Николай Андреев – За славой, маг! (страница 9)

Валь окружала старинная каменная стена, сложенная ещё при первых Огнаридах. В те времена жителей северных границ Королевства подстерегало гораздо больше опасностей, нежели на четвёртый век правления потомков Огнара. Этот городок стоял на пепелище аркадского поселения, от былых хозяев которого сохранились только термы, перестроенные под дом лекаря. Старожилы ещё помнили легенды о том, как окрестные леса и горы были наводнены оборотнями да вампирами, а в небесах летали драконы. Только вот с каждым годом всё меньше и меньше людей верило в эти рассказы, думая, будто только в Гильдии магов сохранилось волшебство и страшные тайны. Да и кто будет думать о драконах, когда за считанные месяцы до того мимо Валя проходили отряды фердинандистов, а со дня на день ждали нападения реджинальдистов, - и наоборот. Трижды городок мог сгореть, а один раз на его центральной площади завязался бой между несколькими дворянами и их дружинами с одной стороны и городской стражей - с другой.

Сейчас же об этом не хотели вспоминать: день ярмарки только-только начинался. Торговцы, как обычно, зазывали народ в свои лавки, нахваливая товар.

- Тарелки блестят как вода в солнечный день, а прочны, как злато! Налетай, раскупай, тарелки, блюда и кубки!!!

Бывший хозяин этого добра погиб во время Войны за престол, сражаясь на стороне Фердинанда, сыновья давным-давно не появлялись дома, жена умерла несколько лет назад, а крестьяне и слуги едва не дошли до того, чтобы растащить замок на кирпичи и камень. Скарб того феодала до сих пор продавали по окрестным деревням и городкам.

- Какие плащи! На рыцаря, на нищего, на богатого, на тороватого, на убогого и сильного! - а это трофеи фердинандистов распродать всё никак не могли.

Пять человек в кольчугах и серых плащах с копьями ходили между рядами - городская стража следила за порядком на ярмарке. Очень много людей собралось возле фургона странствующих актёров, возле которого давали кукольное представление. Я еле сумел подавить смех, поняв, что большая белая кукла с мечом в руке - это Тенперон, а какой-то карлик с кривым носом и с посохом в руке - Эдмон Рофшор. Естественно, победил Тенперон. Представление, как я заметил, очень заинтересовало даже взрослых: значит, вести о гибели главы алых магов не так давно дошли сюда. Наверное, не больше двух месяцев назад. Просто иначе бы людям давным-давно надоело смотреть на эти представления.

- Николас, не отставай, - тихо сказал Беневаль, направившись к рядам с продуктами.

Мы вдвоём походили на уже немолодого дворянина с сыном. Эдвин мог поддерживать здесь облик, неотличимый от человеческого. Но чем дальше мы бы забрели от Беневаля, тем слабее бы стал ревенант: сердце его силы находилось в месте гибели.

Граф остановился напротив торговца хлебом. Сбитый из серых досок прилавок, выпачканный кое-где мукой и крошками хлеба, облюбовали воробьи. Они весело чирикали, прыгая между буханками хлеба и клюя зерно рассыпанные крошки. Торговец хлебом, низкий, пузатенький, широко улыбающийся огнар, поглаживая густые бакенбарды, посматривал на Эдвина, сразу угадав в нём знатока хлеба.

- Как тебя зовут, любезный? - наконец-то спросил Беневаль, теперь даже не глядя на хлеб.

- Брадом, милорд. И отца моего звали так же, и деда, и прадеда. Все мужчины нашей семьи испокон веку звались Брадами. О нас вся округа знает, можете быть уверены.

- А это случайно не твой отец когда-то поспорил с Владетелем Беневалем, что сможет испечь тому свадебный пирог в человеческий рост? Да ещё в форме двух обнимающихся людей, - Эдвин спросил как будто мимоходом, но его глаза как можно пристальней начали вглядываться в лицо Брада.

- Он самый, мой старикан, - ухмыльнулся хлеботорговец. - Я тогда пузаном был, совсем маленьким, только смотрел, как работал отец. Да, жалко, не чета я ему, не чета. Вот он был настоящий мастер, не то что ныне! Да и вообще, люди другие были! Надо выпить бочку эля - выпьют! Надо неделю в дозоре стоять - выстоят! А надо веселиться месяц напролёт - будут веселиться, да ещё и всю округу на праздник пригласят! Не то, что сейчас. Одни дрязги да делёжка наделов.

- Ты прав, любезный, раньше всё было иначе, нежели сейчас, совсем-совсем иначе, - Беневаль печально улыбнулся. - Знаешь, Брад, я покупаю у тебя твой товар.

Ревенант похлопал по одному из мешочков, висевших у него на поясе, отозвавшемуся звоном монет.

- А какой именно? Ржаного Вам хлебушка? Только утречком испёк со своими сынишками, он ещё тёплым должен быть! Мы же его с душою печём! Или вот белого, пшеничного, Вы сами убедиться можете, какой замечательный-то получился! С корочкой! А зерно, зерно-то! Из самого Мишеля везли, ни одного зёрнышка не просыпали, так бережно везли-то!

