Николай Дронт – Тихое баронство (страница 53)
На прошлом заседании рассмотрели и приняли решение ровно по десяти мелким, не особо важным, но давно висевшим делам. Сегодня предполагали разобрать не меньше.
Представитель Дворянского собрания открыл прения вопросом об утверждении завещания графа дю Гоуи. Оно давно лежит, но наследник, барон Тихий, а ныне уже и граф Везен, попал в опалу. Сейчас опала снята, но графство Везен как-то…
– Граф Везен? – поинтересовался его преосвященство. – И он же барон Тихий? Пока не имел возможности узнать его лично, но много о нем слышал. Он очень, очень достойный прихожанин. Церковь голосует за утверждение.
– Тихий? Как же, как же! Он на стрельбы привез такие… э-э… В общем, хорошо проявил себя на маневрах. Всякие застольные забавы придумывает. Шалун, конечно. Вы слышали, господа? Вторую прислужницу себе из гарема выписал! Правильно говорил про него покойный государь – гадкий мальчишка! Эх, вот я в его годы тоже… Мой голос за утверждение.
– От Гильдии я голосую за утверждение.
– Господа, а какой прекрасный порядок в его крепости! Мой голос – за.
– Как придворный, не могу не согласиться – барон Тихий справится с любой службой и графство ему пристало. Я за утверждение.
– А его кремы? О них забыли? Их и старый государь жаловал. Так ведь его величество всегда зрел в корень. Тихий получил пять высших орденов от разных государей! Каково! Я за утверждение. Первое – барон Тихий, пусть он сейчас и граф Везен, человек достойный. Второе – если сейчас не утвердим завещание, ладно Тихого обидим, невелика птица, перетерпит. Мы зароемся в массе других желающих стать наследниками. Из вопроса, решаемого одной подписью, вырастим проблему, которую будем со скандалами обсуждать не один год. Каждый начнет тянуть своего кандидата, мы все между собой переругаемся. Третье – шестеро из одиннадцати членов Совета высказались за утверждение. Большинство есть. Ваше сиятельство, думаю, надо подписывать.
– Пожалуй, соглашусь. Я должна сказать, что согласна с предыдущими оценками. Не будем терять времени, у нас еще много других вопросов.
Глава 8
Бегство как начало пути
Иония, домашняя ювелирша, с огромным старанием сделала пушинку по моему заказу. Серебряная проволочка, в конце раскрывающаяся на шесть других, более коротких. В месте расхождения крохотная розетка, которая держит меленький бриллиантик. На концах коротких волосков крепятся еще более мелкие камешки, почти как крошки хлеба. Бриллианты мелкие, но очень чистые.
Дальше мое дело. На столе лежит серебряная проволока, сорок меленьких бриллиантиков, двести сорок крошечных. Их отобрала Иония из того кожаного мешочка, который я изъял у мятежного герцога. Чуть в стороне пристроен образец – готовая пушинка. Я творю свое заклинание. Пятый круг, школа Трансмутации – копирование. Несколько мгновений и материалы исчезли. Вместо них лежат сорок совершенно одинаковых пушинок, точных копий оригинала.
Уже красиво, но сюда будут добавлены стебель, лист, корзинка из золота и тогда эти пушинки соберутся в единый одуванчик.
Иония поражена заклинанием и полученным результатом. Не понимает, глупая, что основная заслуга ее, она же сделала исходную пушинку. Теперь ей собирать бутон, делать стебель и листок. Работы осталось довольно много, но я уверен, что девушка справится.
Если подарить такой цветок любительнице растений, думаю, она будет рада. Хотя признаю, такой подарок довольно обязывающий. Но не обручальное кольцо же! И не брачный браслет.
Влюбился, что ли, я в Шарлотту? Во всяком случае, жениться на милой красавице весьма не против. Она волшебница, судя по папе архимагу, из сильного рода. У нас с ней могут родиться детишки тоже волшебники. Ей уж точно не потребуется ритуал, ограничивающий силу младенчиков. Можно завести мальчика и девочку…
Хм… Куда-то не туда меня занесло. Мальчики, девочки! Мне хотя бы с ее родителями познакомиться.
Прихожу на службу. Только сажусь в кресло, как мне приносят записку от ее светлости Силестрии. Она кратко и даже суховато пишет, что Регентский Совет под ее председательством дал рекомендацию ее величеству утвердить завещание графа дю Гоуи. По сему случаю я должен готовиться к вызову к королеве-регентше. Все. Только констатация факта и рекомендация. Никаких намеков типа «должен будешь» или объяснений «это
Чуть позже принесли записку из Дворянского собрания с извещением, что завещание графа дю Гоуи одобрено. Вот тут с намеком – дескать, мы постарались, мы молодцы. И заодно предложили мне подготовить пакет документов об истории и обычаях графов дю Гоуи.
