Николай Горькавый – Астровитянка. Книга I. Космический маугли (страница 45)
При виде этого зрелища брови старшего Дитбита поднялись так высоко, что он даже стал похож на обычного человека, а не на громовержца, управляющего планетами.
Видеозапись остановилась на том, как Дитбит-младший уютно свернулся клубочком на полу.
– Вы понимаете, мистер Дитбит, – сказала Никки, – что эта запись будет показана на первой же моей встрече с журналистами, которые захотят узнать, почему…
В это время король Дитбит слушал кого-то ещё, наклонив голову в сторону, и не обращал внимания на слова Никки.
– Вы – Никки Гринвич со «Стрейнджера»? – бесцеремонно перебил он её.
– Да, – удивлённо ответила Никки.
– Вы специально делали эту запись? – резко спросил мистер Дитбит.
– Нет, просто мой компьютер Робби всегда со мной, и он записывает всё, что происходит вокруг меня.
– Директор Милич! – вдруг обратился Дитбит к директору, с этого момента полностью игнорируя Никки.
– Да, ваше величество? – робко сказал директор.
– Снимаю всякие претензии в ваш адрес, – властно произнёс король. – Не нужно никаких исключений или шумихи. Готов рассматривать этот инцидент как детскую шалость. Он исчерпан. Позаботьтесь о том, чтобы мисс Гринвич не устраивала публичных скандалов вокруг происшедшего, – как попечитель Колледжа, считаю, что это не принесёт пользу Школе. Если она ослушается, исключите её за неподчинение распоряжениям администрации Школы, а не за драку с моим сыном. Вы согласны?
– К-конечно, ваше величество… – пробормотал ошеломлённый директор.
И Дитбит исчез с экрана, так и не посмотрев больше на Никки. Директор сидел, отдуваясь и приходя в себя.
– Ваше счастье, мисс Гринвич, – обратился он облегчённо к Никки, – что король Дитбит оказался… так миролюбив… Я отменяю решение о вашем исключении и предлагаю предать забвению этот прискорбный инцидент… У вас нет возражений? Вы можете обещать мне не распространять эту… ужасную запись?
– Конечно, – с неменьшим облегчением отозвалась Никки, – я ведь должна беречь честь Колледжа… пока я его студентка, – вполне определённо закончила она свою мысль.
Когда она выбралась из Главной башни, уже наступило время обеда. Встревоженный Джерри ждал её на полянке в парке, и она быстро успокоила его. Он, счастливый, засмеялся и с огромным энтузиазмом пожал её руку.
– Я так боялся, что нас выгонят из-за этого ублюдка! – Джеррино лицо сияло. Он даже и мысли не допускал, что останется в Колледже, если Никки исключат.
У самой Никки искренняя радость от удачного разрешения ситуации смешивалась с неприятным ощущением, что всё получилось так легко только по неизвестной ей причине.
– Ты должен пообещать мне, Джерри, – очень серьёзно сказала Никки, – что ты не будешь мстить за меня Дитбиту. Нам нужно быть очень осторожными с этими аристократами. Всё было настолько плохо… директор меня уже выгнал из Колледжа, и я спаслась в последний момент… непонятным образом. Если же ты полезешь драться и тебя исключат, то мне одной тут не выжить… Понимаешь?
Джерри сердито нахмурился, но медленно кивнул.
Когда они вошли в кафе, раздался оживлённый гул и к ним подскочил встревоженный Смит, чей столик был недалеко от входа.
– Ну как, Никки, – приглушённо спросил он, – исключили?
– Нет, – улыбнулась она. – Инцидент признан детской шалостью и исчерпан без последствий.
Непосредственный Смит вскинул руки в победном жесте, издал торжественный вопль и побежал среди рядов, делясь с друзьями хорошей новостью. Когда Никки проезжала среди столов, направляясь к своему месту, многие студенты, особенно Леопарды, приветствовали её, как победительницу какого-нибудь забега.
