Николай Дронт – Воспитанник (страница 7)

— Не беспокойтесь, Мартин. Я справлюсь.

Так не принято, но секундантом дварфа выступил полуорк. Пришлось смириться с таким умалением достоинства. Бойцы вышли во двор. Два ранца, в качестве добычи победителю, поставили на высокую скамью. Мерин с широкой спиной и его упряжь заняли место рядом. Бойцов развели на дистанцию в сорок шагов и велели ждать сигнала.

Ристалище окружили все посетители заведения. Хотя ещё было по-летнему светло, но зажгли факелы. Словом, настроение праздника ощущалось в вечерней прохладе. Правда, команда приключенцев нервно посматривала на своего бойца. Происходящее их явно не слишком радовало. Слуга Дитера стоял около мерина и как-то по-хозяйски его оглядывал.

Бойцы приготовились, хозяин заведения громко выкрикнул: «Бой!» И дварф сразу сорвался с места, побежал, набирая скорость. Шаг, два, три, пять… В это время волшебник, по обычаю всех чародеев, что-то бормотал, махая руками. На шестом шаге воин вдруг провалился в землю по колено. Попытался вылезти и провалился ещё глубже, теперь уже по пояс.

Кинул на землю щит, попытался на него опереться, но в этот момент ему в глаз вонзился арбалетный болт. Наверное, и этого бы хватило, но коварный волшебник сноровисто перезарядился и вогнал второй болт в другой глаз.

— Мой друг, — пояснил Ашер Мартину, — если на вас не действуют заклинания, это не значит, что они перестали действовать на ваше окружение. Вы можете получить валуном по голове. Вас может сбить с ног поток воды. Или, как сейчас, грунт может превратиться в вязкое болото. Хозяин! Выкатите бочонок пива. Пусть зрители выпьют в честь моей славной победы. Да! И прикажите конюху позаботиться о моём мерине.

— Слушаюсь, вашество!

Добровольные помощники во главе со слугой Мартина утащили побеждённого в сарай на предмет обмыть и подготовить к погребению. Снять доспехи и прочую добычу тоже. Дварфийский кошель у пояса содержал достаточно серебра, чтобы хозяин согласился принять на себя все хлопоты, связанные с похоронами. Гербовый щит с клановым знаком был оставлен ему же. Латный доспех никак не подходил к человеческой фигуре, хотя Дитер вслух помечтал о возможности его перековки или хотя бы обмена. Секиру, три метательных топорика и кинжал, похожий на мизерикордию, знаток признал великолепными. В дварфийском ранце из полезного нашлась дюжина «железных» рационов и маленький мешочек с горсткой негранёных драгоценных камней.

Камни ценят все дварфы, да и в человеческих землях они прилично стоят. А железные рационы — это спрессованная и обезвоженная еда длительного хранения. Длительного — это годы. Сухари, мясо и сухофрукты с орехами спрессованы до состояния камня и упакованы в специальные мешочки. Одного в день хватает для пропитания человека. Дварфа тоже. Остальное — одежда, амуниция, лагерные средства — не представляет особого интереса. Единственно, могла пригодиться большая кожаная фляга с дварфийской грибной водкой, но её пусть пьют самоубийцы.

После всех трат, выдачи похоронных, оплаты комнаты и еды хозяину, благодарности обмывшим труп, в кошеле покойного осталось всего с десяток серебряных корон и два десятка медных щитов.

Победитель спросил секунданта:

— Мартин, не в качестве платы, а в память о сегодняшней дуэли, не возьмёшь ли ты себе этот кошель?

— Это я-то не возьму?! — с энтузиазмом ухватился за столь завлекательное предложение приятель. — Я его так возьму, что он изнутри вспотеет! Спасибо, Ашер! Признаться, твой подарок пришёлся очень кстати. Я до крайности издержался в дороге, а когда ещё случатся поступления, неизвестно.

Не стесняясь окружающих зевак, запускающих глазенапа, новый владелец аккуратно высыпал содержимое на стол и тщательно его пересчитал. Его взор пылал радостью, и то был не мерзкий восторг скупца, но светлое ликование расточителя. Монеты содрогнулись, предчувствуя свою близкую участь.

Внимательное рассмотрение трофейного доспеха показало его крепость, надёжность и вонючесть. Кстати, нашлось применение найденному в ранце куску вконец прогоркшего сала — им смазывали металл от ржавчины, что, несомненно, придавало особо изысканную пикантность аромату носившего. Бронированные сапоги, обязательная часть пехотного комплекта лат, смердели потными портянками до рези в глазах.

Доспех хорош, его руны защищают от направленных на владельца заклинаний, но без переделки человеку он категорически не годится — дварфы значительно шире и ниже любых людских воинов.

Во время осмотра пришёл переговорщик от приключенцев. Растекаться словесами не стал, а сразу заявил:

— Ваше магичество, мы точно знаем, кому бы пригодились доспехи нашего погибшего товарища.

— Хорошие доспехи многим нужны.

— Дварфийские доспехи! Они на дварфа, а не на человека.

