Николай Ермаков – Луна над Славутичем (страница 33)

Со вздохом посмотрев на свой почти достроенный дом, красиво играющий на солнце слюдяными окнами, я сказал своим будущим подданным:

— Ну что же, старейшины жиганские, идемте к отцу Ефимию договариваться насчет вашего крещения! — и первым вышел со двора, направившись в сторону церкви.

Глава 23

Настоятеля я застал у него дома, занимающимся греческим языком с купеческим сыном.

— Всё, учеба закончена! — провозгласил я, без приглашения войдя в помещение и усевшись напротив пресвитера, — Дуй домой, — продолжил я, обращаясь к подростку, — Потом насчет этого дела порешаете! — но увидев, что парнишка в нерешительности переводит глаза с меня на священника, потерявшего дар речи от такой наглости, добавил уже жестче, — Ну чего сидишь, пшёл вон отсюда!

После этих слов купченок мигом вылетел из комнаты, а отец Ефимий, наконец, пришел в себя и гневно произнес:

— Да как ты смеешь?! Думаешь, раз ты стал княжичем, то можешь врываться в мой дом и наводить здесь свои порядки?!

— Ну да, именно так я и думаю, — безапелляционно ответил я, — Или ты мне пригрозишь отлучением от церкви? Единственному княжичу на тысячу миль вокруг, который принял христианскую религию, чтобы я вернулся к язычеству? Впрочем, не для того я сюда пришел, — примирительным тоном продолжил я, — Дело важное, и мне не с руки ждать, пока этот болван запомнит, как пишется омега. Ты ведь помнишь, что прошедшей весной я отказался от княжения у жиган, что живут далеко на востоке, потому что они язычники?

— И правильно сделал! — подтвердил Ефимий, уже несколько успокоившись, — Пусть сначала веру истинную примут!

— Ну вот, так я им тогда и сказал, — кивнул я, — А сегодня они пришли и сказали, что четыре племени из шести готовы принять христианство. Так что, сам понимаешь, работы тебе предстоит много, и тут уж не до занятий с купеческими недорослями.

Выслушав меня, пресвитер глубоко задумался. Молчал он довольно долго — никак не меньше десяти минут, но я его не торопил. Одно дело — крестить одного человека, и совсем другое — несколько десятков тысяч. Тут сразу возникает множество организационных вопросов. Это даже если не думать о политике. А о ней думать надо обязательно.

— Я туда не поеду, — наконец, после долгого раздумья ответил он, — Отпишу в Херсонес архиепископу Феофану, он пришлет кого-нибудь.

Ну да, не хочет Ефимий в такую даль переться, и я его прекрасно понимаю, но мне там нужен именно он — в меру циничен, не дурак, славянский язык знает. Самое то, что надо для государственного строительства. Он, конечно, сам себе на уме, но договориться с ним можно. А вот если пришлют какого-нибудь фанатика, который к тому же по славянски говорить не умеет, то могут быть серьезные проблемы. Поэтому я покачал головой:

— Нет Ефимий, в Херсонес, конечно, отписать надо, потому как в одиночку с такой паствой не управиться, но к жиганам тебе ехать надо обязательно.

— А ты мне не указывай, — возмутился пресвитер, — Не твоей заботы это дело, ибо сказано: «Кесарю кесарево, а богу богово!».

— Я и не собираюсь указывать, — сдал я немного назад, — Но ты сам рассуди, ты ведь намного умнее меня, должен понимать, что там где паствы под сотню тысяч, должна быть и отдельная епархия, и кто-то должен быть в ней епископом.

— А-а, — махнул он рукой, — Можешь на это не надеяться, ты просто не понимаешь, как дела в Новом Риме делаются.

— Ну, кроме константинопольского, есть ведь и другие патриархи, глядишь, там порасторопнее будут, моё княжество, — а это неплохо звучит, черт возьми, «мое княжество!», — В состав империи не входит, так что я могу выбирать, под чью руку пойти.

— Ишь ты какой умный, — ухмыльнулся Ефимий, — Попробуй выбери, так тебе сразу торговлю и обрубят.

— Да что там обрубать, — парировал я, — Жигане и сейчас в Империю торговать не ходят, все здесь продают.

— Вот всем местным купцам и запретят торговать в Империи, — пояснил он, — Да ещё и скажут, по чьей вине.

Хм, да, если так, то действительно, малопривлекательная перспектива вырисовывается, может, ну его на хрен, это христианство? Похоже, от него только проблем добавится. Пресвитер, похоже, что-то смог прочитать на моём лице, поэтому поучительным тоном произнес:

— От принятия веры христианской много пользы для славян будет, но не сразу. Постепенно, перенимая накопленные в империи знания, вы сможете многого достичь, ну и помощь господня тоже непременно будет.

