Николай Беляев – Седьмая сестра (СИ) (страница 16)

По первому вопросу, оттащив Витяя, который вместо ответа хотел дать Азалару по зубам («Ты за кого нас принимаешь? За фашистов?»), Сергей пояснил, что на той войне пришлось воевать с точно такими же подонками. А вот второй вопрос поставил всех в тупик. Как обрушить комнату — никто не знал.

Женю после горячей еды сморило — она так и уснула, облокотившись на стол, и, когда Азалар предложил проверить последнюю комнату, будить её Сергей не стал.

Спустившись по винтовой лестнице, Азалар опять остановился.

— Точно есть тут что-то, — почему-то виновато сказал он. — Может, посмотрим?

— Ну… смотри, — развёл руками Сергей. — Я вижу только стены.

— А что тут должно быть? — заинтересовался Витя, который спустился сюда впервые и с почти детским любопытством осматривал старую каменную кладку.

— Скрытая дверь, наверное, — пояснил Азалар, ощупывая камни. Постучал — нет, сплошная толща…

Витя, присев, осматривал пыльный пол. Встал, провёл сапогом, стирая пыль. Повернулся:

— А что тут искать? Вот сам подумай: вряд ли дверь открывается внутрь, там тесно — либо наружу, либо проворачивается на оси. Значит, либо эта стена, либо вон та — иначе места нет. Смотри пол. Вот царапина полукругом — старая, но слишком ровная для случайной. Тут и надо искать, — увидев восхищённый взгляд Азалара, пояснил: — Ну я ж технарь, хоть и деревенский!

«Дверь» открыли, поднажав вместе на то место, куда уходила полукруглая царапина — заметить её, действительно можно было либо случайно, либо если знать, что именно искать. Это оказалась не столько дверь, сколько тяжёлая и массивная плита — простукивать такую было бы бессмысленно. Витя был прав — она проворачивалась на центральной оси в любую сторону, открывая по бокам два узких проёма. Дальше вёл проход метра в полтора шириной, весь заросший пылью — дверь, такое ощущение, не открывали лет сто.

— Неужто еще со времён Джиордана? — пробормотал Азалар, снимая с держателя факел. — Давно тут нога не ступала…

Увешанный паутиной проход вывел в небольшую комнату с полками и сундуками, похожую на кладовку. Сильно пахло сухой пылью — толстый её слой покрывал абсолютно всё. На полках были брошены мешки, лежали рулоны ткани, в углу стояло несколько вертикальных свёртков и покрытый пылью меч в ножнах.

Азалар кончиком клинка поднял крышку одного из сундуков — внутри лежала богатая одежда, обветшавшая настолько, что при попытке взять её ткань расползлась прямо в руках. Витя открыл второй — какие-то мешки. Потрогал стволом обреза — в прореху высыпалась пригоршня монет.

— Это что, мы теперь вроде как богаты? — поинтересовался он.

— Кладоискатели, — фыркнул Сергей, беря монеты в ладонь и ссыпая их обратно с сухим звоном. Старые незнакомые монеты совершенно не воспринимались как богатство. — Тут много?

Азалар мельком заглянул в сундук, пожал плечами:

— В мирное время — наверное, немало… А вот сейчас это очень пригодится, если мы… если вы хотите разобраться с Чёрной Сетью.

Витя прошёл по комнатке, пнул один из свёртков — это оказался неплохо сохранившийся коврик с затейливым рисунком. Взял меч, потянул его из ножен…

Комнату залил яркий свет. Витя так и замер с полуобнажённым мечом в руках — свет источал его клинок. Потянул, обнажая до конца — свет теперь, казалось, мог посрамить лампу на 100 свечей.

— Шикарная штука, такой бы в мастерской над верстаком повесить, — невпопад ляпнул он.

Азалар подошёл, взглянул на гарду меча:

— Клинок и весы, символ правосудия. Тирранский клинок.

— Какой-какой, тиранский? — подозрительно переспросил Кирилл. Азалар усмехнулся:

— Иногда и так говорят… Паладины Тира очень своеобразные, бывает, что переходят границы благоразумного… Да, этот бы меч против Джиордана — светом отогнали бы его… Вероятно, и ковался против нежити.

Витя убрал меч в ножны — свет пропал. Азалар задумчиво осмотрелся:

— Наверняка тут и еще волшебные вещи есть… Жаль, не проверить.

— А как можно проверить? — заинтересовался Сергей.

— Волшебник нужен. Пусть даже не очень опытный. Обнаружение волшебства — заклинание несложное, им даже новички умеют пользоваться… Или кто-то, кто сможет прочесть его со свитка — если свиток есть, конечно…

— А ты?

— Я не умею. Вот лесное волшебство — немножко владею… Волшебство… Каменная стена!!! — вдруг заорал Азалар как умалишённый.

— Э, э, ты что? — перепугался Сергей. Кирилл с Витей переглянулись, Кирилл покрутил пальцем у виска.

