Николай Андреев – Время Z. Фронт без флангов (страница 10)
Радует одно: света на Украине в ближайшее время не предвидится. Хотели перейти на темную сторону — пожалуйста, сидите в темноте.
Новый Сталинград
Чего я только не успел увидеть за те двое суток, которые прошли с заявления командующего войсками в зоне СВО Сергея Суровикина и последовавших мер по эвакуации населения из Херсона. За последние двое суток в различных пабликах, в приватных разговорах курсировали самые разные версии. Разъяснения Суровикина о «времени непростых решений» подстегнули умы граждан, как впервые встретивших реальное разъяснение ситуации на фронте, так и бывалых военных экспертов. И породили на свет целую пачку версий развития событий, одну сложнее другой.
Одни обвиняют пытливых граждан в паникерстве. Другие — в шапкозакидательстве. Но мы с вами выше всех этих игр разума. А посему предлагаю от вопроса «кто виноват?» перейти к более насущному русскому вопросу — «что делать?».
Безусловно, вскрывшиеся факты возможной украинской атаки на Каховскую ГЭС и, как следствие, прорыва фронта должны в первую очередь сплотить всех нас перед отражением серьезной угрозы. Херсонщина отныне — территория Российской Федерации, а стало быть, мы несем за нее ответственность. МЫ. Не конкретные личности, не генералы и майоры, а МЫ. «Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на своей земле», как гласит Конституция. Простые люди, которые прямо сейчас должны поддержать армию ВС РФ в деле противостояния украинским террористам и карателям.
Я понимаю, есть большой соблазн начать искать виновных в сложившемся положении. Но не нам сейчас собирать расстрельные списки, за нас это сделает история. Прямо сейчас нам нужно сплотиться вокруг освобожденного Херсона, который на глазах превращается в новый символ стойкости русского духа перед лицом вражеской угрозы. В символ сдерживания агрессии. В наш форпост Новороссии — такой же, как ДНР и ЛНР. В новый Сталинград, если угодно.
На фоне различных коллизий последних двух дней прямо сейчас нужна консолидация общества вокруг Херсона. Именно к этому фронту сейчас должно быть приковано внимание всей России. Не только больших дядек с большими погонами — всей России. Точно так же, как символом коренного перелома в Великую Отечественную стал Сталинград, Херсон должен стать ключевым фронтом для всей специальной военной операции.
Только в наших руках сейчас лежит судьба Херсонской области России. Я обращаюсь к солдатам РФ, к добровольцам и мобилизованным — бейте нещадно врага, посягнувшего уничтожить русских. Даже если прорвет дамбу и Херсон будет затоплен — он не должен достаться врагу. Нас всех ждет кровавый бой — не сегодня, так завтра.
И пусть от звуков этого боя на Днепре замерзнет ад…
На пороге будущего
Эти слова из речи Владимира Путина — очередная веха на пути, начатом в 2007 году знаменитой Мюнхенской речью[44]. На протяжении последних 15 лет президент России (с перерывом на премьерство) последовательно и четко отстаивал свои ценности — традиционализм, многополярность, крепкий и уверенный консерватизм вкупе с разумным отношением к позиции партнеров.
Это во многом сработало — все чаще в других странах поднимаются силы, консолидирующие усилия по созданию новых центров многополярности. В первую очередь, все сильнее раздается голос со стороны Китая, последовательно проводящего свою стратегию и инициативу на всем пространстве Азии. Во вторую очередь, это касается Ирана — страны, находящейся в международной изоляции, но при этом стремительно набирающей обороты как ключевой военной державы Азии. Более того, сколько бы скепсиса на моем канале не было бы по отношению к Турции, необходимо все же признать — собравшись вокруг фигуры Эрдогана, турецкое государство превратилось в один из столпов евразийской политики.
Важный момент в формировании новых «полюсов», ключевых точек многополярного мира, заключается в появлении Личности, вокруг которой консолидируются и люди, и сила государства, и с которой страна максимальным образом ассоциируется. Скажешь кому-нибудь название одной из этих стран — Россия, Китай, Индия, Иран, Турция, да даже стремящиеся в этот круг КНДР или Сирия — сразу в голове вспыхнет, кто находится во главе государства. Вы можете не любить этих персонажей мировой политики — но они у вас на слуху, и вы знаете, какой вектор они проводят. Это — следствие народившейся многополярности.
