Николай Акулов – Подарок из прошлого (страница 7)
Не понял царь тут смысла нить, но жбан вина велел налить.
Тот жбан на берег отнесли, на пень поставили, ушли.
Четыре дня тянулись вечно, да где ж принцесса, интересно.
Царь не на шутку был встревожен, а, вдруг вино-то не поможет.
Вот уж и вечер, крик в дали, царь весь напрягся: – что, пришли?
И в зал принцесса тут вбегает, царь с облегчением вздыхает.
А после радости их встречи они остались в зале вместе.
Царь всех прогнал долой за дверь: – ну, дочь, рассказывай теперь.
– Отец, не знаю, как назвать то, что удалось в лесу мне повидать.
Нас встретил бес лицом ужасный, но он не злой, он лишь несчастный.
Его колдун заколдовал, чтоб он в лесу людей пугал.
А молодых, красивых дев еще вдобавок к тому ел.
А он не хочет делать это и ищет колдуна секреты.
И тот секрет известен мне, он заключён в твоём вине.
Сейчас вино лишь молодит, но от заклятья не освободит.
Оно всей силы не имеет, и колдовства не одолеет.
– Мне всё понятно, ты причём, – воскликнул царь тут горячо. -
Всё это связано с тобой? Да не томи, секрет открой!
– Да, мой отец, – вздохнула та, – секрета суть совсем проста.
Тот виноградарь, что вино растит и делает своё,
жениться должен поскорей, и в этом суть, ты мне поверь.
– Фу, напугала, дочь, меня, я тут не вижу горя дна.
– Отец, не перебивай меня, невестой быть должна-то я!
Царь побледнел от вести этой, не может быть, вот так заветы.
На свадьбу бес мне дал пять дней, и мне не спрятаться, поверь.
Коль не исполню тот наказ, погибнут многие из нас.
Что будем делать мы, отец? И так, и так, но мне конец,
от беса быстро я умру, со стариком же поживу.
Но, лучше – быстрая кончина, чем с нелюбимым жить мужчиной.
– Постой, принцесса, лучше сядь, дай в кучу мысли мне собрать.
Чего заранее бить тревогу, да собирайся ты в дорогу.
Одеться проще мы должны, чтоб видно было – не цари.
Поедем в гости к жениху, а там решим, что, да к чему.
Царь кликнул ключника, а тот уже купца к себе зовёт.
В простой залезли тарантас: – купец, ты – кучер, вези нас!
Купец от страха еле жив, но тарантас вперёд бежит.
Вот и гора, а вот ручей, а вот лачуга. И при ней
сам виноградарь месит глину, чтобы слепить пристройку сыну.
Сын уже вырос, стал мужчиной, пришла пора жениться сыну.
Вот и старается отец, готовит сыну свой дворец.
Уже слепил он три стены, одна осталась. До зимы
Успеть надеется старик, и есть на крышу уж камыш.
Тут он услышал стук копыт, глаза поднял и так застыл.
А тарантас подъехал близко, и вышел царь, за ним принцесса.
Идут к лачуге они сами, принцесса ест её глазами.
Убогость сразу ей видна, кругом кричала беднота.
На старика взглянув едва, она лишилась голоса.
Царь в удивленье тоже был, простой как люд живёт, забыл.
Он из дворца уж сколько лет не выезжал на белый свет.
– Скажи, старик, твоё вино я пью один уже давно.
Плачу я золотом, а ты – есть образец всей нищеты.
Ты что же золото всё прячешь, а если нет, то, как иначе
Мне бедноту твою понять, ведь жизнь одна, чего же ждать?
Старик немного помолчал, потом главою покачал.
– Мне не понятны ваши речи, мой господин, но эти плечи
Согнул не княжеский убор, моя мотыга и топор.
Всю жизнь тружусь я на земле и злато видел лишь во сне.
За то вино, что я даю, я медь имею, ей живу.
На хлеб и кашу мне хватает, а другого я не знаю.
– Ну, ладно, с этим разберёмся с тобой потом мы, а сейчас
один вопрос к тебе у нас.
Ты делаешь всю жизнь вино, на вкус всегда оно одно.
Ну а теперь оно другое, как же случилось-то такое?
И тут старик вдруг улыбнулся, расправил плечи, отряхнулся.
– Поверь, мой господин, я сам был удивлён тем чудесам.