Николай Дубчиков – Живые против зомби. Закат эпидемии (страница 17)

– По самой темноте пойдем? – Макс достал из рюкзака глушитель и прикрутил к пистолету.

Во время визита в правительственный бункер парни смогли разжиться новым оружием. Каждому выдали по ПЛ-22 – последней модификации пистолета Лебедева с лазерным целеуказателем и фонариком на подствольной рамке. Он начал массового поступать на вооружение только в 2027 году и считался одним из самых совершенных пистолетов в мире.

Иван получил тактический глушитель на свой автомат АК-12. Не зря говорится, что счастье любит тишину. Обрезы охотничьих ружей, с которыми они начинали путь из Новосибирска, отправились на пенсию и теперь бережно хранились дома в Дальнем. Космонавт посмотрел на часы, затем на закат:

– Минут через сорок выдвигаемся.

– На крышу бы залезть, сверху осмотреться, – Леха уставился на ближайший отель, оценивая, как в него проникнуть.

– Опасно. Вдруг на этой крыше такие же бойцы, как на «Факеле» сидят? Пока на чужую землю лезть не будем, только в крайнем случае. Улицы и дороги, надеюсь, тут за нейтральную территорию считаются, – Воробьев снял кроссовок и вытряхнул мелкие камешки.

Ни одного зомби или человека поблизости не появилось. Это внушало легкий оптимизм, но все предпочитали оставаться живыми пессимистами, чем мертвыми оптимистами. Темнота быстро опускалась на город.

– Я – первый, за мной – Макс и Горик. Леха, прикрываешь тыл. Если замес начнется, то рассредоточиваемся, чтобы друг друга не перестрелять. Фонарики пока не включаем, – космонавт на правах старшего и самого опытного раздавал указания.

Парни шли медленно, часто останавливались около каждого подозрительного закоулка. На перекрестке рядом с огромным жилым комплексом «Акватория» они услышали шум. Горик уставился в тепловизионный бинокль, еще один «подарок» Корнилова из закромов Родины.

– Сто процентов зомбаки, нормальные люди посреди улицы ночью торчать не будут, – доложил ветеринар и протянул прибор Воробьеву.

Несколько зараженных стояли, облокотившись на забор и деревья, многие лежали или сидели, скрючившись в самых замысловатых позах.

– Они, походу, храпят, я даже отсюда слышу, – прошептал Леха.

– До Ваньки им все равно далеко, он у нас громче всех храпит, – Сова беззвучно засмеялся и тут же получил легкий тычок в печень. Воробьев пересчитал противников:

– Около тридцати каннов. Нахрен их, себе дороже связываться, давайте обойдем.

Приятели несколько раз натыкались на такие «лежбища» зомби, которые дремали на улицах вымершего города. Парни мысленно радовались, что решили идти ночью. В светлое время суток пробираться по узким дорогам Геленджика было бы куда труднее.

Луна вновь спряталась за облаком, теперь люди могли разглядеть лишь несколько метров перед собой. Скорость передвижения упала до среднего темпа черепашьего забега. Наконец, они обошли стадион «Спартак», пересекли еще один перекресток и свернули на улицу Шевченко. В итоге путь, который раньше занимал минут двадцать, растянулся почти на полтора часа. Впрочем, пока время их не поджимало.

Старые сосны на обочинах дороги слегка покачивали ветвями от ночного бриза. Космонавт осмотрел территорию в тепловизор и не заметил ничего подозрительного:

– Туда. Почти дошли.

Через несколько минут они остановились у бетонного забора мини-отеля. Здесь родители Ивана почти каждый год гостили у своих старинных друзей. Теперь за оградой чернел лишь обуглившийся остов здания. Крыша обвалилась, стекла полопались от огня, пожар перекинулся дальше и затронул еще несколько домов. Воробьев коснулся калитки:

– Так, мы с Максом во двор, а вы рассредоточьтесь и прикрывайте нас с улицы.

Четверть часа они изучали развалины пожарища в поисках костей или других человеческих останков, но ничего не обнаружили.

– Дом мог загореться пустым. Возможно, они были где-то в безопасном месте в это время, – попытался приободрить друга Сова.

– Безопасных мест тут нет, ты сам знаешь.

Иван не хотел вот так безрезультатно возвращаться назад, но и где искать родителей он тоже не знал. Космонавт посмотрел по сторонам и тяжело выдохнул:

– Идите назад к катеру, уговорите Сухого подождать до следующей ночи. Я день тут пробуду, попробую найти их. Может они сейчас спят среди тех каннов в соседнем квартале? Я не хочу, чтобы они вот так вот бродили. Понимаешь? Если увижу, то закончу их мучения, а ночью доберусь до берега. Это новый план.

– План нормальный, только я с тобой останусь, по-любому. Нельзя без подстраховки, пусть…

Макс не успел договорить. Раздался чуть слышный шорох, затем крик Горика и беспорядочная автоматная очередь.

– Аааааа, твааааарь… аабббблляяяяя!

Иван с Максом перемахнули через забор и обнаружили ветеринара на асфальте в крови без сознания. Леха стоял рядом, задрав голову, и вертелся в разные стороны, кого-то высматривая.

