Николай Беляев – Волк в зеркале (страница 31)

Согласен. С тентом тут ездить не принято — обзор сужает сильно. Хотя, не прекратись ливень, поставили бы, хотя бы без боковушек. Но сейчас уже смысла нет — обзор важнее. То, что мы сюда доехали без приключений, ни о чём не говорит — да, недалеко, но мост от Вокзального тоже недалеко, а приключений на дороге можно было собрать — уйму.

Вот кстати. Самое время задать вопрос… Вместе с воспоминаниями ко мне вернулся широкий кругозор и любознательность 30-летнего.

— Слушай, Юр, а почему на Болоте сейчас спокойно? Раньше же там только конвоями ездили, я много раз слышал.

— Так Колледж, — Юрка бегло оглянулся на насупившегося Колтырина. — Тема не запретная, но по городу болтают мало. Верхушка Колледжа же Болото втихаря подзуживала, гоняли они водяных периодически. Там после этого полный дурдом творился, открывался пробой, туманы наползали мерзкие, нечисть лезла…

— Ближний круг Колледжа, — подал голос Колтырин.

— Ну да, те, кто были близко к тогдашнему ректору, — поморщился Дьяченко. — Я ж им и попался тогда… И Юрику досталось — да, Юрик?

Колдун промолчал — явно болезненная тема.

— Ну а теперь водяных не трогают — и шума особого нет, — пояснил напарник. — Считай, как в этом, в зоопарке. И дорогу подальше перенесли. Получается — они живут, мы живём…

— А смысл какой был для Колледжа?

— Как какой? — удивился Дьяченко. — Ты что как маленький? Колледж демонстрировал свою необходимость. Ни один же рейс без колдунов не обходился…

— А сейчас…

— А сейчас Колледж — часть городской структуры, — пожал плечами Юрка. — И вроде пока так и есть… если, конечно, опять не долбанёт. Власти все хотят, — подмигнул он.

— Для этого нужен тот, кто хочет власти сильнее других, — заметил я. — В Колледже есть такой?

— А кто его знает… Бурденко, тогдашний ректор, был серьёзным мужиком, как и зам его, Власов. Но их уже нет. Тёзка, что скажешь? — полуобернулся Юрка к Колтырину.

— Не знаю и знать не хочу, — процедил тот.

М-да, Колтырин на разговор не идёт… Ладно, попробуем вечером его разговорить. Шансы есть — Жене Никитину общаться с людьми приходилось намного больше, чем Игорю Найдёнову, так что опыт присутствует. И, кстати, что интересно — парни даже не поинтересовались, вспомнил ли я своё настоящее имя. Хотя, если разобраться — оно им и не надо. Ну что ж, пока останусь Найдёновым — так проще…

— Найдёнов, а ты вспомнил что интересное из прошлой жизни? — словно в ответ на мои мысли поинтересовался Дьяченко.

— Важного — наверное, ничего, — подумав, дал я максимально нейтральный ответ. — Город наш знаю отлично, окрестности неплохо. Но, сам понимаешь, для моего мира, не для нашего нынешнего.

— Ну, это как сказать, — задумчиво протянул Юрка. — Никогда не знаешь, где знания пригодятся… Так что не ошибся я в тебе, Найдёнов. Наворотим мы с тобой дел, — подмигнул он, но мне на секунду показалось, что выражение лица у напарника какое-то странное — словно на мгновение промелькнули сожаление и тоска. О Волкове вспомнил, что ли? Вполне может быть.

— А стрелять где научился? Воевал? — спросил напарник уже другим тоном.

— Не помню, — честно сказал я. — Скорее всего, это было уже после зеркала.

— Ну, по крайней мере, это у тебя получается, — пожал плечами Дьяченко. — Раньше-то чем занимался?

— Железнодорожник. Связь, автоматика, телефония, всё такое.

— Ну, брат, в мобильной группе ты сейчас важнее, — вздохнул Юрка. — Я серьёзно. Железных дорог, считай, нет, по связи девчонки хорошо справляются, а вот морды бить или упырей разных отстреливать — на это не каждый сгодится… Как тебе нынешний выезд, кстати? Не передумал о совместных делишках?

— Нет, — твёрдо сказал я.

На самом деле, в нынешнем выезде хороши в первую очередь вернувшиеся воспоминания. Зеркало, возможно на продажу — это так, приятный бонус. Если вообще удастся его пристроить. А вообще, вот именно теперь я, с неплохим знанием окрестностей и «довоенного» расположения деревень и прочего, буду для выездов гораздо, гораздо полезнее… особенно при дефиците карт.

— А ты, Юрик? — спросил напарник уже колдуна.

Ах вот оно что. Выходит, «смотрины» были для нас двоих — не только для меня. А Дьяченко молодец — прекрасно понимает, что в нынешних реалиях колдун не просто нужен на выездах, а жизненно необходим.

— Вернёмся целыми — тогда и скажу, — криво улыбнулся Колтырин.

М-да, парень ещё тушуется… А вообще, надо бы самого Дьяченко расспросить о том, почему Колтырин не контактирует с Колледжем. Слишком уж разрозненно колдун сам об этом говорит. А если выезжать вместе — хорошо бы знать друг о друге чуть побольше.

