Николай Беляев – Волк в зеркале (страница 20)

Ну ладно, пока запишем в загадки. И, главное, посоветоваться не с кем… Хотя можно с Юркой — вечером.

С восьми вечера, когда мы заступили на смену, срочных дел не нашлось, и мы, чтобы не сидеть в душной казарме, выбрались на улицу и уселись у Юркиного ГАЗика — у Юрки тут был и гараж (пробивной парень, даже гараж себе выхлопотал на Базе), но сейчас в начале смены машину он выгнал на улицу. Как сам сказал — чтобы, если что, время не тратить. Днём машину без нужды под палящее солнце мало кто выставит — в неё потом как в раскалённую топку придётся садиться, а вот вечером — почему нет?

У уличного дощатого стола под тусклым фонарём галдели ребята из Патруля — они заступают тоже с вечера, но большая часть работы у них днём, и ночью многие просто досыпают в здешней казарме. Сейчас, похоже, режутся в картишки. Жара всё ещё стоит, она спадёт ближе к полуночи, хотя духота всё равно останется — так что под крышу сейчас никого не загонишь. Наши, из мобильной группы, тоже здесь — собираются небольшими группками, тихонько болтают.

Наша работа большей частью по городу, внутри Стен, так что могут дёрнуть и ночью. В основном вытаскивают на драки, куда нужно прибыть быстро, или на происшествия, на усиление милиции. Так что колдуны тоже с нами — вот к Патрулю они присоединяются уже перед выездом. Юрка, кстати, как-то оговорился, что в мобильной группе колдунов раньше вообще не было — их стали придавать меньше года назад, после того, как сменилось руководство Колледжа. А сменилось оно как раз после тех событий с Юркой…

Убедившись, что вокруг нет лишних ушей, я рассказал напарнику о странном исчезновении варева — тот только удивлённо брови поднял:

— Ты точно уверен, что оно там было?

— Ну здрасте, — не выдержал я. — Не приснилось же оно мне!

— А это не мог быть наведённый морок? — спокойно поинтересовался Юрка.

— Это как? — так и замер я. О подобном слышать не приходилось.

— Это я фантазирую, — пожал плечами Юрка. — Хотя мельком слышал о подобном, но так, на уровне баек… Типа, кто-то внушил тебе, что котелок пуст. Или, наоборот, что в нём что-то было.

— Да ну, ты ж и сам тогда, на месте, этот котелок видел!

— Видел, — согласился напарник. — И думаю, что с ним ты вошёл из-за Стены. А вот что было потом — фиг знает. Ну сам подумай — ты ж шёл ночью по городу… Если порассуждать, морок на тебя навести могли. А вот кто и почему — не спрашивай.

Я вспомнил свою ночную «прогулку». Да, ведь и правда было ощущение, что за мной следят, но я не придал этому особого внимания.

— А почему в инструктажах про мороки ничего нет? — только и оставалось спросить мне.

— Так потому что не доказано… Отвод глаз, чтобы человека не заметили — да. Почему бы не быть тому же, но с вещами или по ситуации?

Разумно Юрка рассуждает. Про отвод глаз говорили — потому что это имеет прямое отношение к нашей работе. Потому и патрули обычно парные, а то и тройные — отвести глаза всем троим разом, может, и можно, но потребует у колдуна уйму сил. А если и в наряде есть колдун — то такое вообще малореально.

— Короче, по нашей поездке, — оглянувшись и убедившись, что никто не «греет уши», понизил голос Юрка. — Договорился я с тем парнем. Поедет с нами. И заодно дело есть в Колчино — надо осмотреть одну заброшенную церковь. Она там не в периметре, но совсем рядом, километра полтора.

— Зачем?

— Есть предположения, что там схрон. Это заказ от… ну, не буду говорить, от кого, но дело мирное. Не бандиты, скорее торговая фишка. Обычно таким занимаются Охотники, но мне, считай, повезло — перехватил заказ. Вот что значит — иметь подход к людям, — подмигнул он. — И оказаться на рынке в нужное время.

— Это нам что-то даёт?

— А то! Считай, что едем не за свой счёт, а за счёт заказчика. Заплатят в любом случае, неважно — найдём что или нет. За труды. Но если найдём и привезём — заплатят реально хорошо.

Вот оно как. Да, полезный человек Юрка — так, глядишь, и правда можно заработать.

Настроение у меня приподнялось, даже досада от потери варева почти сгладилась. Конечно, хорошо бы узнать состав, но что теперь толку жалеть…

Смена началась спокойно, мы даже вздремнули чуток в казарме. Но где-то после двух часов ночи нас растолкал дежурный:

— Давайте, мужики, на выход. На Дзержинского кровавая баня.

Юрка моментально оказался на ногах, я тоже особо не замешкался — благо спали в обуви. Андрюха Стуков вообще не спал и уже ждал у Юркиного ГАЗика — видимо, его подняли раньше.

Дежурный, идя с нами к машине, сообщил скороговоркой:

— Дзержинка, барак-общага напротив мастерских. Наряд сообщил, что всё в кровище, жертв по прикидкам с десяток. Есть живые. Передали только что.