- Нет, любезный, я покупаю у тебя всё. Весь хлеб, - ответил совершенно спокойно Беневаль, прервав рассказ пекаря. Я вообще-то сперва думал, что Брад - хлеботорговец. Просто пекаря иначе как в белом переднике, да с руками, выпачканными мукой, да крутящим жернов я представить не мог. Ну или хотя бы он должен продавать своё товар в пекарне, а не на рынке.

- Весь? - сперва Брад удивился, но затем лицо его расплылось в широкой улыбке. - Вот это я понимаю, сделка! Вот это я понимаю, по-старому, по-богатырски! Сейчас, дайте подумать, сколько за всё это заплатить Вам...

Лицо Брада напряглось, рот приоткрылся, пекарь медленно зашлёпал губами: считал.

- Пятнадцать серебреников, пап, - послышался тоненький голосок из-за прилавка, со стороны мешков.

Вслед за голосом появился и его хозяин. А точнее, хозяйка: русая девочка лет тринадцати, курносая, с серыми глазами и смешной ямочкой на подбородке. На ней была мужская рубаха, явно большая для неё, и в латанные-перелатанные, но чистенькие штаны.

- Спасибо, доченька, - Бран на самом деле был очень признателен девочке. Похоже, что со счётом у него было весьма туго. - Милостивые государи, это вот моя младшенькая, Акация.

- Изумительная молодая леди, - Беневаль, похоже, решил не обращать внимание, что Акация явно не относится к дворянскому сословию, и леди её называть нельзя. Хотя... это же Владетель, ему можно! - Вот Ваши пятнадцать серебреников. И один для Акации.

Эдвин протянул монеты Браду, хотя я даже не заметил, чтобы он раскрывал мешочек или отсчитывал деньги. Похоже, он решил применить что-нибудь из арсенала ревенанта.

- Акация, сбегай за Джошуа, пусть придёт сюда, поможет господам донести их покупки. Сегодня замечательный день! Надо сейчас же наведаться в пекарню, взять с собой запасы и испечь нового хлеба! - мечтательно произнёс Бран, вертя в руках серебряные монетки. Надо сказать, что запросил он за товар не самую плохую цену. Хотя, конечно, после Войны за престол всё подорожало.

- Да, пап, я сейчас, - девочки и след простыл. Отчего-то мне стало обидно, что она так быстро убежала.

- А Вы с сыном здесь в первый раз, милостивый государь? Надолго к нам, или так, проездом? - что же, товар продан, пора получить и свою долю сплетней.

- Мой... сын, - Беневаль сделал небольшую паузу, - здесь в первый раз. А я давным-давно здесь бывал. Ещё при короле Альфонсо. Правда, городок тогда выглядел иначе. Король пожаловал замок, теперь будем заглядывать почаще. Надо же посмотреть на окрестности нового владения.

- Что есть - то есть, милостивый государь. Все эти войны порядком поистрепали Владение. Но в других землях ещё хуже. У нас же тут по-настоящему и не гуляли войска, так, лишь чуть-чуть пошумели, да убрались. Это раньше бы затеяли бы такую драку, что в песнях бы воспевали менестрели ещё сотни лет после! А, с позволения Вашего спрошу, какой же замок? У многих хозяева меняются. Отродясь такого не было, да только вся эта война...

- Беневаль, - не моргнув глазом, ответил ревенант. Интересно, а ему известно чувство волнения?

- Как, как, простите? - переспросил Брад, однако по его лицу сразу можно было понять, что он точно всё прекрасно расслышал. Суеверный страх плескался в его глазах.

- Да-да, именно Беневаль. И скажу я Вам, любезный, что всё это просто слухи о проклятии, якобы над ним нависшем. Замок как замок, только сильно запущенный. Придётся сильно потрудиться, чтобы там как следует обжиться. Затем сюда и прибыли. Продукты на первое время купить и, может быть, рабочие руки нанять, для ремонта.

- С продуктами-то сейчас более или менее, только подорожали шибко. А вот с рабочими совсем трудно: нету почти никого. Все заняты или ремонтом замков и городов, либо в столице. Король затеял невиданную перестройку Тронгарда, хочет своих предков превзойти. Да, скажу я вам, не думаю я, что уж сильно он в этом преуспеет. Не тот народ нынче. Да и предки Фердинанда никогда бы не стали служить как жалкие наёмники в чужеземных странах. Нет, милостивый государь, никогда бы не стали. Ага, а вот и детки бегут!

Между прилавками с ловкостью ласки пробежали Акация вместе с каким-то парнем лет пятнадцати, кряжистым в отца. Рукава его рубахи были подвёрнуты, и на руках играли мускулы: крутить жернов, таскать мешки с мукой или корзины с хлебы хилыми руками вряд ли бы кто-то смог.

- Молодец, Акация, а теперь иди к маме, скажи, что я скоро приду. Только сперва кое-куда зайду, подарок я куплю: день-то сегодня как нельзя удачный! И заодно жертву Тайдеру принесу, не стоит бога торговли гневить! А ты, Стеф, - парень медленно кивнул, поглядывая на нас с Беневалем. - Помоги милостивым государям донести корзины до их кареты...