Николай Горькавый – Курьер-619 (Юпитер – Челябинск) (страница 24)
– Получим, – заверил профессор. – Но мне нужно вернуться к работе. Где вы собираетесь устроиться?
– О, не беспокойтесь, мы все останемся на «Валгалле». Конечно, мои мальчики засиделись и с удовольствием разомнут ноги в коридорах этой станции. Такая древность! Удивительно, что здесь еще функционирует реактор и есть электричество.
Джер наконец успокоил дыхание и, улучив момент, приклеил еще один акустический датчик под крышку стола. Парочку он оставил в кармане на всякий случай. Когда все встали из-за стола, он подошел к Николетте и прошептал ей на ухо:
– Держись ко мне поближе и будь осторожна.
Но она явно не поняла и с недоумением посмотрела на него. Девушки-фоурессы живут в мире угодничества и даже раболепия – они не привыкли распознавать скрытую опасность.
– Николетта, Джер, – вы мне нужны! – позвал профессор, и они пошли вместе с ним в комнату к Витторио.
Но до обеда время прошло без особых поручений. Джер заподозрил, что профессор хотел их просто держать поближе к себе: видимо, старик тоже почувствовал что-то неладное. Поговорить с профессором и Николеттой о своей тревоге Джеру не удалось: в каюте все время торчал один из гостей – здоровяк мулат. Он ничего не говорил, но внимательно следил за всеми.
Перед обедом Джер нашел пустой коридор и позвонил Энн.
– Есть что-нибудь?
– С датчиков – только всякая болтовня с кучей нецензурных выражений. Можно составить целый неприличный словарь.
– Такая болтовня тоже может быть полезна. Попробуй уловить любую информацию, имеющую отношение к цели прилета этих ребят.
– Хорошо, поняла. Есть один подозрительный момент, касающийся их корабля: он хранит полное радиомолчание.
– Что тут подозрительного?
– Из обычного транспортника льется нескончаемый радиопоток: звонки домой, интернет-запросы, диспетчерский обмен и прочее. «Валгалла» хранит полное радиомолчание. Так бывает, если ты не хочешь выдать свое расположение.
– Да, это очень подозрительно. Молодец!
Он отключил телефон и задумался. Неужели экспедиции профессора Мамаева грозит опасность? Но ведь все трое членов экспедиции были фоурами – как людям такого уровня может что-то угрожать? Просто немыслимо. За покушение на жизнь и здоровье фоура любой член другой касты, замешанный в этом преступлении хотя бы косвенно, немедленно приговаривался к мучительной публичной смерти через вакуумное удушение. Если преступление против фоуров совершалось группой лиц, то казни предавалась вся команда, даже если она состояла сплошь из триплетов. Равноправный суд был только в случае редких конфликтов между фоурами. А среди новоприбывших ни одного фоура не было. Только красно-белый представился как Ди Манло, что означает касту триплетов, причем это имя выдавало не наследственный, а приобретенный титул, присвоенный специальной комиссией. Но Ди Манло называл профессора сэром, как полагалось по закону о кастах, лишь изредка. Профессор не обращал на это внимания, зато Джер видел в этом еще один тревожный знак. Однако для того, чтобы напасть на трех фоуров – Джер трезво понимал, что его жизнь почти ничего не стоит, – нужно иметь какие-то очень веские причины. На много-много миллионов. Но у экспедиции нет ничего ценного… Красно-белый является представителем научного фонда – значит, он хочет получить что-то ценное от самого проекта профессора. Но что?
За обеденным столом присутствовали все члены экспедиции Мамаева, включая Витторио и Джера, а также трое гостей: красно-белый с помощником и здоровяк мулат.
Николетта простодушно стала расспрашивать гостей: откуда они и что перевозят на своем корабле. Красно-белый сказал:
– Мы прибыли с Весты, там центральный офис нашей компании по космическим перевозкам. Мы специально прилетели, чтобы присоединиться к вашей экспедиции, так что у нас нет никакого груза, за исключением небольшой партии замороженных овощей из знаменитых теплиц Весты. Следующий пункт нашего маршрута – Церера, там всегда хорошие цены на вестийские продукты.
С Весты? И тут Джер вспомнил, где видел такое красно-белое одеяние. Так кричаще и вызывающе одевались высшие главари мафиозного клана Джузеппе с Весты. На такого человека в космопорте Весты ему однажды указал его приятель Питер.
– Эти ребята ничего не боятся, – с завистью сказал тогда Питер. – Они держат всю Весту у себя в кулаке.
Значит, к нам пожаловала вестийская мафия. Но что им здесь нужно?
– А вы можете показать мне ваш корабль? – спросила Николетта.
– Конечно! – просиял красно-белый. – Хоть сейчас!
Это Джеру очень не понравилось, но капризы Николетты не обсуждались. Обед уже закончился, и девушка повернулась к Мамаеву:
– Дедушка, я тебе нужна?
– Пока нет, – сказал профессор. – Джер тоже может прогуляться.
