Николай Бойков – Залив белого призрака (страница 33)
— А жить в этой империи как? — попробовал возразить градо-фантаст.
— Что — как?
— Канализации нет, газа нет, света нет…
— Империя есть. А отдельные трудности сегодня не в счёт.
— Дом строится для…
— Это дедушки строили Дом, как Петр Первый строил Санкт-Петербург, — топором в Европу и на века. До сих пор крыши не текут и водопровод работает. А кричали: Меншиков — вор! Меншиков — вор! Беда! Умел воровать, но и строить умел, подлец. Не чета нынешним. Для начала, меняем слова: называться будет не «дом», а «объект». Не для прихожан, как храм церковный, а типа вип-клад-бища для людей с капиталом: люди приходят-уходят, а прибыль — нам. Доход — вечный: землица, цветница, гробница, молиться… Богу — богово, Кесарю — кесарево.
Лампочки электрические упраздним, окольцуем энергией ионосферу — пусть светится! Солнце — сунем в океан, как кипятильник в ведро.
— Как?
— Фигурально. Поймаем зеркалами и сфокусируем на задаче — пусть кипит океанское варево!
— А деньги где взять?
— На Проект века всегда найдутся государственные резервы. Не хватит у нас — обратимся в ООН. Потому, что кому-то нужны проценты, откаты, проплаты. «Послушайте! Ведь, если звёзды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно?» Поэзия! Маяковский! Поэт, а идея правильная: за звёзды надо брать деньги. — Рассмеялся. — Можем построить объект, а объект поместить в Пространство! На Марс! На Луну-у! Ооткроем отечественное Мар-сианство. Космонавтам туалет не нужен — у них полная самоочистка. Считайте, господа, себя космонавтами: пейте выпитое, ешьте съеденное. Всемирные войны и Хиросима — в прошлом, сегодня вас увлекаем планами: лететь к потухшим светилам, разморозить мозг гения. Вколоть вам кубик адреналина? Аборигены и евроскептики — в очередь! Галактика ждёт вас! Оставьте квартиры, сортиры и яхты с бульдогами. Найдите, что у вас есть на продажу, и у вас — купят! Без труб и дорог? Зато дёшево и с землей. Хотите лететь на Марс — продайте квартиру и угол в сортире! Город — территория государства? А право на продажу — это, извините, моя территория! Закон частной собственности защищен историей, пролоббирован думскими фракциями. Суд развалили европейскими санкциями, но право продажи незыблемо, как право восточной ночи! Ух, могучее слово — право! «Эх, тачанка-ростов-чан-ка! Наша гордость и краса…». Купят! — неожиданно перешёл на частушки: «Две Луны в утиль снесут пионеры драные, закатают под асфальт небо утра раннего…» Индустрий! Держи меня! Опять гены пионера во мне бродят, наружу рвутся. — Глаза его лезут из орбит, он закрывает лицо ладонями, продолжая шептать чужое и давнее: «Продадут, продадут — банки денежки дадут! Раз — дадут и два — дадут! Бизнес-план опять раздут! Ох-ух, ух-ут! Хорошо живётся тут!.. Э-эх, здорово!» — Снова обрёл голос, будто сам Маяковский на площади: «Купил — построил! Построил — продал! Гудят электрические провода! Шины машинами — беспредел! Реклама крысиная „сы-ро-дел“! Стою над домами, едва дыша — моя продажная продаётся душа! Купи, Индустрий, рассвет у реки — раками пятятся ду-ра-ки…»
— А помнишь, дерево-солнце, брат?
— Оно тебе до сих пор дорого, Индустрий Львович?
— Мне — дорого. Приросло.
— Так и мы с тобой приросли, как братья. «Ты — начальник, я — дурак…» Тьфу, прилипло. Где теперь твоё дерево в небо, Индустрий? Своего муравья помнишь, волшебник? Теперь то дерево — дрова.
— На дворе трава, на траве дрова…
— Что там у тебя в голове, фантазёр? Детство? Продай его, купят!
— Нет. Детство — это моё… Я вернусь к нему, может быть.
— Опять сомневаешься, Дуся? Делай, как я! Дед мой жил, чтобы строить: Днепрогэс, Волго-дон, метро. А моё дело — продать! Землю, море, завод с винтиками. Всё, что можно продать! Безбожно? Возможно…
— Разве небо и море — можно?
— Можно, Дусенька. — Декламирует. — Думай, придумай, продумай — продай! Новое дело рекламой верстай! Кладбища будут на Марсе-планете! Старички полетят в катафалке-ракете! А если бюджет у Проекта дырочный — нас государство финансами выручит. — Облегченно вздохнул. — Фу! Точно. Придумал. Государству деваться куда. Задача у него какая? Ему свою территорию возвращать надо. И небо, и море, и песок на пляже. Я у государства землицу купил, а оно, милое, выкупило… Мне — берег морской продало, а себе — выкупило. Кто с прибылью, понимаешь? — Главный вытер лоб: — Фу-ты, ну-ты, аж, вспотел. Напугал ты меня сомнениями. Государство, Индустрий, такой бронепоезд, который используй пока не поздно! Успей вскочить и выскочить. — Запел лихо, будто в кино: «Наш паровоз вперёд летит…» — Фу, генная чума! Наверное, дедушка с бабушкой запевалами в строю были. Заложили гены песни, и во мне они воскресли… «Наш паровоз вперёд летит!» Песни — это тоже машина времени, Дуся… Гены во мне, как волна революций! Машина времени бьёт по темени!
— А жить когда?
