Николай Беляев – Русско-турецкая война 1877—1878 гг. (страница 93)

Так обстояло с наступлением и атакой 1 и 2-го батальонов Углицкого полка. Причин успеха этого боя было много: и предварительная подготовка атаки огнем, и отсутствие обстрела с флангов (как это случалось со Скобелевым при Третьей Плевне), и отвлечение внимания турок к левому русскому флангу, и, наконец, принятый Панютиным способ наступления.

Для 3-го батальона обстановка сложилась иначе. К туркам подошли свежие подкрепления, в связи с чем три первые причины, способствовавшие атаке 1 и 2-го батальонов, прекратили свое действие. А от последней из этих причин командир 3-го батальона отказался сам. Возбужденный успехом 1 и 2-го батальонов, овладевших редутом №2, он решил без перебежек, без ружейного огня, одним махом взять редут №3, но при этом 3-й батальон был встречен оттуда сильным огнем свежих турецких подкреплений, отхлынул и залег. Скобелев, было, решил, что все наступление кончится неудачей. «Опять начнется Плевна!» - сказал он. Однако положение спас отважный барабанщик Углицкого полка. Куропаткин так писал об этом: «Но вот поднимается невзрачный на вид герой-барабанщик. «Ваше высокоблагородие, - обращается он к Панютину, - что вы на них смотрите: пойдемте на редут. Пропадать, так по присяге. Тут всё равно всех перестреляют!» - и с этими словами он вылез, весь измаранный, из канавы и пошел вперед с барабанным боем. У такого начальника, как Панютин, ответ мог быть только один - он взял у знаменщика знамя и понес вперед»(26). Редут был взят.

Несомненно, организация наступления в этот период боя отличается рядом новых положений. К их числу надо отнести: 1) начало движения перебежками с 1200 шагов; 2) сочетание движения поддержек и резервов с ружейным огнем цепи, занявшей стрелковую позицию и поддерживавшей оттуда огнем перебегавшую часть; 3) дистанцию между цепями в 500 шагов; 4) подготовку атаки в течение получаса ружейным огнем с последней стрелковой позиции; 5) движение в атаку со стрельбой. Это все новые, передовые приемы. Но наряду с этим новым организация наступления в значительной мере строилась еще на основе старых, отживших приемов: движения в наступление с музыкой, длиной перебежек до 200 шагов (тогда как даже по уставу она не должна была превышать 100-150 шагов), движения в атаку с чрезмерно больших расстояний, перебегания не частями цепи, а всей цепью нескольких рот сразу(27) и т.д. Словом, было налицо смешение свежих, здоровых понятий и приемов с понятиями и приемами косными, отжившими. В этом ничего, конечно, плохого нет. Новое рождается в борьбе со старым, и в этой борьбе всегда бывает переходный период, когда новое уже отчетливо обозначилось, но и старое еще цепляется за жизнь. Тем не менее говорить об «окончательном оформлении тактики стрелковых цепей» в этот период нельзя.

Несомненно, что организация наступления во время атаки Шейново правой колонной являлась шагом вперед по сравнению с приемами первого этапа войны. Но такая организация была не только в правой колонне при атаке Шейново, а вообще во всех русских войсках Дунайской армии на третьем этапе и в конце второго этапа войны.

В этом отношении интересно свидетельство участника войны Пузыревского, позволяющее даже установить грань массового перелома в русской тактике. Говоря о боях Гурко, Пузыревский писал: «Вообще после Горного Дубняка войска наши замечательно быстро освоились с формами современной тактики, обусловливаемыми действием нынешнего дальнобойного и скорострельного оружия. Так, в данном случае обнаружилось уменье выбрать соответственные формы боя и применить их к характеру местности. Вместо крупных сомкнутых масс, прямолинейно двигающихся вперед, мы видим редкие цепи, поддержки в сильно разомкнутом строе, значительное удаление одной линии от другой, пользование всяким изгибом местности, всяким кустом, для того чтобы, прикрывшись им, собраться, устроиться и затем снова двинуться вперед, а все это сокращает потери до минимума»(28).

Известно, например, что в бою под Ташкисеном 31 декабря 3 и 4-й батальоны лейб-гвардии Волынского полка наступали примерно с 2000 шагов цепями, с перебежками и ружейным огнем; цепями наступали также гвардейские стрелки на Дольные Камарцы; в бою за Врачешский перевал 1-й батальон Великолуцкого полка целиком действовал цепями(29); цепями и перебежками с одновременным ведением ружейного огня наступали с дистанции 800-1100 шагов стрелковые роты Астраханского гренадерского полка при ликвидации попытки прорыва из Плевны армии Османа-паши. В последнем случае имеются даже определенные данные, что цепь наступала не вся целиком, а повзводно(30).