Ну да, конечно! Я ведь и без византийских знаний могу многого достичь. Что-то я совсем запутался. Изначально христианство было мне нужно для инфильтрации в империю. Но если я остаюсь здесь князем, то из-за этой религии снижается уровень моей независимости, причем серьезно — священники будут назначаться из Византии, соответственно и отстаивать они будут в первую очередь имперские интересы. И переиграть уже никак нельзя. Идея перейти под римское управление оказывается далеко не самой удачной, так что получается, сам себя в угол загнал. Планировал-то ведь я совсем другое. И что теперь делать? А ничего уже не сделаешь, придется и дальше играть в эту игру, черт бы их всех побрал.

— Ну ладно, пусть пока будет так, — нехотя согласился я с доводами Ефимия, — В ближайшие дни надо крестить старейшин и их сопровождающих, ну а там уже, как прибудут служители из Херсонеса. Однако ты все же подумай над моим предложением. Храм и дома для священников я построю не хуже, чем здесь, и вопрос насчет епархии тоже буду продвигать.

— Ты сначала там удержись и выживи, чай не от хорошей жизни, они к тебе за помощью прибежали, а уж потом и о епархии можно думать, — усмехнулся Ефимий, — А жиган я твоих крещу, не беспокойся, но несколько дней всё же надо будет им закон божий послушать, сам обучением займусь. Давай, зови их, и дальше уже будут мои заботы, ну а ты пока собирайся в дорогу, дел тебе много предстоит.

— Благодарю за помощь и мудрый совет, отче! — я поднялся, кивнул на прощание пресвитеру и вышел на улицу, где меня ожидали старейшины.

— Идите в дом, отец Ефимий вас ожидает, он вам все объяснит! А меня ждут другие дела! — мы вежливо кивнули друг другу и направились в разные стороны. Теперь мне надо было хорошенько все обдумать и спланировать, а то голова раскалывается от всевозможных мыслей.

Вернувшись домой, я спустился в полуземлянку и обнаружил, что Анечка спит на перине, обнявшись с Настенькой. Ну да, бессонные ночи сильно её выматывают. К тому же старается ещё домашнюю работу делать, готовкой заниматься. Я ей предлагал нанять кого-нибудь в помощь, но она уперлась как баран, точнее овца, заявив, что и так все соседи считают её лентяйкой.

Выйдя на улицу, я направился к княжьему городу. Шел я медленно, обдумывая на ходу, что мне нужно будет сделать до отъезда. Дел получалось немало: надо пристроить свои запасы алкоголя кому-то из купцов хотя бы за полцены, закупить тисовый кругляк и обдумать как его везти — вооружать свою новую армию я буду ростовыми луками, а в тех местах тис не растет… железной рудой надо запастись — для оружия много железа понадобится, что-то мы закупим, а что-то выгоднее будет делать самим. Еще надо вытащить окна из дома и подготовить их к перевозке…

Нет, ну надо же такому случиться! Только дом построил — и вот на тебе! Гости приехали, здрасьте! Будьте нашим князем, а иначе никак! Тьфу! Зла не хватает! Ладно, надо поостыть, а то что-то я не к месту разозлился, надо бы держать себя в руках, так никаких нервов не хватит. Я сплюнул, отбросил мысли про свое княжение и сделал несколько глубоких вдохов. Упражнение помогло, я немного успокоился и, немного поразмыслив, решил, что можно эту ситуацию рассматривать и в позитивном ключе. Ведь ещё неизвестно, когда бы у меня получилось добраться до Византии и как смог бы там устроиться, будучи чужаком, а тут я, считай, уже князь. Дом мне эти жигане построят не хуже, чем этот, водопровод и канализацию под моим управлением тоже соорудят. А разобраться со степняками вообще не сложно при нормальном управлении. Хотя, в этом-то и проблема. Для нормального управления войском одного меня мало, нужны ещё офицеры среднего и нижнего звена. А где их взять? Нигде. Самому придется воспитывать, а это время. Да и не так-то легко на самом деле степняков победить, тут одними лучниками не обойдешься, для этого надо свою конную армию иметь минимум тысячу сабель. А одна верховая лошадка со сбруей стоит не меньше пяти золотых, плюс вооружить и в доспех одеть — ещё минимум пара солидов, плюс ещё хорошо бы гуннский составной лук каждому выдать (ростовые-то для кавалерии не подходят) — ещё три золотых монеты надо. Вот и набегает ни много ни мало десять тысяч золотых на один кавалерийский полк. Такая вот арифметика. Столько денег на одном алкоголе не заработаешь, хотя вроде и спрос, и выручка растут, но до серьезных сумм пока далеко.

Вскоре, в размышлениях о своем будущем княжестве я добрался до крепости, где женщины уже накрывали на стол.

— Здравствуй, здравствуй, юный князь, — поприветствовал меня Ярослав, когда я появился перед его взором, — Надеюсь, сейчас-то ты не отказался? — ну вот, и здесь уже в курсе о моём карьерном росте.

— Конечно нет! — бодро ответил я, — Бог направил их на путь истинный и мой долг вести их по этой дороге! — чтобы люди шли за тобой, нельзя никому показывать свои уныние и неуверенность.