Николай Чергинец – Следствие продолжается. Финал Краба (страница 41)

Ветров предъявил хозяину ордер на обыск, попросил Мейжаниса пригласить понятых. Осматривая сарай во дворе, майор надеялся найти хотя бы маленькую зацепку, которая могла привести к истине. У него даже мелькнула мысль, не разобрал ли Станкявичус машину на части.

Прошел час, второй. Ветров и помогавший ему Мейжанис облазили каждый метр огромного сарая, перерывая сено, перекладывая с места на место хозяйственные принадлежности. Ничего. Перешли во второй сарай. Он был больше первого, но внутри все было так же, как и в первом. Вдоль дальней стены до самого потолка наложено сено. Слева, у короткой стены, тоже пахучее сено, но его гораздо меньше.

Понятые, несколько смущенные тем, что им приходится присутствовать при такой неприятной процедуре у своего односельчанина, остались стоять у двери. Ветров взял двухметровый шест, проткнул сено. Почувствовал, как шест уперся во что-то плотное. Вскрыли – куча песка.

– Зачем вам песок в сарае? – удивился майор.

– Зимой пригодится. Тропинку посыпать у крыльца, у колодца. Вот и запасаемся, – спокойно ответил хозяин.

Майор продолжал осмотр. Но если раньше он шестом протыкал сено на уровне полутора метров и выше, то теперь становился на колени и у самого земляного пола метр за метром проверял стог. И снова шест уперся во что-то твердое. Игорь Николаевич кивнул Мейжанису головой. Когда разобрали сено, перед ошарашенными понятыми появилась «Волга». Она стояла в яме, прикрытая сверху сеном.

– Что же вы машину, как в могиле, прячете?

Станкявичус, опустив голову, молчал. Пока Ветров оформлял протокол обыска, Мейжанис сбегал к председателю колхоза и возвратился на тракторе «Беларусь». Вскоре машина была извлечена из ямы и вытащена из сарая.

Станкявичус, стыдливо пряча глаза, показал письмо Логацкого.

– А паспорт вам он прислал?

– Да. В этом же конверте.

Ветров взглянул на почтовый штемпель: Москва.

В Москве Логацкого искать нечего

Ветров, доложив Севидову о результатах командировки в Литву, заглянул к Савичу. После взаимных приветствий попросил:

– Володя, дай мне, пожалуйста, протоколы допросов. Хочу прочитать их.

– Как прочитаешь, принеси. – Савич протянул пухлую папку. – После обеда у меня четыре допроса.

Не успел Ветров просмотреть и десяток листов дела, как зашел Севидов.

– Телеграмма из Москвы. Прочтите.

Игорь Николаевич взял в руки бумагу.

«Произведенной проверкой установлено, что гражданин Станкявичус действительно прибыл в Москву самолетом из Таллина. Местонахождение его в настоящее время неизвестно. Розыск Логацкого продолжаем».

– Возвращая паспорт, Логацкий правильно рассчитал, что Станкявичус начнет колебаться. А это – еще несколько дней отсрочки. Конечно, искать сейчас Логацкого в Москве бесполезно. Он давно уже где-то далеко. Вся надежда на Майского, – рассуждал Севидов.

– Как он там?

– Нормально. Сегодня вечером связь с Тростником.

– Владимир Михайлович, что говорит Исаев?

– А что он скажет? Попал как кур во щи. Что приказывал Логацкий, то и делал.

– Как его здоровье?

– Идет на поправку. Удачно отделался.

– А как ведет себя жена Логацкого?

– Сейчас нормально. Говорит, что поняла все. Кстати, Хоревич взял пистолет во время очередного Люсиного романа.

– Любвеобильная особа, ничего не скажешь, – улыбнулся Ветров. – А родители ее как на все реагируют?

– Гимн милиции готовы петь, но выводов для себя не сделали. Горбатого могила исправит. Как ругались, так и продолжают, обвиняя друг друга во всех грехах. Ладно, знакомьтесь с делом, а я – на селектор.

Ветров продолжал чтение протоколов допроса. Исаев, Станкявичус, Стефанович, жены арестованных, сами преступники – сколько общего в их рассуждениях, взглядах на жизнь.

