе и с помощью каких методов люди искали истину в разные века. Сорокин выделил три источника истины: «истину чувств», «истину разума», «истину веры» – и тщательно изучил их распространение в цивилизации Древнего Рима и Греции, а также в Западной Европе.

– Что такое «истина чувств» и «истина веры»? – подняла брови Галатея.

– Под «истиной чувств» Сорокин понимал извлечение истины из опыта и информации, которую доставляют в мозг наши чувства через глаза и уши.

– Но, кроме зрения и слуха, есть ещё запах, вкус и осязание! – блеснула знаниями Галатея.

– Правильно. Кроме того, учёные выделяют шестое чувство: кинестезию – ощущение пространственного положения своего тела. Если, закрыв глаза, ты безошибочно прикасаешься пальцем к своему носу, то ориентиром тебе служит это самое шестое чувство.

Под «истиной разума» социолог понимал истину, которую можно извлечь из работы разума, логического мышления. Например, математические теоремы – это «истины разума».

«Истина веры» – это истины, которые люди черпают из своей веры, священных книг. Например, многие считают истиной существование загробного мира, куда переселяются души умерших.

– То есть, в понимании Сорокина, истины не обязательно реальны? Это вещи, в истинность которых люди верят? – уточнил Андрей.

– Да, и в разные времена торжествуют разные истины, которые через несколько веков могут потерять статус истины – когда люди привыкнут к другой системе мышления.

Сорокин сумел оценить количественно, в цифрах, эволюцию всех трёх систем истин в течение почти 3000 лет. Он обнаружил, что в Древней Греции и Риме на фоне религиозных и мистических мировоззрений о богах Олимпа всегда существовали люди – «эмпирики», которые получали истину из научных опытов и рассуждений, не заботясь, что думают многочисленные боги про движение звёзд и планет.

Но всё изменилось, когда наступил V век н. э., ознаменовавшийся расцветом эпохи религиозного мышления и поражением эмпиризма. Сорокин пишет:

«Произошло одно из самых великих и глубочайших преобразований сознания в истории человечества – революция в самих основах истины, знания, мудрости… Сущность этой революции заключалась в полной замене истины чувств и истины разума… истиной чистой веры – догматической, сверхрациональной…открыто отрицающей все другие источники истины и знания и презирающей их…»

V век н. э. – это первый век без Александрийского мусейона – крупнейшего научного учреждения античного мира. Там была своя библиотека, обсерватории, университет. Туда приезжали учиться великие учёные Греции и Рима. Высокая математическая культура, изящные эксперименты – чего стоит одно измерение Эратосфеном радиуса Земли с помощью анализа теней в глубоких колодцах Асуана!

Получив от римского императора Константина в IV веке мандат на полновластие, христианская церковь реализовала его, разрушив Мусейон в 391 году, а в 410 году убив последнего яркого представителя александрийских учёных – Гипатию. Её последнего ученика зарезали два года спустя; остальные учёные просто сбежали от террора, и крупнейший центр науки Древнего мира перестал существовать. Это стало началом первого «пустого» века.

Сорокин так описывает столкновение людей новой эры и приверженцев старых взглядов:

«Сторонники восходящей истины (христиане) отчётливо понимали её несовместимость с истиной чувств и истиной разума и вполне осознавали смысл своих безжалостных атак на приверженцев былых истин. Сторонники же идущей к упадку истины чувств и разума (интеллектуалы, учёные и философы), по-видимому, не понимали… серьёзности ситуации и той смертельной опасности, в какой оказалась их система истины и знания».

– Я с ним не согласен! – воскликнул Андрей.

Дзинтара с удивлением посмотрела на него – маленький мальчик не согласен с великим социологом?!

Андрей запальчиво добавил:

– Я думаю, что Гипатия прекрасно понимала, насколько опасно выступать против религиозных фанатиков, уничтоживших Александрийскую библиотеку. Но она не могла поступить иначе.

Дзинтара внимательно посмотрела на сына и кивнула:

– Думаю, ты прав.

