Николай Дронт – Отставник (страница 47)
У себя в кабинете я занялся подарком. В шкатулке оказался прекрасно ограненный рубин размером с фалангу большого пальца. Такой не пойдет на подарки, его я отложу в заначку к редким и дорогим реагентам для заклинаний. Там у меня уже припрятаны черные жемчужины, пузырек с пыльцой фей и кое-какие камни. Немного, но я же только начал собирать.
После обеда пришел вызов к государю. Велено принести герцогскую печать Зеленоземья. В государевом кабинете сидели Торан и незнакомец в офицерской форме гвардейского полка Эдмунда, причем, судя по знакам различия, генерал. У них там форма не такая пышная, как у нас. Опять же, генералов всего ничего. Вот они и носят офицерские мундиры, лишь чуть отличающиеся количеством шитья.
– А! Пришел? Заходи, сейчас мы с тобой обижаться будем, – сообщил мне король.
– Ваше величество! – воскликнул генерал. – Вы не так поняли…
– Я все так, как надо, понимаю. Не стой, Стах. Присаживайся к столу. По всем направлениям на нас с тобой Эдмунд наседает. Прислал человека, который хочет снять тебя с представительства Зеленоземья.
– Ваше величество! Как опытный дипломат я заменяю, право слово, достойного, но юного…
– Лаурка подписала указ о твоей отставке, не посоветовавшись с отцом, не спросив твоего мнения. Ты, дружок, печать принес?
– Так точно, ваша милость.
Это я специально сказал. «Ваша милость» против «вашего величества» подчеркивает мою близость к государю.
– Тогда утверждай указ.
После того как я приложил печать и оттиск заблестел магическим светом, король сказал:
– Ты, Стахушка, не спускай ей, она второй раз тебя со службой прокатывает. Чтобы более такого умаления не случалось, возьми-ка ты перо в руки.
Повинуюсь и приношу с конторки перо, чернильницу и лист бумаги. Генерал смотрит настороженно, предчувствует не самые лучшие последствия. Государь продолжает:
– Вот прямо сейчас велю написать письмо сюзерену с просьбой забрать хранимую тобой казну и в будущем службой тебя более не обременять. Надо бы сразу, после первого абцуга так сделать, но тут я промахнулся – не ожидал, что дочка своих преданнейших вассалов столь унижать начнет.
– Ваше величество! Это не…
– Тут я сам разберусь, без посторонних. Пиши, Стах!
Лагоз лично продиктовал мне верноподданнейшее письмо, после прочтения которого любой бы понял, что я крайне обижен и возмущен. Сам бы я так не решился написать, но Лауре явно передадут все подробности. Тут в разговор вступил доселе молчавший Торан:
– Стах, представительство в твоем же доме находится?
– Так точно, ваше королевское высочество.
– Дорого ли за аренду просишь?
– Ваше королевское высочество, мне платят сорок девять дукатов в год.
– Не слишком много. А что, достойные служащие в штате имеются?
– Так точно, ваше королевское высочество. Особо хочу отметить кабинетного секретаря Эниема, дворянина, и коллежского секретаря Евлампия. Тот из простолюдинов.
– Ладно. Сегодня у нас четверг? Пусть до понедельника все дела упакуют и передадут новому представителю. А на следующей неделе представительство моего герцогства там открою. Тех двоих беру чином выше, потому пусть постараются сделать, как оно положено. Впрочем, домишко я у тебя выкуплю. Ты не против?
Скажем так, быть против я просто не мог. Да и торговаться с братом короля не стал. Тогда нас сразу же выпихнули в контору начинать передавать дела. Поехали в моей карете, генерал выездом пока не обзавелся.
Спутника мне не представили, да и сам он замкнулся в угрюмом молчании. Судя по всему, к такому повороту дел новый представитель Зеленоземья не был готов. Видимо, начальный расчет строился на замене меня одного, а не всего штата, да еще и с необходимостью где-то размещаться. Видать, отец на Лауру сильно обиделся. Я не очень. Единственно жаль, что так и не узнал, чем занимается контора, которой руководил. Впрочем, пусть. Обойдусь без столь сакральных знаний.
Служащие задачу поняли сразу. Евлампий чуть не прыгал от радости, в свете обещанного чина. Энием со значением поблагодарил. Еще не истраченные конторские деньги я приказал израсходовать на оплату сверхурочных работ, а остаток вернуть в кассу министерства. Если хоть что-то понимаю в этой жизни, остатка не будет. Организовав передачу дел, вернулся во дворец.
Его величество вновь призвал меня:
– Ты, Стахушка, не сильно обижайся на дочку. Она свои отношения с мужем выстраивает. Пока ему поддается, но скоро взбрыкнет. Мне Фина доложила, что в понедельник при твоей крепости портал откроют. Поезжай туда. Думаю, совсем скоро Лаура в башне объявится. Не одна, с мужем, понятно. Тебя захотят успокоить и казну забрать. Его гонцы многих успели против себя настроить. Они даже меня обидели, к моим людям прислали ревизоров. Хотят проверить, сколько присланное Эдмунду продовольствие в действительности стоит. Теперь пускай сами закупают. Им провиант на треть дороже встанет, я же разницу приплачивать больше не буду. Пусть обострят дела до крайности, а там сами придут, в ножки поклонятся, станут помощи просить. Может, тогда дочка поймет, как хорошо ей жилось у батюшки.