Откинувшись на спинку стула, Ветров задумался: «Логацкому остается одно: идти на соединение с Карповым и его друзьями. Сидеть здесь и ждать результатов нечего. Надо проситься к Майскому. Там и должно все закончиться…»

– Быстрей бы, – вздохнул Майский. – Надоел мне этот Карпов, ох как надоел! С такой мразью возиться. Сегодня стоим на верхней палубе, а мимо девушка проходит. Он, гад, говорит мне: «Схватить бы ее – и вниз, к машинам поближе, чтоб крика слышно не было, а потом – за борт». – Майский помолчал немного и спросил: – Как в Одессе, еще не нашли мне квартиры?

– Нашли. Я тебя поэтому и позвал. Когда сойдете на берег, подойдешь вместе с ними к любому киоску горсправки и поинтересуешься адресом Алешина Ивана Степановича. Там все подготовлено.

– Алешин наш работник?

– Да, инспектор Одесского уголовного розыска. Будете вместе и доводить дело до конца. Поселили его в небольшом доме на окраине города. Ваша задача уговорить Логацкого поехать к Алешину. Брать их будем там. Место малолюдное. Не страшно даже, если они и попытаются оружие применить. Правда, постараемся не допустить стрельбы. Возьмем тихо. На, познакомься с биографией друга. – Тростник протянул Майскому лист бумаги.

В Одессе

Уже около трех часов они в Одессе. Жара. Майский вместе с Карповым и его дружками подошли к киоску горсправки, выяснили адрес Алешина.

Долго ехали на трамвае, затем шли пешком. У небольшого, аккуратно обнесенного высоким забором домика Майский предложил подождать. Через несколько минут, как и положено давно не видевшим друг друга старым друзьям, в обнимку вышли к калитке. Алешин пригласил всех в дом.

– Приехали вы, хлопцы, вовремя, вчера жену в Чернигов к родителям отправил, так что располагайтесь как дома.

Карпов, довольный, что им так повезло с квартирой, весело ответил:

– Не говори, повезло нам здорово. Но мы ненадолго. Друга одного встретим и уедем.

– Да мне что? Жена почти на полтора месяца уехала, а хаты не жалко, так что можете погостить.

Ветров не ошибся. Вечером Майский сообщил, что вместе с Карповым, Лазаревым и Белькевичем выезжает в Одессу, где предстоит встреча с Логацким.

Утром следующего дня Игорь Николаевич направился к генералу. В кабинете кроме Романова находились Матвеев и Севидов. Увидев входившего Ветрова, все трое громко расхохотались.

– Извините, товарищ генерал, – смутился майор, – я, наверное, не вовремя?

– Входите, входите, Игорь Николаевич. – Вставая из-за стола, Романов протянул руку. – Мы только что о вас говорили и пришли к мнению, что придете проситься в Одессу. Правильно мы предсказали?

– Правильно, Виктор Алексеевич.

Генерал долгим и внимательным взглядом посмотрел на него:

– Собирайтесь. Даем вам в помощь трех человек. Билеты будут заказаны. Полетите ближайшим самолетом. Я свяжусь с Одессой и попрошу оказать вашей группе необходимую помощь.

На борту теплохода

Майский еще в Ялте попросил Тростника подготовить в Одессе человека на роль знакомого. Он очень хотел, чтобы контроль за группой был неусыпным.

Теплоход приближался к Одессе. К Майскому, который находился на палубе без своих «друзей», подошел Тростник.

– Иди за мной.

Спустились вниз, потом долго шли по узким коридорам. Наконец Тростник остановился, оглянулся и открыл дверь каюты. Майский увидел Борисенко и Корнеева.

– Что, пришел с повинной? – шутя спросил Тростник.

– Так точно, товарищ майор. Только в чем мне повиниться, а то совершил столько, что и сам не помню.

– Как чувствуют себя твои разбойники?

– Спасибо, хуже не придумаешь.

– Это почему же?

– Некому морду набить, да и спереть нечего.

– Ничего, недолго им осталось «мучиться». Скоро поможем.

В этот вечер после хмельного застолья никто никуда не ходил.

Последний инструктаж