Николай Дубчиков – После конца времён (страница 12)
Серый Медведь скрестил руки на груди, его мышцы напряглись. Ормар глубоко втянул носом воздух и затаил дыхание. Медведь и Волк стояли друг против друга точно перед схваткой.
– Маленькую Рыбку должен взять Теранис!
Вождь онемел. Он не знал, смеяться ему или браниться. Слова Ормара парализовали его точно яд гадюки. Но вместо Тераниса ответил шаман Хаук:
– Бродячий Волк потерял память в дальних странствиях? Жена Серого Медведя жива и здорова, хвала богам!
Аста сидела неподвижно, слушая шушуканье за спиной. Её сердце стучало быстро как у зайца, ладони вспотели, в животе онемело, точно она проглотила ледышку.
– В старые времена беоры могли брать по две жены. У Матса Длинного Угря было целых четыре. В моей пещере есть кувшин, где хранится запись о нём и других вождях, – вновь подал голос Тормод.
– Все помнят, чем закончились старые времена! Брандорг наказал беоров! Он велел Ярлогу разжечь пламя в горе! Его гнев был страшен! Огненный дождь и пепел уничтожили наш очаг!
– Я помню ту ночь так же, как и ты, Слепой Филин. Тогда меня звали ещё просто Кедром, а не седым, как сейчас. Но горы закипают не от количества жён. То лишь всполохи огромного костра, что горит под земной твердью. И нам неведомо, где и когда это случится.
– Ярлог разжигает горнила в разных землях. Я видел пять дымящихся гор. – Ормар поднял руку над головой и растопырил пальцы. – Видел, как они бурлили, точно железный горшок с водой над костром. Но те места были безлюдны, гнев богов никого не мог там покарать. Тогда зачем он?
– Тебе неведома воля богов! – крикнул Хаук. – У Брандорга лишь одна жена. Как смеет человек иметь больше, будь он даже вождь?!
– Так говорили старые шаманы, но разве шаманы не ошибаются? В прошлую весну ты гадал на козьих кишках и сказал, что лето будет сухим, а две луны лили дожди.
Слова Седого Кедра нашли отклик в сердцах беоров. Хаук кричал, брызгал слюной и стучал клюкой, призывая сохранить прежний порядок, но всё больше воинов принимали сторону Тормода и Ормара.
– Будь я Брандоргом, то чаще жмяхал бы свою жену, а не считал чужих, – прокряхтел Крапива, вызвав новый взрыв хохота.
Слепой Филин побагровел при этих словах, но промолчал. Он понял, что проиграл схватку Седому Кедру. Теперь всё зависело от Тераниса.
Вождь посмотрел на Солнечную Ольху. Жена смиренно сидела между двумя приручницами, ожидая своей участи. В её родном племени муж не мог взять вторую жену, пока дышала первая. Аста долго прожила среди беоров, но сейчас ощутила себя чужой. Горечь обиды и ревности уже растеклась по её крови, но больше всего Солнечную Ольху ранило то, что эту мысль подал Ормар.
Бродячий Волк точно почуял её упрёк и отошёл в темноту. А Тормод продолжал говорить в свете костра:
– Рерик станет вождём после Серого Медведя. Он так же могуч и бесстрашен. Дети Тераниса и Маленькой Рыбки никогда не будут править беорами, но всё равно этот союз наполнит гордостью сердца вендов. Гордостью и храбростью! Они направят свои луки на лесные племена, помешают воинам Бату переправиться через реку и помогут их сокрушить.
В рядах беоров зародился рокот, который быстро перешёл в стройный клич:
– Союз! Союз! Союз!
Вот уже половина племени подхватила его и скандировала всё громче:
– Союз! Союз! Союз!
Воинов больше не пугали слова шамана о гневе богов, тем более что многие поколения спокойно жили и при старых порядках с двумя-тремя жёнами.
– Союз! Союз! Союз!
Взгляды Тераниса и Асты встретились. Серый Медведь видел, как в её изумрудных глазах гордость борется с покорностью, а ревность сражается со страхом перед будущим. Он знал, что причинит ей боль, если приведёт в дом вторую жену. Измена считалась среди айхонов преступлением. Своенравные, как однороги, люди её племени выбирали себе пару на всю жизнь, и даже после смерти одного из супругов второй часто предпочитал одиночество новому союзу.
Вождь поднял копьё и вонзил в землю. Племя умолкло, ожидая его решения. Слышался только треск дров да голодный вой шакалов за рекой. Вождь посмотрел на Рерика с Нормаком, повернулся к брату и остановился взором на Асте. Жена больше не глядела на него – она теребила браслет на запястье. Тот самый, что Теранис надел ей на свадьбе много-много лун назад.
– Отправляйте быстроходов к вендам. Серый Медведь и Маленькая Рыбка смешают свою кровь.
Вопли радости огласили Долину Родников. Даже костры сильнее затрещали искрами, точно ликовали вместе с людьми. Загремел барабан, ему вторили дудки, начались боевые пляски, воины прыгали сквозь пламя, чтобы показать бесстрашие и одновременно впитать в себя силу Брандорга. Тот, кого коснулась пылающая длань бога огня и солнца, получал его защиту в предстоящей битве.
Но внезапно веселье прервали пронзительные крики:
– Враг у реки!
– Лесные племена!
– Они здесь!
– Вторжение!
Женщины закричали, схватили детей и бросились к вождю. Часть беоров охватила паника. Начался хаос. Одни хотели немедленно броситься в бой, другие с опаской косились на тёмную чащу за рекой. Самые трусливые надеялись укрыться в горах и дождаться, пока противник уберётся восвояси.
– Венды нам не помогут, – усмехнулся Теранис и выдернул копьё из земли.
Гисли Золотая Форель схватил палицу:
– Болотник сказал, что Бату нападёт через половину луны! Он специально обманул нас! Я выпущу квакуну кишки! В его гнилом языке больше лжи, чем яда в цветной жабе!
– Только глупец может верить пленнику! Вот вам и гнев Брандорга! Вы хотели нарушить закон единобрачия – теперь он погубит за это всё племя! – злобно сплюнул Хаук.
Седой Кедр оттолкнул шамана:
– Замолкни, трусливый филин! Мы ошиблись лишь в том, что слишком поздно решили заключить кровный союз с вендами.
– Хватит болтать! Нельзя позволить лесным племенам переправиться через Шуршаву, – рявкнул Серый Медведь.
Рерик встал рядом с отцом, вооружившись двумя топорами. Нормак тоже решил присоединиться, но Теранис пригрозил ему копьём:
– Отправляйся с матерью!
– Я мужчина! Я могу сражаться! – возмутился Чёрный Кот, но тут же сам испугался того, что осмелился перечить отцу. В другое время Теранис влепил бы ему звонкую затрещину и отправил пинком в лужу, но сейчас некогда было заниматься воспитанием.
– Вперёд, беоры! Покажем лесным шакалам ярость медведей!
– Постой! – Тормод преградил вождю путь. – У реки нас ждёт только смерть. Берег длинный, а врагов много, они всё равно переправятся и окружат нас.
– Хочешь дождаться их здесь?!
– В узком русле достаточно одного бревна, чтобы перекрыть поток. Направим лесные племена туда, где они не смогут развернуться.
– О чем ты, старик?!
– Времени мало. Там понадобятся все: и женщины, и дети. – Седой Кедр посмотрел на Нормака. – Готовь лук со стрелами, Чёрный Кот.
Глава 9. Вторжение
Лесные племена разделились и начали переправу одновременно в трёх местах, но так, чтобы слышать сигналы друг друга. Штурмовые отряды плыли, толкая перед собой плоты с оружием. С берега их прикрывали лучники.
Бам! Бам! Бам!
Среди деревьев глухо ударили в барабаны, и новые воины погрузились в реку. Коренастые болотники, низкорослые гнездуны, сгорбленные землерои, волосатые как звери логовичи – большие и малые лесные племена тремя потоками вливались в воды Шуршавы.
Небольшой отряд разведчиков во главе с Ормаром наблюдал за противниками. Молодой месяц светил слабо, но беорам этого хватало. Они могли сражаться в темноте так же уверенно, как в полдень.
Под командованием Ормара собрались старые опытные воины. Они не пытались показать себя героями, не кидались безрассудно на врага, а чётко следовали приказам. А приказ был простым: задержать захватчиков сколько удастся, чтобы дать время остальным подготовиться к решающей битве.
Беоры сделали первый залп из луков. Несколько лесных вскрикнули, остальные нырнули под плоты. Два трупа понесло течением на юг. В ответ с противоположного берега полетели десятки стрел. Но костяные наконечники ударились о деревянные щиты, не причинив никому вреда. Однако отряд беоров выдал своё расположение, пришлось сместиться. Бродячий Волк велел всем укрыться в молодом березняке. Отсюда они в любой момент могли атаковать или отступить.
Часть захватчиков уже переправилась. На чужом берегу лесные тут же соорудили из плотов подобие панциря и укрылись под ним. С тыла их продолжали прикрывать лучники.
– Беречь стрелы! – приказал Ормар.
Дождавшись подкрепления, враги решились перейти в наступление. Бросив плоты, они завыли, закричали, захрюкали, засвистели, подражая животным и птицам, чтобы напугать беоров. Тем и впрямь показалось, что весь лес ринулся на них.
– Луки! – Бродячий Волк взмахнул рукой.
Из темноты полетели стрелы. Стальные наконечники легко пробивали оленьи накидки землероев и бобровые шкуры болотников. Логовичи и вовсе шли в одних набедренных повязках. Дюжина упала замертво, ещё с десяток тяжело ранило. Теперь захватчики завыли от боли уже человеческими голосами.
Однако, несмотря на потери, лесное войско росло. Они больше не таились в реке, а гребли в полную силу, стараясь переправиться как можно быстрее. Самых храбрых ждала богатая добыча. Каждый верил, что боги хранят его. Каждый мечтал вернуться в свой очаг героем.
Авангард лесных, не обращая внимания на павших, продолжил атаку. Часть воинов отдалилась от берега и осталась без прикрытия лучников. Барабан гнал захватчиков вперёд, а выпитая брага из забродивших ягод, хмеля и мёда придавала смелости.