В смене мировоззрения Питирим Сорокин, кстати православный христианин, и видит причину научного упадка V–XIII веков. Он пишет: «…Если говорить современным языком, „ненаучная и суеверная“ истина веры восторжествовала и овладела монополией почти на девять столетий в форме системы истины христианской веры».

Он отмечал, что христианский апостол Павел питал глубокое презрение к философии, считая, что «мудрость мира сего есть безумие перед Богом». Люди перестали искать истину в опыте, нашли её в Библии и глубоко уверовали в неё.

«…Христианские мыслители почти полностью отрицали чувственно-эмпирическую (научную) систему истины и принимали в основном истину веры с примесью истины раболепного разума.

Если когда-либо в истории западной мысли философы (да и народ в целом) чувствовали, что ими владеет истина, вся истина и ничего, кроме истины, – так именно в это время. Не было тогда ни скептицизма, ни вопрошания, ни сомнения, ни относительности, ни колебания, ни оговорки».

В результате научно-техническое развитие человечества резко – почти в 10 раз! – замедлилось почти на 1000 лет. Катастрофа видна и по многим другим фактам. Если среди свободных горожан греческих и римских полисов грамотность была обычным явлением, то в «пустые века», которые называют «тёмными веками», этот культурный обычай основательно забыли. Император Карл Великий, живший в восьмом веке, был неграмотен, как и его графы! Лишь в XIII веке число открытий и изобретений достигает уровня Древней Греции и Рима.

Сорокин доказал смену мировоззрения в первых веках с эмпирического на религиозное и тем самым показал, что не варвары и не чума являются причиной замедления научно-технического прогресса. Варвары могли уменьшить число философских трудов, но они были не способны повлиять на их содержание, в частности на рост религиозности.

– Варвары не знали грамоты и не участвовали в научных спорах, – авторитетно заявил Андрей.

– Да, вряд ли варвары и чума виноваты в распространении по Европе в качестве главного научного довода ссылки на священные источники, – кивнула Дзинтара.

Причины роста научно-технического прогресса после XI века Питирим Сорокин видит в очередной смене мировоззрения в обществе:

«В конце XI века опять возникает и начинает усиливаться эмпирическая система истины… Снова пробудился дух эмпиризма – факт, полностью согласующийся с тем, что показывает кривая роста научных открытий…

К концу XV – началу XVI века эмпирическая наука и научные открытия принесли столько плодов, что…единственным фундаментом, на котором можно было построить новое здание истины, оказалась истина чувств».

Сорокин отметил главную тенденцию последних веков:

«…нарастающий прилив эмпиризма, сопровождавшийся столь же нарастающим валом научных открытий.

Наступила настоящая эра истины чувств, которая по своему могуществу, глубине и блеску едва ли имеет аналог в других культурах и других эпохах».

Социолог говорил, что в наше время «ненаучный» звучит так же уничижительно, как «еретический» в период раннего Средневековья.

Изучив эволюцию человеческой цивилизации, Сорокин опроверг утверждение Спенсера: «Не наблюдается никакой линейной тенденции ни в истории отдельных культур, ни в истории всего человечества».

– Но все-таки сейчас мы живём в гораздо более передовом обществе, чем древние греки! – сказала Галатея, которой стало немножко жаль Спенсера.

– Да, но путь к современной науке был тернист, расцветы сменялись провалами – в зависимости от умонастроений в обществе. Сорокин показал, что единственным эффективным способом совершать открытия является опора на свои чувства и разум, а не на священные книги.

Дзинтара задумчиво посмотрела на своих детей и сказала:

– Чему учит нас труд Питирима Сорокина? Если хочешь стать учёным или трезвомыслящим человеком, помни, что монополизм и отсутствие сомнений – главные враги истины и науки. Нужно сохранять скептицизм к любым авторитетам – и к апостолу

Павлу, и к учёному Сорокину. Нужно не верить, а думать, сомневаться и искать!

Питирим Александрович Сорокин (1889–1968) – знаменитый русско-американский социолог и мыслитель.

Герберт Спенсер (1820–1903) – английский философ и социолог, один из родоначальников эволюционизма.