Николай Дронт – Заклинание (страница 28)
Его королевское высочество принц Торан из оружия выбрал широкий и тяжелый абордажный клинок, больше похожий на кортик, чем на саблю. Мой принц предпочел что-то вроде карликового протазана, а принцесса взяла короткую шпагу. Похоже, они договорились между собой и выработали общую тактику боя.
С час я смазывал ядом лезвия. Это дело не такое простое, как кажется. У непривычного человека шанс отравиться сильно отличен от нуля. Да и использовать оружие в бою надо с осторожностью. Я настоял, чтобы все надели плотные фехтовальные перчатки. В случае касания лезвия перчатку можно быстро скинуть с руки. Принцы надели кольчуги, Лаура предпочла кожаный доспех.
Мы спустились в подвал и потайным ходом прошли в Белый дворец. Спальня государя находилась на втором этаже. Призматическая Сфера ослепила многих слуг на десятки минут, потому я предложил войти в зал одному, пообещав позвать остальных, когда сниму преграду. Однако мой принц уже видел сферу и не ослеп, потому решил пойти со мной. Дальше диспозиция предполагалась такой – я снимаю преграду и больше не вмешиваюсь, в бой бросаются члены семьи. Если они не справятся и умрут, только тогда вступаю в бой я. За дверьми стоит его преосвященство с двумя монахами в полной броне, с зачарованными молотами. Это третий барьер обороны, они будут держаться, сколько смогут, а в это время еще один доверенный слуга поднимет по тревоге гарнизон крепости. Так себе план, отступления не предусмотрено, зато секретность соблюдена.
Глава 7
Смерть государя
Открыв дверь спальни, можно сразу увидеть огромный шар защитного заклинания. Верхний край достает потолок, нижний уходит в пол. Призматическая Сфера, семь слоев защиты, каждый по-своему противостоит нападению и наказывает вторгнувшегося. Сильнейшее заклинание, снимающееся легко и просто. Сравнительно легко и сравнительно просто.
Все! Сфера убрана, королевская троица бросается в бой. А я, чуть не рассмеявшись от облегчения, наблюдаю за схваткой. Какой Костяной Король?! Где Костяной Рыцарь? Всего-навсего Могильный Гуль! Сильный, опасный, но далеко не высшая нежить, обычный безмозглый монстр.
Безмозглый он, может, и безмозглый, но сразу бросился на слабейшую в партии – на Лауру. Та приняла его на шпагу, но он успел ударить девушку огромной когтистой лапой. В это время с одной стороны в него вонзился широкий наконечник протазана, а с другой – рубанул короткий, однако тяжелый клинок. Гуль протяжно взвыл, раз успел отмахнуться, а затем упал на пол. Края ран, задетые отравленными клинками, прямо на глазах оплывали слизью, очень похожей на гной.
Лаура, ничего не замечая, по-моему, даже крепко зажмурившись, тыкала шпагой в поверженного врага, причитая: «На! На! На!» Ее доспех рассечен ударом когтей. Три параллельные прорехи, причем в средней виднеется сосок очаровательной девичьей груди. Лагоз обнял дочь и гладил, как маленькую, по голове, пока девчонка ревела в полный голос, иногда даже немного подвывая.
Нагрудник кольчуги принца Торана пробит точно напротив сердца. И он пальцем машинально трогал рваные края дыры. Его клинок еще немного шипел и пенился там, где яд смешался с ихором монстра.
– Стах! Позови… – приказал принц, продолжая прижимать дочку к груди.
Я выглянул за дверь и приглашающе махнул рукой. В дверь вбежали оба монаха с молотами наперевес, за ними влетел его преосвященство с аспергиллиумом в руке.
Аспергиллиум – довольно специфическое оружие, помесь палицы с брызгалкой. В отсек, расположенный в рукояти, заливается святая вода, и при ударе оружие еще и окропляет место удара. С учетом того, что оно сделано из специфических материалов, благословлено и зачаровано в храме, такая дубинушка ну очень эффективна против некоторых тварюшек, которых не берет ни магия, ни даже магическое оружие. Правда, стоит дороже иного храма.