Это понятно – денег хотят. Честно говоря, мелковато для такого собрания. Денег, конечно, дам, но послевкусие осталось неприятное – зачем клянчить, если я и так обещал?
Затем доставили пакет из Геральдического комитета. Тоже с уведомлением, но без каких-либо намеков. Зато с подробным разъяснением, как мне теперь титуловаться. Оказывается, графство Везен древнее графства Гоуи, а потому всегда идет в титуловании первым, оно же отходит моему наследнику. Если будет на то моя воля и, конечно, если боги наградят меня вторым сыном, ему может отойти второе графство. Третий сын, буде такой у меня родится, имеет право на баронский титул. Дочери могут наследовать титулы и земли только при несчастливом стечении обстоятельств, а именно при отсутствии у меня сыновей.
Заканчивалось письмо настоятельной рекомендацией как можно скорее начать заниматься поисками достойной супруги. Комитет встанет на мою сторону в случае подачи ходатайства о женитьбе ранее двадцати трех лет.
Что показательно, Стерха, в свете наследования земель, даже не упомянули. Прозрачный намек на то, что сын конкубины и титул понятия несовместимые. Наверное, пробить можно попробовать, но получить одновременное одобрение короля, Геральдического комитета и Дворянского собрания будет крайне сложно. Особенно с учетом единогласия принятия таких решений и комитетом, и собранием.
Последним пришел важный дворцовый служитель и сообщил мне о необходимости прибыть в личный кабинет регентши в два часа дня. Там будет решаться вопрос о признании меня графом дю Гоуи. Но до того, прямо сейчас, государыня призывает меня к себе в салон для приватного разговора, касающегося того же вопроса.
Конечно, я сразу собрался и рванул. Если тебя зовет королева, надо поспешать.
Кроме ее величества, в салоне сидела и ее светлость. Разговор ожидался серьезный.
– Стах, – спросила Мариана, – ты уже слышал, что Регентский Совет подготовил мне рекомендацию утвердить завещание графа дю Гоуи?
– Так точно, ваше величество.
– Оно тебе очень нужно?
– Не могу знать, ваше величество.
– Значит, не очень, – вступила в разговор Силестрия. – Ты верен королевской семье, поэтому графство не получишь. Сейчас, по крайней мере. Без обид. Почему? Сейчас объясню. Многие считают, что утверждающая подпись регентши на решении Регентского Совета простая формальность. Ее величество на твоем примере хочет показать, что далеко не всегда следует рекомендациям Совета. Кое-кто должен принять ее самостоятельность и независимость. Безопаснее всего это показать на каком-нибудь мелком, малозначительном примере. Извини, но ты такой и есть. Твое возвышение до графа дю Гоуи ни на что не влияет.
– Понимаю, ваша светлость.
– Обижен? – поинтересовалась королева.
– Нет, ваше величество. Это политика.
– Похоже, действительно не обижен, хотя пока мало что понимаешь. Обещаю, до конца следующего года ты станешь графом дю Гоуи. Как убедился, свои обещания я выполняю. Чтобы подсластить тебе горькую пилюлю, а заодно и притушить недовольство моим решением в салонах, могу выполнить любое твое желание – чин, поместье, должность… Нет? Это все еще тебя не интересует? Не отвечай, вижу отсутствие интереса. Тогда за мной будет. Когда что-то захочешь, просто приди и попроси. В два часа будь у меня в кабинете. Когда услышишь мое решение, хотя бы из приличия изобрази скорбь.
– Так точно, ваше величество.
– Стах, – вкрадчиво начала Силестрия, – кое-кто может тебя счесть обиженным больше, чем ты себя сам. Начнет жалеть, обещать помощь. Не прогоняй его, сообщи лучше нам.
В два часа дня опять в кабинете королевы, а также регентши, что сейчас особо актуально, было объявлено об откладывании решения по моему вопросу по причине обдумывания. Ситуация не столь проста и требует тщательного анализа. Именно по сей причине государыня не отказывается принять рекомендацию Совета, но хочет еще раз рассмотреть все аргументы за и против.
На мне скрестились сочувственные взоры присутствующих. Выходя из кабинета, слышал шепотки: «Осадить графа решила!», а от некоторых более осведомленных или просто более умных слышалось: «Регентский Совет на место ставит. Граф – королевский цепной пес, ему другую сахарную косточку кинут, а свою независимость регентша всем покажет».
Как мне и было велено, постарался выказать на лице вселенскую тоску, но совсем не уверен, что мне удалось обмануть уж слишком многих придворных.
Вечером ее светлость позвала меня к себе в Желтый дворец. Официально – обсудить финальный протокол, но мне как-то в это не верилось.