В этом бою прекрасно применялась взаимная огневая поддержка наступавших рот, перекрестный ружейный огонь, передышки и накапливание в мертвых пространствах и т.п. Примеров применения подобных приемов ранее шипко-шейновского сражения можно было привести еще много.

Таким образом, надо признать, что ход событий вынудил, наконец-то, на третьем этапе войны, принять к массовому использованию во всей Дунайской армии те новые тактические приемы, которые в отдельных частях русской армии были еще до войны в элементах выработаны войсками на учениях под руководством передовых командиров.

Ни одна армия в мире, кроме русской, не имела еще тогда столь отработанной, хотя, конечно, и не «окончательно оформленной», тактики стрелковых цепей'. Известно, что в основу нового германского пехотного устава 1888 года был положен именно опыт русской армии в войне 1877-1878 гг. и притом не только войск Скобелева, но и ряда других частей Дунайской армии. Это обстоятельство утверждает несомненный приоритет русской армии и русского военного искусства в деле создания тактики цепей.

Возвратимся к действиям правой колонны. К 14:00 войска правой колонны заняли на правом фланге турецкий редут второй линии и выбили турок с западной окраины шейновской рощи. На левом фланге войска первой линии к этому времени атаковали северозападную опушку шейновской рощи, заняли редут, батарею и траншею. Немного спустя войска правой и левой колонн (последняя уже в 12:00 заняла Шипку и тем значительно помогла правой колонне) вошли между собой в связь и совместно оттеснили турок к кургану Косматка. Гарнизон Шейновского лагеря, а вместе с ним и гарнизон турецких перевальных позиций оказался в полном окружении.

Черкесы и часть турецкой регулярной конницы с небольшим количеством пехоты пытались прорвать сомкнувшееся кольцо окружения, но это удалось лишь небольшой группе черкесов.

Около 15:00 Вессель-паша выставил белый флаг и направил к Скобелеву парламентера с предложением о капитуляции турецких войск. Скобелев потребовал, чтобы Вессель-паша предварительно послал приказ о сдаче в плен тем турецким войскам, которые обороняли перевальные позиции. Это было выполнено.

Всего в долине сдалось в плен 9 000 человек с 29 орудиями, а в горах - 13 000 человек с 54 орудиями. В числе сдавшихся в плен были три паши и 765 офицеров. Кроме орудий, в качестве трофеев было взято много ружей, снарядов, патронов. Турецкие войска потеряли ранеными и убитыми 1 000 человек.

Потери русских войск были весьма значительны. В левой колонне число убитых и раненых составляло свыше 2 000 человек, причем только 500 человек из этого числа было убито или ранено 9 января, остальные же потери почти целиком приходились на 8 января. В правой колонне число убитых и раненых превышало 1500 человек. Войска центра, как уже отмечалось, потеряли 1500 человек. Общая численность русских потерь составляла почти 10% от числа находившихся в строю людей отряда Радецкого.

Стратегическое значение шипко-шейновского сражения в общем ходе войны было немалым. Во-первых, под Шейновом турки лишились второй из двух своих лучших полевых армий (первая была уничтожена при Плевне). Во-вторых, вследствие пленения армии Весселя-паши в общем оборонительном фронте турок на Балканах образовалась брешь. До этого фронт был хоть и растянут, но не прорван. Отныне связь между группой войск Сулеймана-паши и Восточно-Дунайской армией была прервана и они были обречены на изолированное сопротивление. Более того, образовавшийся между обеими этими уцелевшими группами турецких войск промежуток, через который проходили пути на Адрианополь, не был прикрыт и позволял русским войскам устремиться на Адрианополь и далее к Константинополю.

6. Соотношение сил сторон к середине января 1878 года и планы сторон после перехода Балкан отрядами генералов Гурко и Радецкого

К середине января русская Дунайская армия численностью в 314 000 человек имела против себя 115 000-135 000 турок. Против предназначенных для наступления русских отрядов генералов Гурко, Радецкого, Деллинсгаузена и Ганецкого общей численностью в 159 000 человек с 736 орудиями(1) действовало 58 000-78 000 турок с 195 орудиями; таким образом, на направлении своего наступления русские обладали двух-, трехкратным превосходством в живой силе. Такое большое численное превосходство, значительное качественное превосходство русских войск и надежное обеспечение флангов давали русскому главному командованию полную возможность принимать самые смелые решения для наступления к Константинополю.

Схема 41. Русский план действий в январе 1878 г. после перехода Балкан.