Его преосвященство сразу понял ситуацию, аспергиллиум в руке сменился огромным клетчатым платком, который был вручен Лауре. Та громко и совсем не аристократично высморкалась, откуда-то достала зеркальце, критически осмотрела себя. Ойкнула, заметив прореху на груди, прикрыла ее ладонью, отвернулась от мужчин и стала быстро приводить себя в порядок.
– Боги закончили путь грешника, – вздохнул священник. – Не скажу, что к себе прибрали, но мучения закончили. Ваши королевские высочества, идите в покои, а к утру я извещу народ о кончине вашего отца. Примите сию весть с должной печалью и смирением.
Оба брата синхронно хлопнули меня по разным плечам и удалились вместе с принцессой. А молотобоец спросил:
– Что ЭТО было?
Нежить почти совсем растеклась в зловонную лужу, в которой опознать что-либо было проблематично.
– Могильный Гуль, – пояснил я. – Уже обернувшийся, но еще не отожравшийся. И так бы забили. Знал бы – Некробой не тратил бы.
– Не дали боги беде свершиться, – загнусавил монах.
Второй его перебил профессиональным вопросом:
– Доспехи на двоих порваны, но крови нет. Заражения не будет?
– Нет. Заклинание защитило.
– Барон Тихий? – спросил его преосвященство, как будто только узнав меня. – Как же! Наслышан о богоугодных делах ваших. Священнослужителя приютили, новый приход у себя в баронстве организовали. Благое дело, благое. Сорок ваших грехов лично отмолю за то и за сегодняшнее дело. А вот для братии нашей, коя молитвами и слабыми силами своими защищает прихожан от нечисти всякой, нельзя ли испросить средство, кое столь нежити прискорбно?
– А особливо ту чару, что так ладно от ударов когтей защищает, – вмешался первый слабосильный монах с двуручным молотом и в зачарованном полном стальном доспехе.
Второй слабосилок, с кулаками в голову ребенка, закивал, поддерживая просьбу. Обложили. И отказать не могу – первосвященник лично на бой пришел и, видать, лучших бойцов привел. Грех отказывать тем, кто был готов стоять с тобой рядом до самой смерти.
– У меня не осталось Некробоя. Но если достанете ингредиенты, попробую сварить. А Каменная Кожа – заклинание не столько сложное, сколько дорогое. Можно и про него поговорить, открою рецепт церкви, если имеются волшебники.
– Столь радостно на душе потеплело от слов ваших праведных! Есть добрые прихожане, найдут потребные вещества, найдут. Ой, – вдруг спохватился священник. – чего это я! Мы и у себя в храме имеем много всякого разного. Нам бывает оно не потребно, а храним – вдруг кому на что сгодится. Книги разные. Вещи всякие, не божьи, но мажеские.
Дверь маленького зала, в котором собрались на совещание самые высшие сановники королевства, неожиданно распахнулась. Медленно, торжественно, сопровождая каждый свой шаг стуком посоха, вошел одетый в черное одеяние с обильным серебряным шитьем герольд, семь раз ударил посохом о пол и провозгласил:
– Волею всемогущих богов, его величество король Хаора умер! Согласно завещанию государя, по обычаям предков и законам королевства, его королевское высочество наследный принц Лагоз получает в наследство корону! Да здравствует король!
Присутствующие давно были готовы к такому исходу, потому здравицы в честь нового государя прозвучали искренне и сразу. Его величество смиренно склонил голову и принял на себя тяжкий груз управления страной. Его королевское высочество принц Торан выразил поддержку брату, достал заранее подготовленную бумагу и предложил организовать Комиссию по траурным торжествам. Новый государь первым своим Указом поставил во главе Комиссии генерал-аншефа графа фон Лаунгера. Тот поблагодарил за великую честь, вытащил из кармана мундира список и зачитал просьбу включить в Комиссию всех названных вельмож. Его величество милостиво соблаговолил утвердить состав.
Следующим указом он обязал всех сидящих за столом стать членами его Государственного Совета. Никто из присутствующих не взял самоотвода, но каждый встал и в короткой речи поблагодарил его величество за доверие, а его преосвященство напомнил о необходимости коронации ровно через сорок дней. Как главе главного храма страны и первосвященнику королевства ему пришлось взять на себя главенство Коронационной комиссии. Список ее членов, кстати оказавшийся под рукой, также был утвержден.