– Так точно, ваша милость.
– И с подарками Лаурке повремени. Воспитывать ее будем. Посмотрим, как она на мужа начнет глядеть, когда у них контры начнутся. А за дела в твоем баронстве хвалю. Все Зеленоземье тебя славит. Полк полным составом завидует твоему гарнизону. С мундирами ты ловко придумал. Население в герцогстве против Лаурки не настроено, ее даже жалеют, считают виновником мужа. Полководец он хороший, а вот дипломат плохой, хочет получить все и сразу. На все потребности денег от налогов не хватает, в долг ему долго никто не даст, так он может захотеть выжать более положенного из земель жены. Тогда бунт полыхнет.
– Ваша милость…
– Полыхнет-полыхнет. Задавить его не удастся – полк за герцогом не пойдет, а против иноземцев сам воевать станет. Вот тогда твоя партия начнется. Уже понял какая?
– Никак нет, ваша милость.
– Миротворцем станешь. Обе стороны к тебе придут. Помиришь их на том, что все налоги останутся старыми и положенная доля отходит к герцогине. Но для гарантии ранее дарованных свобод герцогства, подчиняться оно будет напрямую короне, а не через великое герцогство. Государство-то у нас теперь единое.
– А…
– А если муж герцогини тому противиться станет, два-три хаорских полка за порядком в Зеленоземье следить станут, а налоги начнут плохо собираться. Тут Эдмунд поймет, что тощая лягушка лучше толстого таракана, и пойдет на попятную. Даже жаловаться не сможет – сам всех против себя настроил. Там, глядишь, и ты с Лауркой помиришься. Пока молчи о плане. Пусть сами поглубже в болото влезут. Да! Еще велю – герцогскую печать не отдавай ни под каким предлогом. Говори – в столице хранишь.
Приказ есть приказ. Вновь уезжаю в башню, с публичным советом короля без зелья для роста волос не возвращаться. Уже перед выходом из дворца случайно узнаю – некоего графа Норара убили в портовом кабаке, в пьяной драке. Не то что именно его хотели, просто кто-то бутылкой в сердцах приложил. Виновник был пьян до одурения, ничего не помнит. Его, конечно, повесят за смертоубийство, но, по чести сказать, не дело графам по всяким злачным местам шататься. А если совсем тихо говорить, то Норар просил у его величества главенства над Службой Охраны короны. Хоть он вечно все вынюхивал и лично докладывал, но охранителем не был, тем и козырял – дескать, я не замаранный, со стороны, из-за беспристрастности буду лучшей кандидатурой. Может, за то и пострадал, кто знает.
Интересно, Лагоз так решил показать, что кроме меня у него есть и другие методы решения проблем? Или охранители убрали конкурента? А может, все же случайность? Что-то в последнее я верю меньше всего.
Сварить зелье для роста волос дело одного дня, но дел у меня поднакопилось. Раз дали немного свободного времени, стоит разобраться с наследством Бертиоса, подаренными книгами, а если останется время, то и с наследством, доставшимся от древней родственницы. В понедельник надо устроить банкет в честь открытия портала. Дело сделано благое и великое. Очень может быть, что и Лаура тогда нас посетит, возможно, даже с супругом. Повод-то даже для герцогства весомый, так что не за деньгами они придут. Хотя и их возьмут. Так, заодно. Покажут, по случаю они прибыли, не за презренным металлом.
В башне меня ждала посылка. Милая девочка, Лидия Мостовая, прислала подушку-думку, изящно вышитую плоской гладью. Рисунок изображал черную розу, лежащую на множестве веток с колючками. Кое-где на колючках видна засохшая кровь. Общий фон от темно-серого до темно-зеленого, с вкраплениями багрового и блестящим черным цветком в центре. Вышито с применением магии, иначе работа не уложилась бы в такой короткий срок. Натюрморт великолепен. Подбор цветов, перспектива, тени – все на высоте. У девушки явный талант.
Из приложенного письма узнаю, что подушка зачарована. Заклинание Спокойный Сон отгоняет ночные кошмары, успокаивает мысли и слегка убаюкивает. Заклятие скорее женское, уютное, домашнее. Проверить подушку, конечно, надо, не доверяю я незнакомым волшебникам, но думаю, все будет в порядке. Приятно получить такой подарок, надо подумать, чем могу отдариться. Может, кремами?
Сказано – сделано. Пишу ответное письмо, прикладываю полдюжины лавандового и три банки жемчужного крема в моих фирменных склянках, приказываю Балегу отослать Мостовым.