Николай Болошнев – Поезд на Правдинск идет без остановок (страница 48)

– Спасибо большое, что все показали. Пока трудно сказать, я бы сначала немного освоился… Единственное, скажите, а что там, в конце коридора?

Петр указал рукой на металлическую дверь с кодовым замком, на которой бликовал неяркий свет диодных ламп.

– Ой, что это я, балда, о самом главном-то не рассказала! – спохватилась Тамара Павловна. – Это наш лабораторный корпус. Им заведует Глеб Мэлсович Маклаков, он вам обязательно там все покажет и расскажет. Не сегодня, конечно, он уже отдыхает. Вы, кстати, хотите с кем-то познакомиться? Могу позвать народ выпить чаю.

– Нет-нет, что вы, это совершенно лишнее! – замахал руками Петр. – Не будем зазря людей тревожить. К тому же я, признаться, сильно устал за сегодня и уже очень хочу лечь.

– Как скажете, знакомство точно подождет – завтра со всеми повидаетесь. Никто никуда не убежит.

Начальница экспедиции рассмеялась. Петру стало не по себе.

– Тамара… – начал он и с ужасом осознал, что забыл ее отчество.

– Можно просто Тамара, – дружелюбно сказала археолог.

– Спасибо, – сказал Петр с облегчением. – У меня, возможно, несколько глупый вопрос: мы сейчас на каком острове находимся?

– Земля Александры. Он тут единственный обитаемый.

– Остатки австрийской экспедиции нашли же на другом острове, верно? Получается, нам нужно будет туда плыть или лететь?

– Да нет, зачем же… В смысле, можно, конечно, но вас, наверное, интересует в первую очередь яйцо? Оно уже давно здесь, хранится в лаборатории вместе с другими находками.

– Замечательно, это сильно облегчает дело. Тамара, вы не подскажете, могу ли я отсюда позвонить в Москву?

– Здесь связь только экстренная, по спутнику. Очень дорого получается, поэтому стараемся экономить. У вас что-то срочное? – Петр почувствовал, что его собеседница несколько напряглась.

– Да нет, просто думал родителям позвонить. Не горит, – ответил он.

– Может быть, завтра буран рассеется, поймаем спутниковый интернет, тогда звоните сколько угодно. По правде говоря, тут в такую погоду и связь иногда пропадает. Все-таки человек пока в Арктике гость, а не хозяин. Давайте я вам выдам наш сухпаек? Вдруг вы ночью проголодаетесь, чтобы не пришлось на кухне искать.

– Не откажусь, спасибо.

Тамара Павловна сходила на кухню и вернулась с полулитровой бутылкой воды, пакетом сушеных яблок и пачкой печенья «Юбилейное».

– Ну вот, до утра должно хватить, – улыбнулась она. – Где ванная, помните?

– Конечно. Спасибо вам за все.

– Да что вы в самом деле, – смутилась начальница экспедиции. – Тут на островах мы все помогаем друг другу как можем. Хорошо вам отдохнуть.

– Спасибо, и вам. Спокойной ночи.

Петр открыл дверь в свою комнату. Не без труда нащупал слева выключатель. Под потолком загорелась тусклая энергосберегающая лампа. Обстановка в комнате действительно чем-то напоминала каюту, по крайней мере в ней не было ничего лишнего: тщательно заправленная односпальная кровать, шкаф, вешалка, стол со стулом. Маленькое квадратное окно – такие иногда делают в банях – было сплошь залеплено снегом. На столе рядом с настольной лампой лежал потертый ноутбук.

«Тоже мне, деятели, – сердито подумал Петр. – Чтобы к черту на кулички меня отправить, у них, значит, деньги есть, а компьютер нормальный купить не могут. Хоть бы смартфон мне оставили – на нем и то легче работать».

Он сложил сухой паек на стол и включил ноутбук. К его приятному удивлению, система загрузилась в долю секунды. С робкой надеждой Петр ткнул курсором в значок вайфая: не было никакого, даже слабейшего сигнала.

«Что ж, значит, до завтра».

Петр взял с кровати большое махровое полотенце, достал из рюкзака туалетные принадлежности и пошел в ванную. После стольких часов дороги и холода было особенно приятно умываться теплой водой. На обратном пути захватил свой помятый баул и свалил в углу под вешалкой, решив, что разберет его завтра.

Очень хотелось спать, но, посмотрев на часы, Петр обнаружил, что времени всего-то десять с четвертью. Так рано ложиться он не привык, поэтому, вопреки настойчивому требованию организма, поставил лампу на стул, лег на бок и открыл «Путешествие на край ночи». Бардамю уже благополучно покинул Францию и теперь работал в компании «Сранодан Малого Конго». Роман тем более затягивал Петра, что он находил отдаленное сходство своего положения с мытарствами главного героя.

«Правда, компания у меня здесь поприятнее, – думал он. – С другой стороны, климат… Пожалуй, в Конго все же лучше».