Драконы сохраняли хмурый вид и провожали её нелестными взглядами и возгласами. В Колледже в первый раз сделали очень больно аристократу такого уровня – самому принцу! Да ещё безнаказанно.
На первый взгляд.
Глава 9
Профессор Гутт
Постепенно всё пришло в норму. Дитбит, выйдя из госпиталя, никогда больше не заговаривал с Никки, делая вид, что её вообще не существует или что она слишком ничтожный предмет для его высокого внимания. Никки совершенно не возражала.
Правда, Дитбит приобрёл обыкновение громогласно обсуждать с вельможами-подхалимами планы резкого повышения цены за обучение в Колледже, «чтобы безродная и нищая шваль не могла и мечтать попасть в компанию благородных людей». Ещё принц выражал надежду, что от самых «мерзких и грязных бедняков» они избавятся уже следующим летом, когда тем нечем будет платить за новый учебный год.
Никки хладнокровно относилась к словесным выпадам, но эти речи постоянно напоминали, что ей действительно нечем платить за следующий год. Второго астероида у неё в запасе не было и не ожидалось.
В понедельник Никки спустилась к завтраку рано. За столом сидел только Джерри, ни Дзинтары, ни Хао ещё не было. Она поздоровалась с Джерри и обратила внимание, что школьники, сидящие в кафе, оборачиваются в её сторону, а многие держат какие-то журналы. В руках Джерри была такая же, в плотной обложке, книжица.
– Что ты читаешь? – спросила Никки.
– Твою статью! – удивлённо сказал Джерри.
– Какую статью? – не поняла Никки.
– Статью в «Юном астрономе»! – фыркнул от смеха Джерри. – Её все вокруг читают. Да и посмотреть там есть на что…
– А! Я же написала просто письмо, – наконец догадалась Никки, – пообещала этой, как её… журналистке, в общем.
– Они подали твоё письмо как сенсацию, – и Джерри протянул Никки журнал.
Хотя большинство типографий и книжных магазинов давно исчезли из обихода, практика последних десятилетий показала, что многие люди предпочитают читать и листать не электронные, а бумажные или пластиковые страницы. Такие любители извлекали из Сети и печатали в собственной мини-типографии интересную для них газету или книгу.
Никки взяла в руки журнал, изготовленный Джерри. Всю глянцевую обложку занимала её фотография, сделанная во время Церемонии Старой Шляпы: Никки в профиль, сидящая в потоке солнечных лучей. Свет, пойманный прозрачными волосами, закручивался вокруг её головы огненными вихрями. «Весьма эффектно, – мысленно согласилась Никки, – явно после грамотной фотообработки…»
Заголовок под фотографией гласил: «ГЛАВНАЯ ПРУЖИНА МИРОВЫХ ЧАСОВ НАЙДЕНА? Сенсационная статья Николь Гринвич, рекордсменки Школы Эйнштейна».
Никки слегка смущённо хмыкнула и перевернула страницу. Здесь снова красовалась фотография – Никки, менее величественная, зато более живая и вдохновлённая, сидела лицом к читателю. У неё были рыжие волосы – значит, кадр из съёмки при сдаче экзамена. Рядом шёл полный текст Никкиного ответа на вопрос «Как образовалась Вселенная?» и торжественный одобряющий вердикт Вольдемара – компьютера Колледжа.
Далее редакция поместила следующее:
«По просьбе нашей специальной корреспондентки Джейн Поппинс рекордсменка Школы Эйнштейна Никки Гринвич, получившая за ответ по космологии немыслимые триста баллов, согласилась подготовить для нашего журнала статью с пояснением своей концепции Большого Взрыва. Данная статья написана как письмо, но редакция решила ничего не менять и полностью сохранила форму и неподражаемый стиль присланного материала».
После этого введения редакция поместила заголовок «Никки Гринвич объясняет самую оригинальную космологическую идею последних трёх веков», под которым было напечатано письмо Никки.