Николай Епифанов – Цифровой пульс (страница 8)

Уже в машине, выехав на трассу, Влад спросил, где Надин и позвонил ли ей Филипп, а тот уклончиво ответил, что она уехала по работе. Прозвучало это странно, но Влад не стал допрашивать друга Крис. В конце концов, это было совершенно не его дело.

Глава 7

Двухэтажная больница располагалась в пятнадцати минутах езды от «Ноды». Это уродливое здание было построено из одинаковых по размеру модульных блоков, что позволило возвести его за считаные дни, но определённо не говорило ничего хорошего о надёжности. Случайному гостю Авроры расцветка здания могла бы показаться странной: кто догадается покрасить нижнюю часть медицинского учреждения в чёрный, а верхнюю – в зелёный? Но суть идеи заключалась в том, чтобы выделить больницу на общем фоне архитектуры города, и поэтому выбрали столь нестандартный подход.

АэроМед въехал на территорию через служебные ворота, а Владу пришлось искать место на парковке для посетителей, что оказалось довольно непросто. Городские больницы никогда не были тем местом, в котором можно пожелать кому-то оказаться. Двадцать четыре часа в сутки здесь было полным-полно людей, представлявших самые разные прослойки общества: начиная с бездомных и заканчивая средним классом. Богачи в такие места не ездили, поскольку их всегда ждали блестящие убранные палаты в специализированных клиниках корпорации «КластерТех». А вот те, чьи финансы вряд ли могли потянуть такое, были вынуждены обращаться за помощью именно в городские больницы. Чтобы получше представить себе царящую атмосферу, стоит упомянуть, что сотрудников, как всегда, не хватало, поэтому уборку проводили от силы один раз в день, и иногда это делали сами врачи или младший медицинский персонал. Сюда же добавим нескончаемый гам, споры и крики, и получится место, откуда хочется сбежать как можно быстрее. Чувство безысходности, смешанное с тревогой, пропитало тонкие стены, повидавшие на своём веку множество сломанных судеб, и не покидало человека с момента, когда он пересекал порог.

Влад и Филипп протиснулись через толпу людей, заполнявшую приёмное отделение, и добрались до стойки регистратуры, где устало сидели девушки в белых синтетических комбинезонах, молния на которых доходила до самого подбородка.

– Добрый день, милая, не подскажешь…

– Номер социального идентификатора, – не поднимая взгляд, сказала сотрудница больницы.

– Не мне к врачу надо.

– Мне всё равно. Номер социального идентификатора для внесения в систему.

– R7W23H8990, – отчеканил Влад, понимая, что нет смысла играться в человечность.

Девушка, может быть, и не была плохим человеком, но её ограниченное время и силы не позволяли вникать в тонкости ситуации. Таких, как Влад, она видела каждый день десятками, а то и сотнями, и потому все они были на одно лицо.

– Владислав Давыдов. Причина обращения? – всё тем же холодным тоном спросила она.

– Поступление в отделение неотложной помощи пациента Кристины Бернат.

– Номер социального идентификатора?

– Не знаю, – Влад пожал плечами и взглянул на Филиппа.

– Нет, не знаю, – ответил он.

Девушка вздохнула, но ничего не сказала.

– Пациентка доставлена в палату номер четыре. Кем ей приходитесь?

– Друзья, – здесь уже ответил Филипп.

– Дожидайтесь врача. Вас вызовут. Сейчас проводятся реанимационные мероприятия.

Если бы не микроэмоции и незначительные изменения в голосе, можно было бы предположить, что перед Владом и Филиппом вовсе не человек, а один из андроидов, получивших популярность в последние годы. Чаще всего компании, которые решали раскошелиться на столь дорогую игрушку, покупали пустой фрейм[13] и загружали в него типовой срез[14] искусственного сознания, не занимаясь дополнительной тратой денег на эмоции, импровизацию и прочие, как они считали, излишества. Затем этих несчастных андроидов, лишённых собственного «я» сажали в банках, магазинах или каких-нибудь учреждениях, давая простой линейный функционал.

Но видя на лице девушки непомерную усталость, раздражение, прорывающееся наружу, на что указывали нахмуренные брови и подёргивающийся кончик носа, Влад понял: она самый обычный измученный человек.

– Мы можем подождать в машине? – И тут девушка всё-таки подняла недовольный взгляд, не говоря ни слова. – Я понимаю, вы устали, но зачем вам ещё два человека в этом забитом помещении?

– Предлагаете мне сходить за вами на парковку?

– Нет, не предлагаю, – её реакция вызвала у Влада раздражение, которое ему трудно было скрыть в голосе. – Вы можете мне позвонить.

В ответ последовала только тишина, а уже спустя секунду она опустила взгляд назад на экран.

– Влад, оставь. Пойдём вон к той стене, – Филипп попытался вмешаться, чувствуя, что ситуация может закончиться не лучшим образом.

