Николай Акулов – Подарок из прошлого (страница 17)

– Ну что, пошли обратно, у нас ещё один туннель остался, надо за сегодня всё закончить. А то вон солнце уже смотри где.

Ребята спустились в туннель и вернулись к последней развилке. Повернув в неисследованный ещё коридор, они осторожно двинулись дальше. Шли долго. Пол туннеля начал опускаться, потом пошёл на подъём.

– Точно сейчас на какую-нибудь гору вылезем, – пробормотал Виктор.

– Всё, пришли, – Димка водил фонарём по камням стены, – и ничего нет.

– Димон, метров пять назад слева что-то было, не заметил?

Ребята вернулись назад.

– Ну вот, я ж говорил, – Виктор, взяв у брата фонарь, осветил уходящие круто вверх, каменные ступени. – Я первый.

И Виктор, тщательно осматривая каждую ступень, стал подниматься. На сто двадцатой ступени лестница закончилась. Ребята вышли в комнату. Остановились отдышаться.

– Куда это мы попали, интересно? – Виктор оглядывал узкую комнату.

В дальнем углу светилась пара отверстий. Вдруг раздался резкий звук, приглушённый стеной.

– Тебе это ничего не напоминает? – светя под ноги, Виктор направился к отверстиям. – Ну, ни хрена себе, куда это мы попали?

– Судя по оборудованию, это пилорама, – Димка прильнул к соседнему отверстию. – Только на нашу фабрику не похоже, я там был, к дядьке Семёну ходил не раз.

– Димон, думай, мы ж не в параллельный мир попали, где у вас ещё может быть пилорама. Смотри, кругом тайга.

– Да не знаю я и не слышал никогда.

– Тогда давай рассуждать логически, – Виктор повернулся к брату. – Пилорама, это доски, – так? Доски надо вывозить, – так?

– Где поблизости есть дорога, по которой без особых проблем можно вывозить доски в город или на станцию?

– Не было у нас таких дорог, по крайней мере, я не знаю. – Димка вновь прильнул к отверстию. – Чёрт, плохо видно, тучи натянуло.

– Ладно, пошли домой, а то Дед обыскался, небось, нас уже на озере. – Виктор стал спускаться в туннель.

– Витёк, прикинь, сколько мы сегодня загадок обнаружили, в нашем сонном краю.

– Ну вот, будет чем теперь лето заниматься. Только ты пока никому не болтай, мы сами сначала всё разведаем, идёт?

– Мог бы и не говорить, – буркнул Димка.

Через два часа, они выползли из пещеры, отряхиваясь от паутины и подземной пыли. Димка в руках держал подобранный клинок. Уселись в лодку и, стараясь не шуметь, переправились на свой берег. Дед уже сидел с удочками на их месте.

– Где шлындаете, рыбачки, рыба спать уже ушла, вас не дождалась, – Дед пристально, оглядел братьев.

– Дедуль, мы на тот берег ходили, смотри что нашли. – Димка протянул Деду клинок.

– И где вы его нашли? – Дед повертел клинок в руке. – Небось, в развалинах лазали?

– Угу, – не стал уточнять Виктор. – Дед, а что ты думаешь про этих Солнце – поклонников? Странные они какие-то.

– На то и сектанты, чтобы быть не как все. А вы, никак, за ними подсматривали? – Дед положил клинок на траву. – То-то, смотрю, выгвоздались все. Не лезли бы вы, ребята, туда. Честно скажу, не нравятся они мне. Что-то в них недоброе есть.

– Ладно, хрен с ними, с сектантами этими. Ты лучше вот что скажи, – Виктор сел рядом с Дедом. – На той стороне за развалинами лес проходимый?

– Ну как, проходимый, обыкновенная тайга, ты, что имеешь в виду?

– А дорогу там можно проложить к станции?

– Дорогу, говоришь? Там была дорога, по ней ещё в войну лес на станцию возили, но потом вырубки прекратили и дорогу забросили. А зачем вам та дорога?

Ребята переглянулись.

– Да вот нам показалось, что в той стороне машины гудели. – Димка почесал затылок. – Может такое быть?

– Ну, а чего ж не может, может кто-нибудь браконьерничает. Лес тайком рубит. Надо Василию сказать. Правда, хорошего леса там нет, если только кедрач тырить стали. Сейчас всё может, демократия, – Дед презрительно сплюнул. – Все хозяева, у кого морда шире совести.

– Дед, а это как? – засмеялся Виктор.

