Николай Голобоков – Сказания о недосказанном. Том II (страница 29)

Плавни. Рыба, комары.

Но вот другое, конечно пчёлки, мудрые, умные и красивые, жужжат, трудятся, радуют людей.

В уютном дворе, красивый дом, недавно купили приезжие из степного Крыма. Большая семья, а крыша дома моего, как запели этим вечером приехавшие, правда, уже, те немногие, крытые камышом.

И, вот. Сидят дедушка и внучек. Готовят лестницу, снимать эту, когда то красивую камышовую шляпу.

Дедушка уже седой, с усами и, но улыбка добрая, усы ему ничуть не придают строгости или чего хуже, злости. У него, в саду уже стоят три домика – ульи. Там эти красавицы пчёлки, поют свои песни.

Суббота. Вечером придут родственники. Ужин и, конечно песни. Поют слаженно, как и все кубанские казаки, и, конечно идёт в дело вино. Самодельное, домашнее. Выдержанное. Ну, идиллия и, и вдруг …

… Весело, верно, по делу, и по телу, вдруг, взлетел кожаный ремешок и внучек, который вчера ещё пел, репетировали в школе и дома, воскликнул непонятное, но далеко не восторженное от неожиданного, такого, а ремешок с чувством, но не юмора, …погладил его, правда в скользь, не так горячо как раньше было…сквозь строй, при царизме, конечно. А ему, внуку, всю спинку и сиделку, которая была свободна, но в трусах, которые носили всегда, здесь, в таком возрасте.

Оказалось совсем не вдруг, а по делу.

Урок, открытый, номер какой угодно, но не первый провёл дедушка внуку.

– Низзя, сказал он и усадил рядышком, потому что мог внук, и рвануть во все лопатки. А он, внук, школьник, уже не первого класса, а такое. Такое сделал.

Внук, конечно понял.

Он, до того, урока ремешком, взял и придавил пчелу, которая медленно пыталась добраться по дощечке в улей, у которого сидели они и что – то дедушка там поправлял.

Она, пчёлка была видимо чем – то уже подранена, потому, что не так шустро как обычно двигала своими лапками. Решил, что она уже не жилец и помог ей, чтоб она не мучилась. Так он внук, объяснил свой поступок.

Но дедушка.

Потом опять свой ремешок положил рядом, давая понять, всегда готов. Как отвечали во всех случаях тогда пионеры…

Дедушка подвёл его к улью. Пчёлки дружно, как и всегда трудились. И водичка рядом стояла около улья, они прилетали, улетали, быстро, весело, дружно.

А.

А одна, сидела у самого лотка. У, входа – выхода, сидела в какой – то непонятной позе и будто весело махала крылышками, но, но не улетала. Она, такая была одна. Остальные шустро. Бегом, как, ну как никто даже спортсмены, весело возвращались домой в улей и, и снова обратно в поход за нектаром. Дедушка, громко, так не совсем ласково, как учительница по арифметике, сказал.

– Смотри.

И протёр быстрым движением руки свои усы,

– А что же эта?

– Не мычит и не телится, спросил внук. И нежно посмотрел на правую руку деда, в которой казалось, трепыхался ремешок.

И.

И, тогда дедушка из сердитого, и казалось злого, просиял в своих усах улыбкой и рассказал.

– Вентиляятоор.

– Машину видел?

– Как он работает, когда капот открыт…

– Так вот машина заглохнет и сломается, если он, перестанет жужжать как пчёлка. Сломается. Жара. Солнышко. Греется мотор. Заглохнет.

– Так воот. Пчёлка эта, воон, та, которая у входа, она вентилятор. Но живая, а не железяка. Видишь, она и стоит – сидит, так неуверенно, у входа в их домик и слабенько, но гонит воздух в улей. Там жарко.

– А почему она не летит за мёдом, а?

– Ленивая, да?

– Нет. Там таких не бывает. Это тебе не колхоз. У них строго. Каждый сверчёк, знает свой шесток. У каждого своя задача. Это очень мудрые жители земли нашей, и воины есть,– защита и няньки, помогают около матки, которая приносит, новое поколение, вот так, дорогой. Не скажешь бабушке, как ты всегда, что не хочешь или мне некогда…

– Понял?

