Николай Горькавый – Курьер-619 (Юпитер – Челябинск) (страница 27)
– Выдержит ли ее дверь перепад давления в одну атмосферу? – спросила Энн.
Николетта прислушивалась к их разговору, и видно было, что она потрясена. Впервые в жизни она увидела, как не киношные герои, а реальные люди безжалостно бьют друг друга, и до сих пор не могла оправиться от шока. Ей было жалко Витторио, она тревожилась за дедушку, однако за действиями Джера все равно следила с удивлением.
– Ты что затеял? Зачем нам куда-то бежать? Дедушка все утрясет, может, даст этим типам денег. Зачем ты его сегодня утащил? – с досадой сказала Николетта. – Если бы он оставался в кают-компании, то никаких проблем с Витторио не возникло бы.
Джер вздохнул. Он долго оттягивал этот момент, но настала пора Николетте узнать всю правду. Он достал свой переговорник, включил его на воспроизведение и дал девушке прослушать запись, сделанную в коридоре станции.
Николетта сидела оцепенев. Она не была готова к встрече с таким кошмаром.
– Значит, все было решено заранее? Получить снимки и перестрелять нас всех? – потрясенно сказала она. – Что сказал дедушка, прослушав эту запись?
– Он попросил спасти тебя, а если не получится, то убить – лишь бы ты не попала в лапы этим бандитам.
– Он предложил тебе… убить меня? – Николетта была шокирована еще больше.
– Как меньшее из зол, – кивнул Джер.
Только тут девушка до конца поняла, каким огромным может быть зло, если убийство по сравнению с ним – благодеяние.
Джер с беспокойством смотрел на ее бледное лицо и сказал, осторожно положив руку ей на плечо:
– Николетта, это наихудший сценарий. Я поклялся твоему деду сделать все, чтобы спасти тебе жизнь. Давай пока не думать о смерти, постараемся лучше пробраться на мой корабль. Там у нас появится шанс на спасение.
Юноша осмотрел дверь ванной: та была хлипкой и открывалась внутрь, а значит, наружное давление сметет ее сразу.
– Нет, она не выдержит, – с сожалением сказал юный пилот и продолжил обход каюты. Он даже открыл дверцы одежного шкафа, хотя тот никак не тянул на шлюз, а потом потянул за дверь высокого холодильника, который до сих пор ни разу не открывал, – и присвистнул. Это оказалась просто небольшая кладовка, вырубленная во льду. Ледяные стены покрывал легкий пластик, а полки были ажурными, проволочными. Тесно, ну и что, зато дверь прочная и открывается наружу, да еще с резиновой прокладкой: внешнее давление сильно прижмет эту дверь, сделав ее практически герметичной.
– Холодильник! – сказал Джер. – Я думаю, мы можем использовать его как шлюз.
Энн оценила эту идею с помощью камер на шлеме скафандра и согласилась, что идея странная, но продуктивная.
– Я выгружаю робота, скоро он приступит к бурению. Теперь надо продумать последовательность действий. Вы понимаете, что открывать дверцу холодильника после разгерметизации уже нельзя? Вам это и не удастся из-за прижимающего внешнего давления, а если получится, то сигнал о декомпрессии сразу вызовет тревогу.
– Но как же быть, если у нас один скафандр? – задумался Джер. – Пусть мой скафандр наденет Николетта, и мы оба заберемся в этот холодильник… Когда туда вломится робот, там станет еще теснее, плюс обломки льда. За сколько секунд воздух улетучится из шкафа? Как быстро мне нужно будет надеть новый скафандр?
– Давление воздуха упадет в два раза за несколько секунд, – сказала Энн. – Этот робот очень неровный и весь покрыт фрезами. Он плохо загораживает сделанную им самим дыру.
– Может он сделать сначала небольшую дырку в стене и просунуть туда скафандр?
– Да, но, с учетом тридцатисантиметрового диаметра пакета со скафандром, это растянет период декомпрессии лишь до пятнадцати секунд.
– Мне не успеть надеть так быстро скафандр в такой тесноте, – грустно сказал Джер. – Энн, давай договоримся, что если со мной будут… проблемы, то ты самостоятельно вытаскиваешь Николетту и увозишь ее отсюда.
– Эй-эй, – вдруг встрепенулась Николетта, – ты чего тут городишь? Решил остаться здесь, а меня отправить на своем корабле?
– Николетта, мы с Энн прорабатываем варианты совместного выхода, но, видишь ли… проблема в том, что у нас один скафандр на двоих и декомпрессия в нашем доморощенном шлюзе происходит в три раза быстрее, чем мой личный рекорд надевания скафандра.
– Тогда после того, как робот передаст тебе скафандр, надо закрыть эту дыру в стене!
– Закрыть? Как? – задумался Джер.
– Очень просто, я ее сама закрою, – сказала Николетта.
– Чем?
– Собой. Я же буду в скафандре. Вот я и прислонюсь к этой дыре спиной и заткну ее на пару минут.
– Гениально! – воскликнула Энн. – А ты, хозяин, что-то сам на себя не похож. Чуть что – загрустил и лапки поднял.