Как ни хорош был текст Селина, вскоре усталость взяла свое. Пальцы разжались, книга звонко хлопнулась об пол. Петр осознал, что уже минут пять как клюет носом и с трудом не падает с кровати. Подняв книгу, он выключил лампу, завернулся в одеяло и моментально уснул.

Сон был длинным и тягучим, такие часто бывают во время болезни, когда борешься с ознобом под грудой одеял. Петру снилось неспокойное северное море. Он висел над ним словно чайка и покачивался в такт темно-синей воде. Вид моря почему-то тревожил Петра и одновременно манил: казалось, что кто-то или что-то зовет его, ждет на глубине.

Когда он очнулся, в комнате было по-прежнему темно. Будильника у Петра не было, поэтому сперва он решил, что проснулся слишком рано. Тем не менее за стеной было подозрительно шумно для ночи: в коридоре постоянно кто-то ходил, хлопали двери, слышались голоса и заразительный женский хохот. Петр привстал, взял со стола часы и едва не подскочил от неожиданности.

«Полдвенадцатого! Неужто проснулся последним? Неудобно вышло… Но почему нет солнца? Ах, ну точно, здесь же зимой полярная ночь».

Петр быстро оделся и сунул ноги в найденные в сумке сланцы. Пригладил волосы, глядя на отражение в экране выключенного ноутбука, взял полотенце и туалетные принадлежности, вышел из комнаты и в ту же секунду едва не влетел в мужчину, одетого в тельняшку и синие треники. Тот не обратил на новичка никакого внимания, ловко обогнул его и, насвистывая какой-то непритязательный мотивчик, направился в сторону кухни. Петр не спеша последовал за ним.

Он не был интровертом, порой любил пошуметь в хорошей компании, если хорошо выпить. Однако за годы полузатворнической жизни фрилансера Петр успел порядком отвыкнуть от жанра «знакомство с коллективом». По этой причине каждый шаг давался ему с трудом, а по мере того как становились громче голоса и чей-то заливистый смех, сердце билось все чаще и тревожнее. Вот комната отдыха уже совсем близко. Петр сделал глубокий вдох и вышел из коридора.

Относительно небольшое помещение было набито народом – Петр насчитал шестеро мужчин и двух женщин. Одна девушка стояла у подоконника и наряжала маленькую пластиковую елку, а все остальные сидели вокруг стола и пили чай.

– Всем привет. Петр, прилетел к вам вчера, – сказал он и помахал рукой.

– А мы уже знаем, наслышаны от Тамары! – воскликнула грузная женщина в толстовке Мурманского университета. У нее было красное лицо с массивными бульдожьими щеками и квадратным подбородком. Над большими, глубоко посаженными глазами нависала жиденькая темно-русая челка. По звуку ее голоса Петр догадался, что именно ее смех он слышал из своей каюты. – Смотрю, вы любите поспать!

Сидевшие за столом обменялись ухмылками. Петр, который и до этого чувствовал себя неловко, смутился еще больше. Ему захотелось немедленно рвануть к двери и бежать прямо в тапочках по ледяной арктической пустыне, пока не замерзнет и не останется лежать в огромном сугробе.

Ситуацию спасла стоявшая у подоконника девушка. Отвлекшись от развешивания игрушек, она обернулась к Петру и улыбнулась. У нее было приятное вытянутое лицо с миндалевидными темными глазами. Черные волосы, подстриженные по плечи, красиво оттеняли чуть смуглую кожу.

– Наташа, ну зачем ты смущаешь гостя? Он ведь с дороги, конечно, ему надо было отдохнуть. Присаживайтесь, пожалуйста, – обратилась она к Петру. – Я Аяна, местный химик-лаборант. Хотите чаю? Это сайган-дайля, я его из дома привезла. Очень хорошо тонизирует.

Хотя Петр был благодарен Аяне за гостеприимство, ему стало не по себе от предложения. Он вежливо отказался, сказав, что хочет сначала умыться, но обязательно выпьет чаю чуть позже.

Обмен любезностями помог разрядить обстановку, и сидевшие за столом по очереди представились. В комнате были рабочие и два археолога, а шумная Наталья оказалась метеорологом. Произнеся необходимые ритуальные фразы о радости знакомства, Петр поспешил в душевую.

После заполненной людьми комнаты отдыха оказаться одному в кабинке было настоящим наслаждением. Он долго мылся, то включая, то выключая воду, затем, не торопясь, тщательно почистил зубы и побрился. Когда через полчаса он вышел из душевой, в гостиной оставалось только трое рабочих, которые с азартом обсуждали недавний производственный случай и не обращали на него внимания. Петр вздохнул с облегчением и отправился на кухню, чтобы добыть себе что-нибудь на завтрак. Там он застал суетившегося у плиты повара и Аяну, которая сидела за столом и смотрела какой-то комедийный сериал.

Увидев Петра, она быстро выключила смартфон и постаралась спрятать улыбку.

– С легким паром, – сказала она и тут же сама как будто смутилась. – Петр, вы, наверное, еще не знакомы с нашим поваром. Это Алексей.

– Здорово! – гаркнул повар, не оборачиваясь.