– Ну спасибо, – с лёгким сарказмом сказал Влад, дважды аккуратно хлопнув ладонью по стойке, хотя хотелось со всей силы стукнуть кулаком.

– Не надо на неё злиться. Она делает свою работу.

– Я не злюсь, парень. Я просто не понимаю, какая проблема в такой крохотной просьбе?

Подойдя к стене, Филипп сел на пол, опершись о неё спиной, и тут же встретил удивлённый взгляд Влада.

– Не знаю, как ты, а я чертовски вымотан. У меня нет желания стоять.

– Я, пожалуй, постою. Идея сидеть в грязи – так себе.

– Твоё право, – Филипп пожал плечами. – В твоей просьбе позвонить нет ничего сложного, ты прав, но ты не знаешь ничего про эту девушку. Посмотри на людей вокруг. Ты ничего не знаешь ни об одном из них, – в отличие от Влада голос Филиппа звучал медленно и даже печально.

– К чему ты клонишь? – Влад не сразу понял, о чём идёт речь, поскольку Филипп зашёл издалека.

– Каждый из нас сражается со своими собственными демонами. Ты, я, каждый из них. Это выматывает, это озлобляет. Что, если эта девушка вторые сутки работает, чтобы прокормить двоих детей, с которыми сейчас сидит её больная мать? Что? Уже не кажется её реакция такой непонятной? Разум сразу понимает, что в таком случае она имеет право и на злость, и на безразличие, ведь запас энергии и доброжелательности не безграничен. А ты взял и осудил её по себе. Она не должна звонить и искать тебя. Она должна делать свою работу, которую и выполнила от А до Я.

Влад задумался, а спустя всего какую-то минуту его плечи расслабились и опустились.

– Ладно, ты прав, сдаюсь, – почему-то все вопросы к грязи тут же отпали, и Влад плюхнулся на пол рядом с Филиппом. – А знаешь, я никогда прежде не слышал от тебя таких длинных речей. Оказывается, ты умеешь не только короткими предложениями разговаривать.

– Вообще, я не оратор.

– А мог бы быть, учитывая, как легко меня убедил.

– Я и не пытался, всего лишь сказал правду. – Филипп обессиленно положил голову на согнутые колени. – Не суди других, пока их жизнь для тебя сплошной туман. Вот и всё.

На какое-то время они оба замолчали, наблюдая за тем, как в холле появляются и исчезают люди. Такие похожие, но при этом слишком разные.

– Я всегда считал, что людям не хватает эмпатии, – признался Влад, – а по итогу в такой мелочи доказал, что и у меня её немного.

– Ещё как много. Кто ради Кристины пролетел полгорода в одну, а потом в другую сторону?

– Не говори ерунду. Она мой друг. Это другое.

– А мне кажется, то же самое.

– И почему, гений? – Влад снисходительно посмотрел на собеседника.

– Говорю же: кажется.

Короткие фразы вернулись. Оратор повержен.

– Слушай, – Филипп задумался, как лучше будет задать вопрос. – Она ведь выкарабкается?

– Обязательно.

– Мне бы твою уверенность.

– Так повторяй за мной. Обязательно выкарабкается.

– Однажды я так уже обманывал себя, а потом было ужасно больно. Думал, что если бы допускал хоть малейший шанс, что человек… – Филипп запнулся, – то вместо того, чтобы верить в иллюзии, смог бы найти выход.

– О ком ты говоришь?

– Об одной девушке из далёкого прошлого. Неважно. Я не хочу верить понапрасну.

– А я не верю. Я знаю, – глядя в глаза Влада, можно было увидеть непоколебимую уверенность в том, что он говорил. – И если что-то будет зависеть от меня, то я ради неё землю грызть буду.

– Пусть так, – ответил Филипп и снова положил голову на колени.

Время шло, то ускоряясь, то растягиваясь, и казалось, что только Влад и Филипп неизменно оставались в холле, а остальные люди успели множество раз сменить друг друга. Гнетущая атмосфера больницы была способна поглотить любую уверенность, ведь у тебя на глазах разворачивались трагедии самых разных масштабов, и многие из них случались совершенно непредсказуемо.

Прошло порядка двух часов, прежде чем появился врач и выкрикнул фамилию Влада.

– Мы здесь! – отозвался он, подняв руку, а затем толкнул задремавшего Филиппа. – Подъём.

Перед ними стоял коренастый человек маленького роста в точно таком же белом комбинезоне, как и на девушке в регистратуре, но на мужчине это одеяние смотрелось ужасно несуразно.

– Меня зовут доктор Ковач. Пойдёмте, – сказал он и, не дожидаясь ответа, быстро пошёл по коридору, ведущему к палатам.

– А… – Филипп попытался что-то спросить, но не успел.

– Кристина в сознании. Мы подавили влияние импланта медикаментозно, но это временно.