Если бы ещё самому побольше узнать о себе…

Глава 19. Колчино. 26 июня, вторник, вечер

Остановились перед поворотом, когда до частокола, огораживавшего правобережную часть Колчино, оставалось всего ничего, и подняли тент. Учитывая, что едем после дождя — никто ничего не заподозрит… Пока возились, мне в голову пришла неожиданная идея.

— Слушай, Колтырин, а ты только швырять огненные удары умеешь, или и одежду сможешь просушить? — спросил я у молодого колдуна, крепя шнуровку тента.

— Ээээ… наверное, смогу, — помявшись, ответил тот.

— Юрик, и ты молчал? — откровенно удивился Дьяченко. — Мы ж мокрые насквозь!

— Ну меня ж на боевое колдовство обучали, — начал было колдун, но Юрка его решительно прервал, стягивая мокрую футболку:

— Попробуй! Главное, не спали, — подмигнул он.

Колтырин поразминал ладони, потёр их друг о друга, словно хотел добыть огонь трением, но огня не появилось — зато ладони засветились оранжевым, и от них пошёл ощутимый жар. Юркина футболка высохла почти моментально, хоть и осталась откровенно измятой, и я решительно сдёрнул свою:

— Отлично! Лучше любого утюга.

Примерно полчаса мы потратили на сушку. Тьфу ты, элементарно же — надо было раньше догадаться… Не пришлось бы хлюпать всеми частями тела во время обратного пути.

Все повеселели. Духота опять начала подниматься — свежести после дождя толком не хватило, но хоть не в луже сидишь. Так и жить повеселее — тем более, что мы решили вечером всё же посидеть в столовке. По кружечке пива точно можно пропустить, даже если придётся присматривать за машиной. А сейчас, раз просохли, можно кому-то вообще в ней устроиться.

Я озвучил эту идею Юрке, но Дьяченко её не принял:

— Нет. Спать лучше в комнате, пусть и по очереди — и выспаться на нормальной кровати, и вдруг кто залезет в машину, увидит там одного из нас и ножом с перепугу пырнёт? Не надо нам этого, у нас ещё дела найдутся, — подмигнул он.

Напарник опять прав. Плохо я всё же знаю здешнюю глубинку… хотя, откуда мне её знать? Первый раз небось за город здесь выбрался, в Гидрострое-то тоже «в периметре» работал.

КПП прошли легко. Дежурные поинтересовались грузом, и Дьяченко прямо сказал им — дескать, зеркало антикварное, шеф просил что-то похожее привезти. Вероятно, колдун с КПП проверял на враньё, потому что кивнул — ну да, полуправдой здешний «детектор лжи» обманывается элементарно.

Машину поначалу бросили у входа, и лишь потом, посмотрев гостиничный номер и прикинув расположение окон, Юрка перегнал её на другую сторону здания — так и из столовой она будет на глазах, и из номера. Конечно, со второго этажа быстро не спрыгнешь — пожарная лестница есть, но чуть в стороне, — но зато машина теперь на расстоянии прицельного выстрела даже из пистолета, ну а я при нынешних белых ночах из снайперки волос с головы отстрелить смогу, даже после кружки пива. Колтырин, повозившись, что-то приладил в кузове и уверил, что при попытке сдвинуть груз хоть чуть-чуть будет громкий хлопок — главное, не забыть потом снять секретку, а то сами можем со страху обделаться…

Нет, всё-таки колдун в команде — отличное подспорье.

В столовку мы завалились часов в семь вечера — там уже было людно, но местечко нашлось, хоть и не сказать, что сильно удобное — на проходе, зато минимум у одного из сидящих за столиком стоящая под окнами машина на глазах. Длинноствол и арбалет, правда, пришлось оставить в местной «камере хранения» — а днём сдавать не требовали. Видимо, чисто вечерняя традиция — многие пьют, да и вообще народу немало.

Официанток, как у нас в «Туристе», тут не было, и мы, как и днём, пошли к стойке и заказали пожрать и по кружке пива — Колтырин, правда, предпочёл местный ягодный сидр, а Дьяченко, подумав, выбрал ещё и копчёную рыбину из тех, что были выложены на прилавке. Точно, рыба-то тут своя — должна быть хорошей.

В ожидании горячего подняли кружки, распотрошили на видавшей виды доске-подносе рыбину — сиг, судя по всему, вкусная штука.

— Ну что, братва, за интересное начало, — улыбнулся Дьяченко, отпивая. — Уж не знаю, во что мы вляпались, но скучать точно не получится…

— Главное — успешно домой вернуться, — не удержался я.

— Вернёмся, раз даже сюда доехали… Может, и с попутчиками повезёт.

Мы с самого начала, ещё до похода сюда, договорились о делах не болтать — так, чуток расслабиться после насыщенного дня, да разговоры послушать. Опять же — если есть тут изгойские «засланцы», неплохо бы их попробовать вычислить… И нам спокойнее будет, да и, глядишь, с местного сельсовета можно что-то получить — им ведь, небось, налёты на проезжающих земляков совершенно ни к чему.

Мы сидели уже часа полтора, доели рыбу, почти прикончили горячее и взяли ещё по кружечке, когда я тихонько пнул напарника ногой под столом: