Николай Дронт – Тихое баронство (страница 36)
Паровой метатель тоже разогревали почти час. Оба других орудия давно отстрелялись, а эти только начали. Не поверите – начало ужина из-за них задержали!
Мне за столом сделали массу комплиментов. И разные виды мяса для длительного хранения, и деревенские разносолы, а особенно наливочки с ликерчиками всем весьма понравились. Железняка тоже пригласили, но смотрели на него странно – ладно уж простолюдин, но для проверки его орудий стрельбы организовали, а он хоть бы какую бутылочку выставил.
На следующий день государь не приехал. И хорошо, что не приехал. Бомбомет не выстрелил – ночью дождь был, порох влагу впитал. От отчаяния вызвали волшебника, тот пытался просушить, но хоть и двойной заряд забили, получили дымный пшик с выкатыванием снаряда из ствола.
Паровое орудие после разогрева отстрелялось нормально, но локомобиль не смог его вывезти на исходную площадку. Вчера сам же дорогу разбил, еще дождь прошел, механика застряла напрочь. Говорю же – позорище. Что король бы сказал? Ничего хорошего.
Магические метатели отработали штатно – отстрелялись, свернулись, уехали. Да! Дорога раскисла, но битюги привычные, лафеты крепкие, повозки армейские. Все получилось как положено.
Одним словом, итоги решили не подводить – все ясно без обсуждения. Генералы подписали результаты, затем на банкете под закуску с вином поговорили об армейских потребностях и нуждах, потом разъехались.
В один не очень прекрасный день приносят письмо от Налора. Новость препоганая – наш корабль на морском дне, а бывший шурин пропал без вести, наверное, утонул. Налор просит приехать к Микаэле.
Приехал, поговорили. Произошел, в общем-то, обычный шторм. Сильный, но ничего уж слишком такого необычного. Корабли потеряли друг друга, но после окончания непогоды должны были собраться в порту. Когда собрались, недосчитались трех судов. В течение недели подошли два. Вот тогда и стало известно, что отставших отнесло на рифы. Их побило о камни, но они смогли остаться на плаву. Третье судно, которое наше, вынесло прямо на скалу.
Как только шторм стих, с двух побитых кораблей спустили шлюпки, но от судна уже остались одни обломки. Из живых спасли только корабельного волшебника с помощником, тот успел сотворить заклинание Убежища.
В прибое, на камнях у скалы видели несколько мертвых тел, но с расстояния определить, кто именно, не смогли, а подплывать ближе не решились, уж больно опасно, волна могла разбить шлюпки о камни.
Тесть бросился в храм, сделал пожертвование, жрецы провели ритуал и поведали, что в списке живых шурин не значится. Увещевали, успокаивали, говорили, мол, все там будем, но больше ничем помочь не могли.
Налор все еще продолжает надеяться на чудо, а потому и обратился ко мне. Он знает, что жрецы могут общаться со свежим трупом, но слышал – волшебники умеют вызвать дух мертвого и поговорить с ним.
Некромантия. Не сказать, что уж очень злая, но совершенно не одобряемая церковью, да и простыми людьми. Объясняю Налору, что я больше по целительству, с некромантией никаких дел не имею… правда-правда!
Однако просветил, что есть некое баронство, где правят Мостовые, так там вся семья некроманты. Если что-то такое с покойниками надо сделать, то пожалуйте к ним, а я нет, ни синь пороху знаний по связям с миром мертвых не имею. Посочувствовал Налору, утешил Микаэлу, подержал сыночка, оставил рекомендательное письмо Мостовым и уехал к себе домой.
Соврал, конечно. Мог бы попробовать вызвать дух. Но тот мог бы не захотеть явиться, да и о чем ему говорить с живыми? Зато после что удачного, что неудачного разговора с покойником слава про меня пошла бы соответствующая. До самой смерти бы не отмылся.
О Мостовых, кому надо, давно все известно, они и не скрываются. Заклинание не очень сложное, Круг третий или четвертый, а у баронства доходов от земли нет, зарабатывают волшебством.
Дома свои дела есть, закрутился, честно говоря, про погибшего шурина и разбитый корабль не вспоминал. Дня через три приехал Налор. Выглядит плохо – чуть прибавилось седых волос в шевелюре, сильно осунулся, но хоть немного успокоился. Поговорил с духом сына. Что, о чем и как, бывший тесть не рассказывал, но Мостовые помогли.
Приехал он по другому поводу. Я же в рейс немалые деньги вложил, сто тысяч талеров, а судно разбилось о скалы, груза нет, денег тоже. Про шурина и экипаж понятно, только двое выжили. Вопрос в том, что я про эти деньги думаю? Пожимаю плечами, понятно же: нет корабля – нет талеров. Жалко, но что поделаешь. Да, в общем, с двух прошлых рейсов заработали много. Тогда купец сказал:
– Стах, коли вы по чести, то и я тоже по-честному.