Юноша усмотрел в этом намек, хотя и сам не собирался оставлять Николетту в одиночестве при прогулке по кораблю мафии.
Красно-белый возглавил их группу, за ним шла Николетта, потом Джер, а замыкали процессию помощник красно-белого и здоровяк мулат.
Улучив момент поспокойнее, Джер прошептал Николетте:
– Пожалуйста, не говори, что я курьер и что у меня есть корабль. Пусть я буду членом вашей экспедиции, хорошо?
Николетта пожала плечиками и кивнула.
Они погуляли по прибывшему кораблю, который быстро наскучил Николетте, зато был остро интересен Джеру, который не раз замечал вооруженных людей и признаки того, что это скорее военное, чем транспортное судно.
– А вот наша кают-компания, в которой всегда кипит жизнь!
И красно-белый отодвинул дверь в огромное помещение, где сидело человек двадцать из экипажа. Там было шумно, играл музбокс, на столах стояли кружки с пивом и лежали карты. Все это напоминало скорее бар, чем каюту космического корабля – и такая обстановка тоже была характерна для кораблей мафии на стоянке.
Красно-белый направился к отдельному столу, за которым сидели трое офицеров, и отодвинул кресло для девушки. Пока Николетта шла к столу, шум утих и даже музбокс замолк. Воцарилась тишина с невнятным бормотанием.
– Присаживайтесь, сеньора Николетта, сейчас мы угостим вас фирменным коктейлем «Валгаллы».
Красно-белый уселся рядом с девушкой – и больше за офицерским столом свободных мест не осталось. Джер замешкался – что делать дальше? – но тут сопровождавший их мулат хлопнул его по плечу:
– Присоединяйся, парень, к нашей матросской компании!
И Джер опустился за соседний стол, где уже сидело несколько человек из команды. Они потягивали пиво, играя в покер на деньги, но ставки были небольшими.
– Вот тебе пивка, паренек, за счет заведения! – сказал мулат, ставя перед ним кружку. – Хочешь сыграть с нами партию?
Джер отхлебнул слабого пива и развязно сказал:
– Никогда не отказывался от хорошей компании! Тут никто не играет в карты – умереть с тоски можно!
– Да ладно тебе заливать про тоску – у вас такие цыпочки водятся! – сказал бугай в сером, который тоже оказался здесь, и кивнул на офицерский стол, где сидела Николетта.
– Нет, это птица высокого полета, – грубым голосом сказал Джер. – Монопарням вроде меня нужны девушки попроще, вроде красоток из «Домашнего уюта» на Палладе.
Тут все за столом наперебой стали вспоминать самые лучшие бордели и кабаки астероидного пояса.
Стучали кружки, шлепали карты. Джер проигрывал понемногу, но совсем не расстраивался – и смеялся громче всех.
Николетта с удивлением посматривала на их стол. Она словно впервые увидела Джера – простецкого монопарня. Он ничем не напоминал интеллигентного Джера, который интересовался пространственно-временными червоточинами. Новый Джер был вульгарен, расспрашивал новых друзей об их рейсах, толкал соседей в бока и был своим в доску парнем за этим картежным столом. С верзилой в сером комбинезоне он даже обнялся. И был уже явно нетрезв.
– Ребята, а может, в вашем экипаже есть какая-нибудь вакансия? – громко спросил Джер и незаметно приклеил последний акустический датчик под матросский стол. Предпоследний он засунул серому бугаю под воротник, когда обнимался с ним после своего карточного проигрыша.
– Нам такие шустрые ребята не помешают! – сказал мулат. – Я поговорю с капитаном!
– Вот спасибочки! – заорал Джер. – А то в этой науке я ни бельмеса не смыслю!
Николетте стало неприятно, она встала, попрощалась с офицерами и направилась к выходу, величественно поманив Джера пальцем.
– Что, Джер, погрузился в родную среду? – громко сказала она. За матросским столом все притихли.
– Да, мэм, – заискивающе сказал заплетающимся голосом Джер, нетвердо вставая из-за картежного стола. – Уже иду, мэм.
Когда они вышли из «Валгаллы» и очутились в пустынных коридорах станции, Николетта сказала брезгливо:
– Я вижу, что тебе понравилось на этом корабле! Только проигрался, наверно.
Джер сказал совершенно трезвым и холодным голосом:
– Мне там не понравилось. Примерно половина экипажа ходит с оружием. Перевозка овощей – это просто прикрытие. Корабль останавливается всегда в тех доках, которые ближе всего к нелегальным центрам распространения спиртного и эйфоринов и никогда – рядом с продовольственными заводами. Это стало ясно по рассказам о том, какие кабаки обычно посещает команда. Мой вывод: это контрабандистский корабль, который перевозит алкоголь и наркотики. Он хорошо вооружен, чтобы отбиваться от таможенных кораблей. Я проиграл матросам сто долларов, чтобы они растаяли и рассказали мне на десять тысяч. Они так и сделали.