У них всё на сознании. А у этой пчёлки, ну как тебе объяснить. Вот у нас пенсионеры. Так и у них. Она, эта пчёлка. Уже старенькая, далеко лететь теперь не в силах, она выполняет, то, что может, сама без приказов и ремешка. Гонит воздух, чтоб таам, их матушке, легче было в жарком домике. Посмотри, сколько и как они собирают мёд. По капельке, малыми крохами меньше капельки. А ты, ты ложечкой ешь мёд. А сколько ей нужно трудиться, что б тебе насытиться, пока в горлышке твоём уже начинает царапать от сладкого…

Вот этого ты и не понял, но теперь, не будешь так поспешно решать то, что не в твоих силах и опыте жизненном. Запомни это. А мой стимулятор, он показал наглядно, помахивая ремешком, всегда к твоим услугам.

Всегда готов, как у вас пионеров.

Грамотей

Объявление

Продаёця 4 дверы, двухпольныя, розмер, выс 240, шыр 110, 8 шы рам внутрынны, с стекломи размера выс 160 шы – до 8 ставни внутрыны, 1 умывальник. Белые, спрашивай ул кладбищенская, дом 13 а, г. славянск на кубани.

Двоечник. Алхимик

Весь день вчера он учил, старался учить эту дурацкую химию. Не успел. И вот он, звонок. Звонок на урок. Сел. Весь класс затих. Сидят, водят носами, по строчкам учебников и тетрадок. Учат. Читают.

– Дайте, ребята, дайте хоть глянуть. Всё из головы вылетело. Даже тему забыл. Да и не знал. Дайте почитать. Ну, хоть что-нибудь. Хоть две строчки. Последний урок. Четвертные. А нет ни одной отметки. Дайте хоть заглянуть в книжку… Никто не даёт. Опять будет двойка…

… И тут он проснулся. С огромным облегчением вздохнул. Приготовил *Любаву,* печатную машинку. …Подержал в руках, погладил, поставил на полку, свежую книгу рассказов, новенькую, пахнущую типографской краской. Улыбнулся.

Улыбнулся, но с какой-то глубокой, глубинной грустью.

Потом обрадовался как ребёнок, что не нужно учить реакции, формулы, что не получит позорную двойку, что не будет стоять у доски, в субботу, а Зинка, дразнилка, подлиза, не будет выступать, и, опять позорить его на классном собрании.

И

… Ему стало легко.

Ему стало грустно.

Ему стало очень грустно…

… А внизу, в саду, под цветущей черешней, бегает его любимая внучка, гладит босыми пяточками зелёную травку.

Старший внук сидит в виноградной беседке и внимательно читает эту самую химию…

Не в деда пошёл…

Ах, как это близко.

Ох…

Как же это далеко…

Объявление

Дышлёва Катя. Продам козу. Катю. Дошлая. Цена по сгоде. Село Многоречье, Спрашивать Дышлёву Катю.

Обявление

Продаёця козы, котныя, котни, сыло соколине на улыця фрунзы № 7 шишкыный

Сон зелёной лошади

Отчёт о командировке в Киев, Одессу.

И бывает же такое.

Спит себе лошадь и видит сон. Сон хороший, лошадиный… говорят же, что не только лошади способны уноситься в мир иной, но не на совсем, по делу, почти служебная командировка. Посмотреть и убедиться в правоте, своих мудрых мыслей.

Зовут её Кукла. Правда, у неё был только цвет гривы и хвост, такой светлый, рыжий, золотистый, красивый как у игрушечной куклы. Была такая игрушка,– кукла голыш, так её и звали и все знали. Голыш да голыш, без тряпочек и ничего зазорного для детей не показывала, и, вот, у неё только волосы были такие же, как и у нашей лошадки, имени тоже Кукла, тёзка значит. Это у неё, у нашей, от солнышка и жизни хорошей она вся как одуванчик, серебристого свечения, от самой гривы, и, почти до звонких, когда то, копыт. Спит лошадь, Кукла прямо здесь у вокзала.

… Если сказать, что Одесса красивый город – одесситы побьют, это и так ясно. И вот лошадь видит, что здесь много уютных уголков, с газончиками и старыми домами, которые видели и помнят ох как много, прошедшего и ушедшего.