Напарник одним прыжком взлетел на сиденье прямо через борт, не открывая дверцу, мы с Андрюхой запрыгнули в грузовой отсек, и Юрка почти сразу рванул с места. Держась за скобу-ручку, я поудобнее перехватил винтовку — взял на всякий случай, хотя снайперская трёхлинейка не самый универсальный вариант посреди города и ночью, пусть даже такой прозрачной ночью, как сейчас.

Долетели минут за пять, даже меньше. Улица Дзержинского, в этом месте почти вся застроенная деревянными бараками, освещалась фонарём напротив мастерских — старого полукруглого здания, бывшего паровозного депо. Почти все бараки тут были «откапиталены» и переделаны в своеобразные общежития — коридор, холл, общая кухня. Бюджетный вариант для одиноких работяг — моя кирпичная общага в сравнении с этими домами выглядит люксом.

Кстати, судя по адресу, вон и Юркин дом рядом — стоит вдоль параллельной Коммунаров, отделённый старым двухэтажным дровяным сараем…

Вызвавший нас наряд был здесь — четверо стоят, машут, и даже в неровном свете фонаря видно, что бледные. Есть и ещё люди, но у других бараков — не приближаются, боятся, что ли?

— Что там? — деловито поинтересовался Юрка, заглушив двигатель.

— К-к-кровища, — стуча зубами, пробормотал молодой, с арбалетом — колдун.

— Олег Рыбаков, — привычно козырнул старший, парень лет тридцати. — Были рядом, на обычном патрулировании по маршруту. Услышали… даже не знаю, как сказать — крик, визг, вопль, будто даже не человеческий… Дверь была не заперта, ворвались в холл, там… там всё в крови, даже непонятно, есть ли что живое. Быстро выскочили обратно, сразу вызвали вас.

Угу. Как легко — увидели то, что напугало, и моментально свесили проблему на плечи «мобильников»…

Судя по лицу Юрки, он думал в точности то же самое.

— Ауры? — рявкнул напарник. Милицейский колдун дёрнулся, как от пощёчины:

— Ннне могу… не чувствую ничего… Кровь…

— Понаберут кого попало, — буркнул Юрка. — Андрюха, работай, ты пока огурцом. Смотри живое или движение внутри. Рыбаков, свет есть?

— Маршев, прекрати истерику, давай свет! — судя по интонации Рыбакова, он оценил нелестную ситуацию: четверо вызвали ещё троих просто из-за того, что испугались. Влетит…

Колдун наряда хлопнул дрожащими руками, и между ними появился шарик света размером с электрическую лампочку, по эффекту — ватт на семьдесят. Вот, уже лучше… Толчок — шарик полетел сквозь открытую дверь и завис где-то посреди холла.

— Ауры вижу, одну точно, — доложил Стуков. — По движению непонятно.

Юрка, обнажив пистолеты, пошёл первым — его крепкая фигура явно придала наряду уверенности. Пропустив вперёд Рыбакова и ещё Андрюху — Маршев остался снаружи, — вошёл и я.

В нос сразу ударил густой, сладковатый, приторный запах свежей крови. Да, теперь понятно, почему наряд не хотел оставаться здесь ни секунды. Холл был довольно большой — примерно пять на пять метров, обычно в таких холлах стояли столики, простенькие диваны. Сейчас же пол комнаты представлял собой бурое месиво — такое ощущение, что тут что-то взорвалось, и размазало по стенкам, полу и даже потолку человек десять… Сколько народу обычно живёт в таких вот общагах? Ну да, с десяток человек и живёт.

Дальше уходил коридор с дверями в комнаты — заканчивался он обычно кухней в противоположном конце. Коридор был чист — «взрыв» явно затронул только холл.

— Твою ж мать, — только и пробормотал Дьяченко. — Андрюха, есть тут вообще что-то живое?

Ещё до того, как Стуков успел что-то сказать, в центре, у опрокинутого столика, возникло шевеление, и мы всей компанией инстинктивно шарахнулись — видимо, только профессиональная выдержка не дала начать пальбу.

— Вон аура. Человек, — еле слышно сказал Андрюха, туда и указывая. — Обычный, не колдун. Больше вообще ничего.

— Следы колдовства? — уточнил напарник.

— Нет, не вижу.

— Что ж так рвануть-то тогда могло, — задумчиво протянул Юрка.

— Ищенко, Маршев, давайте сюда, — повысил голос Рыбаков. — Власенко, ты тоже. Осмотрите комнаты. Следы колдовства смотрим.

Не сильно скрывая рвотные позывы, трое милиционеров миновали комнату, косясь на шевелящееся нечто, и проскочили в коридор.

Да, человек. Правда, неясно, в каком состоянии — в крови с ног до головы. Скорее всего, тяжело ранен. Вот зараза, в таком состоянии небось и транспортировать нельзя…

С улицы донёсся шум двигателей — минимум две машины, в окна и распахнутую дверь ударил свет фар. О, кто-то ещё подоспел, не только нас вызвали.

— Боевая группа, — раздался голос. — Мужики, выходите, работаем мы.

О как. Боевая группа — элита Управы, по сути маленькая армия, с БРДМ, пулемётными УАЗиками и даже парой «тачанок» — легкобронированных ГАЗ-66 с пулемётными спарками. У Патруля такой тоже есть, но всего один и сильно попроще. Значит, и до них происшествие дошло.