Николай Дубчиков – На заре заражения (страница 44)
Глава 45. Брошенная лаборатория
Когда компания прибыла на место, солнце уже клонилось к закату. Подъехав к проходной, Кузнецов достал служебный пульт, и шлагбаум послушно поднялся, пропуская машину на территорию НИИ. Парковка была почти пуста, и Андрей поставил автомобиль возле главного входа. Маша поднялась на крыльцо и попыталась открыть дверь, но здание лаборатории оказалось закрыто. Андрей нажал на звонок, однако реакции не последовало. Тогда он набрал номер телефона поста охраны, но услышал лишь длинные гудки:
- Похоже, в здании никого…
- Может, с черного входа попробовать? – Предложил Воробьев.
- Не вариант – там глухая железная дверь. Ее и в рабочее время почти никогда не открывали.
- Я все-таки проверю, может, есть лазейки. А вы подождите тут – вдруг, кто откроет, - Иван скрылся за углом здания. Через несколько минут космонавт вернулся, держа в руке толстую железную трубу примерно метр длиной:
- Вот, нашел ключик у мусорки. Думаю, подойдет…
- Погоди… мы как взломщики, получается… а вдруг полиция приедет, - неуверенно возразила Маша.
- Я думаю, у них сейчас других дел по горло. Если приедут, скажем так и было… бей, - Андрей отвел Катю и Машу в сторону.
Иван встал напротив стеклянной тонированной двери и широко размахнулся. Звук удара разлетелся по улицам. Стекло потрескалось, но не разбилось.
Маша поежилась и с волнением огляделась. Солнце почти скрылось, зловещая темнота окутывала город. Раньше вечерний Новосибирск ей очень нравился, особенно летом. А теперь девушка видела только пустые дороги, брошенные машины, запертые двери и окна. Где-то вдалеке выла сирена пожарной машины. Ветер гонял легкий мусор, который уже никто не убирал. Мгла поглощала кварталы, дома, людей – пока еще здоровых людей, которых с каждым днем становилось все меньше. Где-то на соседней улице раздался крик, затем – выстрел, и все стихло.
Иван тем временем, не отвлекаясь, выбивал потрескавшееся стекло. Расчистив проем от осколков, он первым вошел внутрь. За ним в здание лаборатории проникли Маша, Катя и Андрей. Холл не освещался, и некоторое время все четверо стояли в нерешительности.
- Не помню, где здесь выключатель. Да и черт с ним, - пробормотал Кузнецов, активируя режим фонарика в телефоне.
На первом этаже не было ни души. Пост охраны пустовал. Медленно и осторожно продвигаясь по лестницам и коридорам, группа шла вперед. Никого не встретив, люди добрались до отдела, где работали Андрей и Маша. Кузнецов щелкнул выключателем, и все зажмурились от яркого света.
Когда глаза привыкли, ученые осмотрели помещение. Было видно, что сотрудники второпях эвакуировались из лаборатории: у кого-то на столе остался недопитый кофе, на полу валялись бумаги, а на вешалке в углу висел забытый зонтик. Андрею и Маше было непривычно видеть свои рабочие места, которые успели занять другие ученые. После того как на Хаимовича завели дело, Кузнецова и Снегиреву как ближайших помощников профессора отстранили от работы до окончания расследования, а Ёся Бец написал заявление об увольнении и улетел к родителям в Израиль.
Андрей подошел к своему столу, на котором лежали недоеденные картошка фри и гамбургер:
- Похоже, нас не собирались звать обратно, - хмуро сказал ученый, глядя на Машу.
- Да, а твое место уже занял «Пончик», - согласилась девушка.
Кузнецов с отвращением швырнул остатки еды в мусорку и направился в кабинет Альберта Борисовича. На рабочем столе профессора уже стояла семейная фотография Сергея Васильевича Прытко, который так активно содействовал следствию и в итоге занял место Хаимовича. Андрей сел в большое кожаное кресло, откинулся на спинку и усмехнулся:
- Эх, мечтал когда-нибудь занять этот кабинет… вот, мечты сбываются…
На пустом столе лежало бумажное письмо, и рука Андрея сама потянулась к нему. Через минуту в кабинет вошла Маша:
- Эй, большой начальник. Ты чего расселся? Я одна должна мир спасать?!
Лицо парня закрывал листок, и когда он опустил его, Маша даже вздрогнула:
- Ты чего такой бледный?
- Прочитай, - Кузнецов протянул ей письмо Альберта Борисовича, адресованное новым руководителям лаборатории.
Андрея и Машу отстранили раньше, чем письмо с вирусом попало в НИИ, поэтому они ничего не знали о смертельном послании профессора. Их коллеги стали одними из первых инфицированных, вирус быстро распространился среди ученых, и здание закрыли на карантин.
Маша дочитала и в недоумении посмотрела на Андрея:
- Ты думаешь это …?
- Он, - закончил за нее коллега.
- И как он это сделал?!
- Он - гений, а все гении немножко сумасшедшие…
- Это, по-твоему, немножко?! – девушка показала рукой в сторону улицы.
- Маша, я не знаю, что тебе ответить. Я знаю столько же, сколько ты.
- Но профессор приходил к тебе. Ты видел его последним. Куда он делся, где он сейчас?!
- Альберт Борисович сказал, что уедет из города и… он… ох…
- Что? Говори!
- Если я правильно понимаю ход его мыслей… он хочет заразить всю планету. Профессор уехал из города и страны, чтобы создать много очагов и сделать эпидемию глобальной. Наверняка, Альберт Борисович разослал такие же письма и другим ученым, - Андрей замолчал, размышляя про себя.
- Ну..? Продолжай, - не вытерпела Маша молчание приятеля.
- Это же так просто и логично. Первыми должны заразиться те, кто может найти лекарство. Тогда шансы на мировую эпидемию резко возрастают.
- Ты думаешь, он не только в России это делает?
- Он подписался в письме… это значит, что профессор не скрывается, он открыто называет себя и не боится ответственности. Потому что… наказывать Альберта Борисовича будет уже некому. Все заразятся, кроме него… и нас получается.
Девушка хотела что-то сказать, но разговор прервал вошедший Иван:
- Маша, я переставил аппарат, который ты просила. Чего вы тут?
- Надо спешить, - не ответив мужу, Воробьева вышла из кабинета. Андрей сидел, опустив голову. Иван пожал плечами и пошел следом за супругой.
Через несколько минут все четверо собрались в одной комнате. В Маше неожиданно проявилось и окрепло сильное лидерское начало, и она взяла инициативу на себя:
- Андрей, у тебя есть антивирус профессора. Нужно выяснить из чего он состоит, и попытаться скопировать формулу. Мы получили ответ на задачку, теперь надо понять алгоритм решения. Ты был самый умный в нашей группе, ты сможешь.
Кузнецов кашлянул в кулак и сказал:
- Начнем. Я пока подключу синхронизатор. Маша, с тебя - реагенты.
- Их тут нет, они на втором. Я принесу…
- Возьми фонарик, - Андрей протянул коллеге телефон, - Иван, пойдем, поможешь дотащить аппарат из соседнего кабинета. Катя, ничего не трогай.
Воробьева вышла в коридор. Тусклый свет освещал пол и стены на пару шаговвпереди. Маша спустилась на второй этаж, но дверь склада оказалась закрыта. Девушка вспомнила, что ключи хранились у начальника по хозяйственной части. Его кабинет был в самом конце коридора, Воробьева направилась туда. Её каблучки громко цокали в пустом здании. Этот звук привлек внимание того, кто блуждал в темноте и был очень голоден.
Глава 46. Не в бровь, а в глаз
Маша быстро шла по коридору. Многие кабинеты на этаже остались открытыми. Когда объявили эвакуацию, сотрудники решили, что это ненадолго, но представители спецслужб закрыли здание на карантин и отправили всех по домам. А через несколько дней сюда уже некому было возвращаться. Дверь в кабинет завхоза также была не заперта. Воробьева зашла в комнату и открыла небольшой шкафчик, где лежали магнитные ключи от разных кабинетов. Взяв всю коробку, она повернулась к выходу, но замерла от страха.
В проеме показался человеческий силуэт, который остановился, преграждая девушке путь. Зараженный зарычал и кинулся на нее. Маша вскрикнула, выронив телефон и ключи. Фонарик погас, и комната погрузилась в полную темноту. Девушка инстинктивно сделала шаг в сторону, чтобы увернуться от нападавшего. Раздался глухой стук - инфицированный промахнулся и ударился о стенку, не сумев остановиться. Воробьева замерла, стараясь не дышать. Зараженный видел в темноте очень плохо, поэтому стал принюхиваться и ловить каждый шорох своей жертвы.
Это дало Маше несколько секунд, чтобы прийти в себя и подумать: «Если закричу, то Ваня не услышит, а если и услышит, то не успеет».Вдруг она вспомнила, что заходя в кабинет, обратила внимание на необычную ручку, лежавшую на столе. Непонятно из каких глубин сознания в памяти девушки всплыл отрывок из телепередачи по самообороне, где говорили, что обычная ручка может стать опасным оружием, если ударить ей в глаз или шею.
Воробьева попыталась нащупать ручку в темноте. Она старалась не переступать ногами, чтобы не выдали предательские каблуки. Наконец, пальцы Маши коснулись того, что искали - перьевая чернильная ручка, большая редкость, её подарили завхозу на юбилей работы в НИИ. Маша схватила канцелярское оружие и встала в защитную стойку. В этот же момент каннибал, почуяв человека и услышав шорох, кинулся в атаку. Два тела столкнулись в темноте, раздался жалобный крик и яростное рычание.
Незадолго до этого Андрей, Иван и Катя закончили свои приготовления в лаборатории. Кузнецов сидел за столом Хаимовича, пытаясь найти в его компьютере полезную информацию. До Ивана и Кати долетел слабый крик Маши. Воробьев пулей вылетел из отдела и бросился вниз по лестнице.