– А ты телевизор, когда смотришь, – Дед поплевал на червяка, – обрати внимание, чем больше физиономия заслоняет экран, тем "демократичнее" говорящий, тем меньше у него совести, тем наглее он ворует. Это ж известные разбойники при царе рядом с ними не стояли. Скажи мне, как можно за три года заиметь миллиарды, нигде не работая? У нас вон Демидовых кровопийцами кличут. Так они заводы поставили, добычу организовали и России дали лучший по качеству чугун и железо. Я согласен, кровушки они попили, конечно, вволю. Но так и дело для страны великое сделали. А эти что для страны сделали? Обобрали народ до нитки, распродали всё иностранцам, а остальное разрушили. Вот у нас, смотри, до перестройки была мебельная фабрика. И мебель там делали не абы какую, а с инкрустацией, ценными породами. У нас эта мебель ещё от барина ведётся, аж с семнадцатого века. Он основал эту фабрику и мастеров набирал и обучал. Так по наследству она и передавалась. И мастерство краснодеревщиков тоже, считай, по наследству шло. Отец сына учил. Целые династии в сёлах росли. Были и плохие времена, и хорошие, но, никогда, слышь, никогда народ так не опускали. Помню, Дед рассказывал, при Наполеоне, спрос на мебель упал, но и тогда барин старый своими деньгами мастеров поддерживал. Мебель впрок готовили. Зато после войны всё сторицей окупилось. Тяжело в Гражданскую было. А в Отечественную обидно до слёз. Мужиков на фронт позабирали, а мы, пацаны, ящики снарядные колотили. Но потом вернулись мужики, не все, конечно, многие раненые, но фабрика не заглохла. Заказы были. А при Брежневе так вообще завалили заказами. Да не абы что, а всё в стиле ренессанса, барокко, рококо и другое подобное.

– Ух, ты, я про такое только в книгах читал, – удивился Виктор.

– А картинки ты видел, у нас в фабричном музее такие картинки. – Димка закатил глаза.

– Картинки картинками, но наша мебель везде первые места брала. Мы всем секретарям братских республик мебель поставляли. А ты думаешь, почему у нас в деревне все дома такие богатые и добротные. Так люди работали и зарабатывали. А сейчас, тьфу. Фабрика еле дышит, мастера куда-то пропали. Училище прикрыли, молодёжь не учат. Да что там говорить, разруха. – Дед махнул рукой. – После войны и то такого не было. Зато в магазине бутылок немерено, со всего света, пей, не хочу. Вот и пьют все. Эхе, хе, хе. – Дед горестно покачал головой. – Куда катимся?

– Дед, домой не пора? – Виктор решил отвлечь Деда, – клёва всё равно нет.

– Ну да, ну да, что-то мы нынче засиделись. И вы, пострелы, мне душу раздербанили. Далась вам эта фабрика. Учитесь вон лучше на этих, как его, программистов, вот. В телевизоре про них только и говорят. На них сегодня, получается, всё производство держится и экономика тоже. Кнопку нажал, и деньги из Озерного прямо в Вашингтон за пять секунд, видано ли дело?

– Кстати, Дед, а как озеро это зовут? – перебил Деда Виктор.

– Озером и зовут, а что?

– Что, всегда так и звали?

– Всегда, всегда. Хотя, погодь, мой Дед говорил, что раньше его вроде по-другому звали, а вот как, не помню.

Свернув удочки, пошли домой. Дед шёл впереди, бубня что-то себе под нос. Ребята чуть приотстали.

– Значит, дорога там всё-таки есть. Только мне непонятно, откуда там пилорама? – Димка сосредоточенно думал.

– Кстати, стены кирпичные и не новые, иначе мы б там не вылезли. Что-то там такое, очень старинное.

– Вот вспомнил, – Дед вдруг остановился. – Озеро-то, давно, правда, Малахитовым прозывали. Там, – Дед махнул рукой в дальний конец озера, – был малахитовый рудник. А в деревне мастерские. И камень возили на лодках в деревню. Но это было очень давно. Потом камень кончился, и малахитовое дело заглохло. Вместо него тогдашний барин мебельный промысел учинил. А название почему-то тоже позабылось. Вот ведь как бывает, – Дед озадаченно замолчал. – Ннн-да, однако.

Придя домой, поужинали, и Димка отправился к себе. А Дед с внуком стали смотреть телевизор. Шла какая-то передача про политику. Упитанные дядьки яростно доказывали, что их курс полезней для страны. При очередной рекламной паузе, щупленький пенсионер прочитал свои стихи: "Если б я стал президентом!?"

Шёл я как-то по проспекту, никого не трогал.

Вдруг навстречу мне парнишка заступил дорогу.

Подает газету он, улыбаясь сладко,

вот возьмите, почитайте, это всё бесплатно!!!

Машинально взяв листок, продолжаю путь я.

Развернул, а там портрет: – выбираем Путина!!!

Пробежал глазами текст, всё одно и то же,

нету Боженьки на вас, текст я подытожил!!!

А потом вдруг мысль пришла, вот мы всех ругаем!?

А что сделал я б тогда, вдруг меня б избрали?!

Эта мысль, в мозгах застряв, не дала покою.

Дома сел и записал, чтобы я устроил?

Первое: – ученых всех посадил за карту,

обоснованный проект нужен государству!!!

Где растить, к примеру, рожь, а где землянику,