Азалар же аж подпрыгивал от возбуждения:

— Постройки наверху новые, понимаете? И там далеко не везде каменная кладка! Они использовали заклинание каменной стены, понимаете? Строили стены не руками, а магией! Понимаете?

— Можно перекрыть портал такой волшебной стеной? — неуверенно проговорил Кирилл.

— Именно! Именно!!! У них тут не было волшебников. Значит, они использовали свитки! У них тут должен быть запас свитков для строительства! Надо обшарить тут всё! Понимаете, всё! И останется только найти того, кто сможет наложить заклинание со свитка!

Возбуждение Азалара передалось остальным. Все четверо чуть ли не наперегонки рванули к забаррикадированной комнате. Расшвыряли ящики, загораживающие дверь. Подошел первый же из ключей, взятых у Малатона — замок щёлкнул, Кирилл потянул на себя дверь.

За дверью оказался недлинный коридор, дальше была видна комната. От входа просматривался ковёр на полу — небывалая роскошь по сравнению с остальными комнатами замка — и массивный шкаф с книгами. Первым в комнату вошёл Витя, огляделся — кровать с периной и балдахином, удобный письменный стол, мягкое кресло, горящие масляные лампы… В роскоши, однако, предпочитал жить полуорк!

Его внимание привлекло шипение у кровати. Развернулся, вскинул обрез… и увидел нечто небольшое, размером с собаку, но колючее и словно окутанное мешком из тьмы — чёткая форма существа почти не просматривалась. Блеснули злобные жёлтые глаза…

Шедший вторым Азалар метнулся в сторону, отворачиваясь:

— Василиск! Берегите глаза!

Поздно — Витя уже замер в неудобной позе, палец его лежал на курках обреза. Дробно застучали СВТ в руках Сергея и Кирилла…

Женя провалилась в сон почти сразу. Напряжение предыдущих дней, могучие всплески адреналина, куча новой информации, потрясение кое-каких устоев сложились с теплом и горячей сытной едой — глаза закрылись сами собой.

Снов Женя не видела уже давно — наверное, с самого начала войны. Нет, сны, конечно, были, но чаще всего это были либо лица довоенных друзей-студентов — бестелесные, как призраки, либо детское деревенское воспоминание — много солнца и неубранное поле, по которому она бежит…

Сейчас было странное ощущение — Женя понимала, что спит и видит сон, такое с ней в последний раз случалось еще в школьные годы. Правда, сон был необычным — она, словно призрак, плыла над землёй, руки её светились серебряным сиянием, а вокруг была сплошная, укрывающая всё сеть из мельчайших то ли нитей, то ли струн, и касанием пальцев — причём не всегда приходилось именно касаться — она играла на этих струнах какую-то странную задумчивую мелодию, причём всегда выбирая нужную струну, ничуть не задумываясь. Ей казалось, что за спиной есть что-то важное, но оглядываться она не хотела — просто летела вперёд, наигрывая мелодию. Сколько длился этот идиллический полёт — она не знала и почему-то не хотела знать, но вдруг поняла, что скорость растёт. Пальцы продолжали играть, но мелодия уже звучала угрожающе. Полёт превратился в падение, и Женя поняла, что уже не играет, а судорожно пытается схватиться за струны, но получалась лишь мелодия.

Впереди возник черный… шар, а может, это был диск, ослепительный, как яркое солнце, но в то же время непроглядно чёрный, окружённый пурпурным контуром. Женя чувствовала, как он огромной тяжестью лежит на струнах сети, вот-вот готовясь его прорвать, и она летела по струнам вниз, туда, где на них давила эта чёрная сфера, казалось, не имеющая объёма. Женю закрутило, и на мгновение она увидела то, что было позади — серебристая сеть словно лилась волной из точки над горизонтом, окружённой семью звёздами. Снова разворот, как волчок, как водоворот — и Женя уже падает в дыру под чёрным шаром…

Женя проснулась и неожиданно для себя самой взвизгнула: ладони её светились серебристым сиянием — как тогда, на кургане, но тогда это было скорее ощущение, а теперь это был свет, явно озаряющий комнату.

Боли не было, но не покидало какое-то странное ощущение, что сон всё ещё продолжается. Девушка оглянулась — в обеденном зале она была одна, дверь на улицу прикрыта. Сколько она спала? Где все?

Женя приоткрыла дверь во двор и увидела удаляющуюся спину Пашки. Тот, услышав скрип петель, обернулся, но Женя просто улыбнулась и притворила дверь.

Всё спокойно. Значит, остальные спустились вниз — они собирались открыть запертую комнату. Женя повертела ладонями — свечение продолжалось. Что это? Что это вообще такое? Какая-то часть непонятной силы, того самого серебряного огня, что дала Сайлуни, но не объяснила, как им пользоваться? Или… — её передёрнуло — где-то прячется ещё кто-то, кто шутит столь изощрённо?

Девушка взмахнула рукой — за ладонью остался едва видный серебристый след.

Что говорила Сайлуни? Плетение, вроде так? Огромная сеть волшебства, пронзающая весь этот мир… Сеть?