А посмотрите в этом дискурсе на прямых сателлитов «западного полюса» (читай — американского полюса). Они максимально обезличены, не запоминаются; все их действия — лишь буффонада, а сами они блеклые — как ксерокопия ксерокопии. Посмотрите на Европу, страны Латинской Америки (кроме Кубы: хотя братья Кастро уже не стоят у руля страны, оставленное ими наследие работает на сохранение уникальности Острова свободы). Вспомните ли вы, кто руководит этими странами? Максимум вспомните Макрона (поскольку гонора у француза много) — но он затеряется в истории так же, как все президенты Пятой республики после генерала Де Голля. Вот вы помните, что до Макрона было президентом недоразумение по имени Франсуа Олланд? Вот и я уже успел забыть.
Характерный пример получился с Великобританией: недавние 50 дней премьерства Лиз Трасс превратились в полнейшее политическое надувательство. Спровадив в гроб королеву (о чем уже давно мечтала[45]), Трасс видимо выполнила свою историческую функцию — и после этого, наплодив несколько десятков бесплодных обещаний, она растеряла весь кредит доверия даже у собственных однопартийцев. Впрочем, не одной Трасс единой: как говорил мой историк в институте, все британские премьеры, начиная с Мейджора[46] (вот бьюсь об заклад, половина людей и не вспомнит, кто это) — все они, если говорить цензурно, выеденного яйца не стоят.
Единственный вектор Запада и главный апологет однополярного мира — Штаты — как будто сознательно обезличивают своих сателлитов, ставя максимально блеклых и послушных марионеток во главу угла. Создается впечатление, что США, как вампиры, высасывают жизненные силы у этих стран, возвышаясь тем самым над серой массой своих вассалов. Только так можно спасти от развала эту единственную сверхдержаву, все эти годы стоящую одной ногой в могиле.
Безусловно, одной только речью Путина невозможно убить однополярный мир. Но российский лидер и не ставит это своей целью. Наступление многополярного мира — это в первую очередь процесс, долгий и в чем-то мучительный. Прав Владимир Владимирович — мы находимся сейчас на историческом рубеже. И стоит постоянно поднимать эту тему, чтобы зазнавшиеся старцы из «сияющего града» на Капитолийском холме помнили: их время безвозвратно уходит…
А он встал и пошел…
Гениальный по накалу драматизма (и скотства со стороны украинского беспилотника) видеоролик о том, как раненый русский воин три раза отбивал от себя сброшенные гранаты, а потом (как в песне про негра) встал и пошел, — это показательный момент.
Во-первых, публикация этого добра в The Sun потихоньку снимает своеобразный гриф секретности на натуральное свинство украинских войск и околокиевских формирований. Сколько веревочке не виться, конец найдется всегда. То в «Твиттере» евреи пожалуются на свастику у укровоина, то The Sun опубликует кадры, как укры пытаются добить раненого солдата.
А во-вторых, даже на Западе вынуждены признавать, что русские воины проявляют невозможную для изнеженной Европы силу духа и силу воли. Вот смотрит обыватель на такую картинку — и как-то резко желание воевать с Россией у него пропадает. Что же такое несут с собой эти люди, если они даже гранаты руками отбивают?
А ответ прост. Вопреки западной логике, мы не играем в войнушку — мы несем на Украину порядок и справедливость для всех слоев населения. Мы воюем, да — но воюем мы за справедливость. И это не укладывается никак в рамки идеи западной пропаганды о том, что «кровавые русские напали на бедную Украину». Идея о том, что можно воевать не только и не столько за свое существование, но и за то, чтобы «положить душу твою за други своя», напрочь выветрилась из европейского zeitgeist[47].
Вот и выходит, что за восстановление порядка и мира на Украине мы будем отбивать удар за ударом, гранату за гранатой. Какими бы ни были тяжелыми удары судьбы и нанесенные раны, нам предстоит снова встать и вдарить по украинскому преступному режиму.
Черно-белые дни