— Да, вы правы, я принимаю вашу поправку. Скажем так — рунные доспехи дварфийской работы.

— Я не буду с вами торговаться. Я скажу очень коротко. Я буду так краток, как это только возможно. Я скажу всего несколько слов потому, что я не умею и не хочу торговаться. Но мои слова объяснят вам всё полностью. Вы их услышите и наверняка поймёте, что здесь большего вам никто не даст. Мы же заплатим сейчас и сразу. Итак, говорю коротко: двадцать пять унций серебра за доспехи.

— Около сорока пяти полновесных корон? Маловато будет!

— У нас нет денег. Мы даём двадцать пять унций серебряными украшениями и шкатулку для них. Красного дерева с перламутровыми накладками. В качестве последней добавки прикладываем медальон с портретом прекрасной девы и локоном белокурых волос.

— А чья это Дама Сердца? — вмешался в разговор романтичный Мартин.

— Если мы сговоримся, то, возможно, она будет вашей.

— Вы думаете? Ашер, это действительно неплохая цена.

— Зачем мне нужны украшения? Это не монеты, которыми можно всюду расплатиться.

— Зато они красивы! Ваше магичество, при продаже к весу серебра вы сможете приплюсовать стоимость работы. И не забудьте о шкатулке и медальоне.

— Ашер! Соглашайся. В городе латы можно долго пристраивать.

— Но на что мне нужен медальон?

— За портрет я тебе отдам фигурную обеденную вилку изящной работы с кованой розой и листьями на рукояти. Железную, но очень красивую.

— Мартин! Девушку менять на вилку! Хотя… Какие счёты могут быть между друзьями? Забирай! Вы тоже забирайте доспех, но прежде покажите драгоценности.

— Извольте!

— Хм… И за это я отдаю прекрасный рунный доспех?

— Ваше магичество, за труды нам тоже надо что-то получить. Можете перевесить — в изделиях ровно двадцать пять унций.

— Ладно! Грабьте, меня! Обездоливайте! Разоряйте!

— Премного благодарны! Имш! Уноси!

Подошедший полуорк скорчил гримасу, при торчащих наружу жёлтых клыках из нижней челюсти это означало улыбку.

Сноровисто собрав в мешок части лат и зажав под мышкой сапоги, Имш удалился.

Слуга, оказалось, что его зовут Михель, положил на стол тяжёлую шейную гривну из серебра и простое, но массивное золотое кольцо. Эти украшения сняли с обмываемого трупа. В благодарность слуге, помимо заранее выданной платы, был дарован ранец дварфа. Конечно, без драгоценных камней и рационов. Однако он содержал одежду и прочие вещи хорошего качества, а они стоили достойных денег.

Вилка сменила своего хозяина. Она была точно хороша, хотя ценна лишь тонкостью работы. Мартин восхищённо разглядывал портрет теперь уже своей Прекрасной Дамы и составлял рассказ об их знакомстве. Идиллия вернулась.

Ашер ле Гур

Грешен — люблю посибаритствовать. Жаль, не часто такое получается. В графстве, на виду у крестьян? Они и так меня не любят, а после излишних роскошествований могут начать и ненавидеть. В Университете дорого, да и куча однокурсников сразу попытается тебе на хвост упасть. Оно мне надо чужаков кормить? То ли дело постоялый двор! Который в дне пути от графства. Прекрасный повар, деревенские цены, уютная комната с мягкой постелью. Я всегда, когда там ночую, лучший номер беру. Обязательно заказываю чего-нибудь вкусненькое на ужин и завтрак. Могу выпить хорошего вина, благо здесь никогда не разбавляют. Кстати, привозное пиво тут тоже весьма недурно.

Вот и в этот раз, полный предвкушений, сел за столик, сделал заказ, а тут какой-то полуорк из приключенцев стал разводить меня на пиво. Ну не убивать же идиота? Связываться ещё! Заказал. Причём в предводителях у них воин-дварф из клана известных кузнецов. Наверное, изгнанный. Но почему тогда щит с гербом клана? За меня вступился сидящий за соседним столиком дворянин. Познакомился с ним, пригласил к себе за столик. Поболтали, покушали.

Забавный парень. Третий сын. До совершеннолетия сидел в родительской башне, бастардами улучшал породу крестьян в подвластной отцу деревеньке. В 21 год взял из оружейки, что осталось от братьев, и ушёл. Нет, не в светлую даль, а под начало папашиного знакомого. Два года ходил в отряде. Занимался чем прикажут — от охраны купеческих караванов до рейдов с мытарями по деревням. Потом отряд наняли на войну между двумя баронами. Тут моему новому знакомцу и попёрло! Смог раздобыть нормальный доспех — приличную бригантину. С кого-то снял открытый стальной шлем, с кого-то добыл полуторную рыцарскую секиру. Хотя взятую из дома рапиру оставил, частично на память, частично для ношения без доспехов. От убитого начальника ему достался неплохой боевой конь, не дестриэ, конечно, но очень, очень хорош. Вскоре после смерти командира бароны замирились, и служба закончилась. Сейчас ищет заработка, а раз войны в округе нет, подумывает пойти в приключенцы.