Выкладывает карту с пометками и поясняет:
– Здесь ближайший порт. Здесь погиб наш корабль. Если нанять сильного водного волшебника, можно попробовать поднять груз.
– Налор, конечно, я не моряк, но уверен, что груз затонул. Что-то прибило к берегу, но разбило о камни. Однако товар точно попорчен водой. Зачем его поднимать?
– Кое-что хранилось в зачарованной таре. Кое-что не боится воды. Если поднимем, хорошо заработаем.
– Я очень сомневаюсь в целесообразности этого. Сколько должен стоить груз, чтобы за ним посылать спасательную экспедицию?
– Сколько? Я об этом и спрашивал покойного сына. Получил ответ – три-четыре миллиона.
– Чего-то в этой жизни я не понимаю. Налор, что за товар такой? Я уже понял, контрабанда, Но три-четыре миллиона?!
– Стах! Из последнего рейса, причем с гарантией без пошлин, я решил выжать максимум возможного и по-крупному рискнуть.
– Так что за товар? Рабы столько не стоят. Наркотики? Их в аптеке продают. Какая-нибудь магия? Или реагенты?
– Камни. Местные приносят необработанные алмазы и изумруды. Полудрагоценные камни тоже, но те совсем дешевы. Носят не всем – коронным чиновникам боятся. Они могут отобрать, высечь и потребовать показать место, откуда взял. Мой знакомец там двадцать лет факторию держит. Местные его знают, верят, потому и несут. Мне он сменял принесенные камни на предметы роскоши. Те у них редки.
– Есть подвох?
– Подвох всегда есть – за ввоз драгоценных камней пошлины зверские. Хорошо коли треть тебе оставят. Конечно, лучшие камни казне отойдут.
– Понятно. А я зачем нужен? Найти волшебника-водника?
– Чего его искать? В порту таких много. Воздушник спасся, водника найму. Однако хорошо бы им знать, что на моей стороне Стах Тихий.
– Я что, такой страшный?
– Нет! Что вы! Но если даже хвастать не стану, но обмолвлюсь словечком, что мой внук признан сыном самого Тихого Ужаса, да намекну, что мой бывший зять знает о спасательной экспедиции, то люди о нехорошем сами думать не станут.
– Вон оно как!
– Именно так. Врать не буду – ваша свадьба с Мимикой давно все затраты отбила. А ваше присутствие в семье, кроме почета, дало еще доход с большими процентами. Деньги само собой, так и в храме мы из-за вашего камня спаслись. Но я всегда был честен, вашу долю вам исправно вносил.
– А что же тогда Микаэла от меня ушла?
– Почему ушла, она вам сказала. А я не остановил – семье своего сыночка вы ничего плохого не сделаете. Все честно, как на духу вам говорю.
Да… Честно-то оно честно, но, знаете, как-то противно мне от такого подхода стало. Оказывается, он моим именем свои делишки прикрывал. Похоже, кроме контрабанды еще что-то было. Да собственно, и заявил почти прямо, дескать, и дальше мною козырять собирается. Что-то против него затевать? Действительно это на моем сыночке Стерхе может как-то нехорошо отразиться. Сволочь Налор.
Хотя по-своему, по-купечески, он вполне честен – за рейсы в колонии положил мне процент, соответствующий моему вкладу, отдавал соответственно ему прибыль. Да и за другие дела, про которые я не в курсе, тоже отдарился, найдя благовидные предлоги. За рождение сына – сто тысяч дукатов, при разделе имущества между родней еще миллион талеров привез. Вот тут и думай, как жить дальше. Особенно с учетом спасательного рейса к разбитому судну. Может, не найдет он камней?
Времени с моего прошлого визита во дворец прошло достаточно. С государем у мадам Розы я встречался несколько раз, но отношение ко мне особо не изменилось. Похоже, он не знал о налете на комнату с темным фолиантом. Не спросил ничего, даже не намекнул. Что-то мне кажется, кто-то другой поддерживал там порядок, не ставя в известность хозяина дворца. Чем больше времени прошло, тем больше хочется вернуться и посмотреть на результат действия бутылочки.
На следующий день барон Скальный вновь появился в столице. Вышел из дома, отблагодарил городового и прошелся по лавочкам. Купил кое-какой еды длительного хранения – сухарей, солонины, чая, сахара, чуток прессованных орехов с сухофруктами. У меня действительно запасы кончились, но заодно хотел разузнать, какие слухи местные жители промеж себя сейчас обсуждают. Даже расспрашивать не пришлось, сами рассказали.
Поболтать с покупателем, тем более с бароном, любой лавочник хочет. Городовой тоже, но ничего особенного я не услышал. Местечковые сплетни – кто с кем, в каком доме есть невеста и с каким приданым. Видимо, считали, что это больше всего интересно юноше. Мною интересовались: одна дочка купца второй гильдии, все жениха выбрать не может, гонору больно много, другая из семьи портовых мастеровых, вся из себя прогрессивная, на курсы учителек ходит, собирается простой народ учить. Чему его учить? Замуж выйдет, про все науки разом позабудет!