— Крутись! С гражданином не пей, взятку с налогом не путай. Квартиры бесплатно не предлагай. Бездомных много. Отличай, которые нам полезны. Платежеспособны. Населением стать хотят. Паспорт им нужен. Страховка. Виза и пенсия! Население нам не надо — от них грязь и отходы. Город обнести забором! Кирпича на забор не тратить — колючей проволоки распустить, как вокруг Европы, размотать вдоль дороги кольцами. Дураки, ха-ха. Деньги в воздухе. Телекамеры, вертолёты, сторожевые вышки. Дроны над берегом чтобы шуршали, как стрекозы в детстве. Помнишь? — Пропел неожиданно: «А вокруг стены острога все равно течёт дорога… Стены проволок-колю-чёк открывает бабий ключик…». — Вздохнул. — Столько нужно и можно придумать для стирки больших денег, Индустрий! Мечта политика. Полетим мечтать, пока денег плещется река…
— Деньги не стирают, их на станке печатают.
— Не умничай, ладно? Выросли из штанишек. Нам чужого не нужно. Первый закон коммерции: умей делиться. Любишь фантазировать? Фантазируй. Тебе за это и платят. Мне что надо? Офис, компьютер и кофе без меры — моя идиллия миллионера. Деньги не заменят азарта. Интерес — вот козырная карта. В преферанс играл? На мизер шёл? Эх, ты — не поймёшь! Мне даже жена с секретаршей лишние, не-ког-да-а! Вижу, риск и мизер у меня на руках: одна взятка-дырочка, рисковать тянет! Кто не рискует, тот не пьёт с королевой, Дуня! На банке сижу государственном! Бюджет — это космос! А мы в этом космосе, знаешь кто? Звёзды? Нет, дорогой. Мелко мужику на копейках сидеть. Не шурши купюрой, а рискуй фигурой. Все хотят быть звёздными, а я рискну, что б на мизере проскочить! Эх, Индустрий Львович! Дорогой ты мой! Фантазируй быстрее, горим! Завтра всё может кончиться! Всё! Я в Европу лечу… Жди!
Индустрий подумал с грустью: куда бы мне улететь? Бабушка! От меня тоже эхо? Сейчас? Боже мой! Неужели это всё со мной? Где растерялись мои таланты? Зачем? Юбка нужна? Продавцы-покупатели? Мне-то это зачем? Я чем торгую? Мальчик с дерева?.. Дерево, светлое и тёплое, — вот моя территория верная мне до сих пор, а я её бросил… Не продал, не подарил, не передал лучшему — бросил. Почему? Э-эх, бабушка. Ты мне говорила: «Нельзя продавать мечту». А вокруг кричат: «Продавай! Продавай!» А что продавать, если ничего нет у меня более дорогого и ценного, только дерево в небо и Финк? А если ничего не продашь, то ты никому и не нужен. Не востребован. Так сегодня настроена наша машина времени: успел продать что-нибудь и ты в будущем. Фауст продал душу? А у кого она теперь есть? Сколько стоит? Кто купит? Что имеешь — продаёшь, что бесплатно отдаёшь. А кому теперь душа нужна, если на ней и цены-то нет. Разве есть у мечты цена? Нет. Она только мне бесценная. А если я ничего не продал — значит и мне цена половина копейки. А мне самому что нужно? Бабушка! Не получается быть взрослым. Мечту продавать нельзя. Её только защищать можно. Космос внутри меня. Я его сам придумал. Придумал и показал вам. Смотрите, какая звёзда загорелась! Я смог это сделать. Во мне целый мир, будто птенчик в яйце стучит и стучит клювиком. Всё воображаемое мной — яркое, солнечное, большое… Кто там? Птенчики? Черепашки?
Мальчик с собачкой? Муравей с крылышками? Крокодильчик с зубками? Катастрофа? Вдруг — катастрофа? О чём я мечтал? О чём я забыл? Что мне хочется вспомнить? Забыл. Забыл. Помоги, Финк!
Финк торопился ему на помощь:
— Я лечу к тебе…
— АЛЛО, АЛЛО, ФИНК! НЕ ОТВЛЕКАТЬСЯ! — Это мне голос шефа из Космоса. Я Финк, лучший робот Вселенной. Я могу даже влюбиться.
— НЕ ОТВЛЕКАТЬСЯ. ВКЛЮЧАЮ ХРОНОМЕТР. ДО КАТАСТРОФЫ… — сплошной треск —…ВТОРЯЮ ЗАДАНИЕ. ПРЕДУПРЕДИТЬ КАТАСТРОФУ… НЕ БУДУТ ВЕРИТЬ… НЕ ОБЪЯСНЯЙ ВСЕМ… ДВУМ-ТРЕМ… УБЕДИ ИХ. СПАСИ ИХ… Важен голос человека Земли! Это важно… — Звук слабеет. Мешают грозовые разряды. Земля приближается. Теперь она похожа на груду сваленных вместе геометрических моделек: кубики, шарики, пирамидки, коробочки, ленты, линеечки… Одна линейка стала дорогой со шпалами, а другая стремительным поездом. Забавно и беззаботно… — СИ ИХ, СПА…
— Задание понял. Иду на посадку. Конец связи. — «Я спасу тебя, мальчик Индустрий…».
Слышится плеск океана и звуки катера или моторной лодки. Финк едва успел сманеврировать и не ударился о борт. Сразу почувствовал солёную воду океана и услышал крик:
— Человек в море! Право на борт! Наблюдай за ним, парень!
ЧАСТЬ II. ЧУЖАЯ ТЕРРИТОРИЯ