– Ну, – почесал затылок Джер, – я раньше никогда за пассажира не отвечал. Это совсем другое, чем самому выкарабкиваться.
Остаток дня прошел в подготовке побега. Они вытащили все содержимое огромного холодильника, включая полки, и рассовали по каюте так, чтобы вошедший ничего не заподозрил. Николетта потренировалась надевать незнакомый скафандр. Все необходимые вещи были собраны заранее. Вечером Николетта сходила в свою каюту, провожаемая бдительными взглядами охранников, а вернувшись, закрыла дверь на все замки и придвинула к ней диван. Это было демонстративно, но ненадежно. Профессор несколько раз выходил на связь – и Николетта уверяла его, что у них все в порядке. Он сказал, что эксперимент по созданию пробной червоточины будет проведен в семь часов пятнадцать минут утра.
После выключения переговорника Джер сказал Николетте:
– Надо выбираться как раз в это время, когда внимание этих типов будет отвлечено.
– А как же дедушка? И Витторио?
– Мы должны быть готовы заранее – к семи утра – и сообщить ему об этом. Мы договаривались, что он постарается добраться до корабля. А насчет Витторио… – если мы благополучно взлетим, то немедленно вызовем помощь. И у него появится шанс на спасение.
– А если у дедушки не получится выбраться? – тревожно спросила Николетта.
– Будем надеяться на лучшее, – вздохнул Джер. – Нам нельзя уходить с корабля – мы там будем ждать приказов профессора. Так мы с ним договаривались, когда ходили на обсерваторию. Давай поспим немного. Завтра нам понадобятся все наши силы.
Николетта глубоко вздохнула и кивнула. Джер вызвал Энн:
– Энн, что там с роботом?
– Он прокопал первые десять метров тоннеля. Работа замедляется тем, что ему приходится сверлить максимально бесшумно и выбрасывать раздробленный лед наружу очень аккуратно, не привлекая внимания.
– Правильно. Сколько ему надо времени, чтобы дойти до нас?
– Четыре часа.
– Отлично. Мы собираемся поспать: когда он будет в получасе до цели, разбуди нас.
– Хорошо, Джер.
Джер взял потрясенную событиями дня Николетту за руку, отвел на кровать и уложил. И хотя она была в комбинезоне, накрыл ее одеялом.
– А где будешь спать ты? – спросила она.
– Там, – ответил пилот и кивнул на диван, придвинутый к двери.
Николетта посмотрела на дверь, вспомнила, кто за ней стоит, – и вздрогнула.
– Нет, ложись рядом. Мне страшно, – пробормотала она, не сводя глаз с двери.
Юноша помедлил, потом устроился рядом, а Николетта уткнулась в его плечо, пытаясь спрятаться от окружающего мира, который обернулся таким кошмаром.
Джер не собирался спать, но, усталый, уснул вместе с Николеттой. Его разбудил писк шлемофона.
Энн сообщила:
– Робот проходит последний метр. Работает осторожно, чтобы не обрушить стену.
Джер разбудил Николетту. Она проснулась, но никак не могла прийти в себя после такого короткого сна. Пришлось ей умыться, а Джер сделал в кофеварке эспрессо и налил его в два картонных стаканчика.
Потом он помог Николетте забраться в скафандр и проверил, все ли в порядке у нее с кислородом. Они взяли все собранные вещи и забрались в холодильник. Когда дверь закрылась, внутренняя лампочка холодильника осталась гореть – вчера Джер специально ею занимался. Но места в холодильнике было отчаянно мало. Джер пытался представить, как тут надевать скафандр, но все отчетливее понимал, какая это авантюра. Он попробовал затолкнуть взятые вещи в дальний угол, но это помогло мало.
Энн сообщила:
– Десять сантиметров льда между вами и роботом. Приготовьтесь.
Николетта посмотрела на растерянное лицо Джера и вдруг уперлась руками в одну стену, а ногами в другую, и быстро заползла под самый потолок кладовки, освободив место для Джера. Он облегченно вздохнул, но тут стена холодильника, заблаговременно освобожденная от пластика, выпучилась и рассыпалась на куски. Уши немедленно заложило от свиста воздуха. Сквозь дыру в стене протолкнулся цилиндрический контейнер и упал на пол. А в следующую секунду сверху обрушилась Николетта и закрыла спиной отверстие во льду.
– Энн, скажи роботу, чтобы он ничего больше не сверлил. А то меня просверлит, – шутливо сказала она.
Джер восхищенно помотал головой – вот это девушка! – и как можно быстрее надел скафандр. Когда он с облегчением услышал шипение воздушной смеси в шлеме, то сказал Николетте:
– Спасибо, своей ловкостью ты спасла мне жизнь.
– Ну, глупо было бы лишиться пилота перед самым отлетом! – усмехнулась девушка. Она с усилием отодвинулась от дыры – и остатки воздуха из их импровизированного шлюза умчались наружу. Джер толкнул дверцу холодильника – она, прижатая давлением станционного воздуха, была непоколебима.