– Что за херня?! – Воробьев присел, чтобы осмотреть Горика. Из щеки ветеринара хлестала кровь, одежда на плече и спине была разорвана.

– Эта тварь хрен знает откуда взялась! Я за тем участком наблюдал, Гор – за другим. Он вдруг как заорет! Я повернулся, а на нем эта зверюга сидит. Потом она на дерево прыгнула, затем на дом залезла и пропала, – перепуганный Леха заикался и сбивчиво объяснял, что произошло.

– Какая тварь?! Как выглядела?! – Макс переводил лазерный прицел пистолета с деревьев на крышу и обратно.

– Темно было, ни хрена не понятно. Большая, но гибкая и быстрая. Горика завалила, они на земле боролись. Я боялся сразу стрелять, мог его зацепить.

– А кто стрелял тогда? – Иван уже достал аптечку из рюкзака и перематывал раненому голову.

– Горик и стрелял! С перепугу, в воздух палил, пока автомат не выронил. Она, видать, сзади, со спины напала, – Леха стоял бледный как вампир, словно кровь вытекла из него, а не из ветеринара.

– Пантера, что ли? Или рысь?! – допытывался Макс, чувствуя, как резко захотелось в туалет.

– Да какая тут, нахрен, рысь! Как человек, но волосатая! Зомбак какой-то необычный! Я морду не разглядел!

– Канны по деревьям не скачут. Эта тварь за две секунды ему чуть башку не оторвала. Валить надо отсюда и быстро. Назад к катеру! – космонавт привел Гора в чувство, помог подняться и подставил плечо.

На этот раз Леха возглавлял их отряд, а Макс прикрывал тыл. Иван один тащил раненого, который едва стоял на ногах.

– Зомбаки! Штук двадцать, – предупредил Леха, разглядывая противников в тепловизор.

– Напролом идем, вали их! – гаркнул Воробьев, со страхом вглядываясь в темные силуэты крыш и деревьев. Только что они узнали, что смерть не только шаркает стоптанными туфлями по земле, но и может прыгнуть сверху на голову.

Заработали автоматы. Несмотря на глушители, шума парни наделали порядком. Стук затворов, бряцанье падающих гильз, свист пуль и шлепки попадания в плоть противника – всё это посреди тихой ночи заметно привлекало внимание.

Всех инфицированных уничтожили практически во сне. Лишь несколько особей успели сделать пару шагов по направлению к стрелкам.

– Ходу-ходу, – подбадривал Иван остальных. К счастью, Горик немного окреп и смог идти самостоятельно.

Оставалось меньше половины маршрута. Все молились, чтобы Сухой с Васяном не отплыли в море, а дежурили на берегу. Внезапно резкий свет ударил в глаза, одновременно с ним по ушам резанул визгливый голос:

– Стоять! Стволы на землю! Поднять руки! Не рыпайтесь, вы окружены!

Прежде чем Иван нажал на спусковой крючок, в его голове успела мелькнуть мысль, что лазающая по деревьям тварь была не такой уж и большой проблемой. Она хотя бы не умела стрелять.

Глава 14. Сезон охоты

Прошло три дня с того момента, как Герман покинул свой «кокон». Но его трансформация продолжалась: волосы на теле стали еще длиннее, кожа толще, теперь он гораздо легче переносил мороз. Несколько старых гнилых зубов выпали, а на их месте уже росли новые – острые и крепкие. Нижняя челюсть стала массивнее, ногти на руках и ногах постепенно слезали, уступая место новым цепким когтям. Кожа на лице, ступнях и ладонях словно задеревенела и не чувствовала холода. Герман спокойно ходил босиком по снегу, но большую часть времени все-таки предпочитал прятаться в своем укрытии. «Новая звезда» на генном уровне запустила следующую стадию механизма мутации. Внутри носителя шла колоссальная работа по перестройке всего организма и адаптации к суровым внешним условиям.

Но мутант менялся не только физиологически, но и психологически. У него «проснулся» инстинкт самосохранения – то, чего почти начисто были лишены обычные зомби. Он больше не бродил бесцельно с утра до вечера по округе в поисках добычи, а предпочитал выслеживать её из засады. И что самое главное – Герман учился. Он накапливал опыт и умел им пользоваться. Его тело стало более ловким, сильным и быстрым, но вместе с тем он действовал с помощью хитрости и осторожности.

Солнце уже пробило горизонт, вечерний серый свет постепенно тускнел. Герман наблюдал за двумя зараженными, которые остановились поблизости от его укрытия. Когда-то крепкие жилистые мужики теперь отощали, медленно передвигали ноги и смотрели вокруг тусклыми от безысходности глазами. Но Герман уже успел получить хороший урок и знал, что такое впечатление обманчиво. Вчера он напал на толпу из десятка каннибалов, чтобы защитить свою территорию. Зомби сначала дрались вяло, но, почувствовав вкус крови, быстро превратились в яростных противников. Мутант успел убить трех из них, прежде чем его повалили на землю. Герман сумел высвободиться только ценой несколько глубоких укусов, царапин и разбитого носа. Чувствуя, что с каждой минутой людоеды становятся все сильнее, он предпочел ретироваться.