Николас Спаркс – Возвращение (страница 12)
– Наслаждаюсь субботним утром.
– Вы знали, что я сюда приду! – возмутилась Натали.
– Откуда мне знать, куда вы собирались?
– Понятия не имею. – Подозрительность из ее голоса не исчезла.
– Чудесное утро, красивый вид. Почему бы мне сюда не заглянуть?
Она открыла было рот, чтобы ответить, затем закрыла и, выдержав паузу, произнесла:
– Ладно, меня это не касается. Простите, что потревожила.
– Вы ничуть меня не потревожили, – заверил я и, кивнув на корзину, прибавил: – Купили все, что хотели?
– А почему вы спрашиваете?
– Чтобы разговор поддержать, – ответил я. – Раз уж вы повсюду за мной ходите…
– Не хожу я за вами! – вспыхнула Натали.
Я рассмеялся.
– Шучу. Скорее наоборот – по-моему, вы меня избегаете.
– С чего бы? Мы едва знакомы.
– Вы правы. И мне жаль, что это так.
Казалось, я стою с битой на бейсбольном поле: пан или пропал. Лукаво улыбнувшись, я отвернулся к реке.
Натали застыла на месте, словно решая, уйти или остаться. Я думал, она выберет первое, – тем не менее она подошла ближе и, вздохнув, поставила корзину на землю. Похоже, с третьей попытки я все-таки попал по мячу.
Помолчав, Натали произнесла:
– У меня к вам вопрос.
– Валяйте.
– Вы всегда такой настойчивый?
– Вовсе нет, – ответил я. – По натуре я тихий и замкнутый. Настоящий пай-мальчик.
– Что-то сомневаюсь.
Сапсерферы заскользили, ловя волну. Натали положила руки на ограждение и сцепила их в замок.
– Там, на рынке… – проговорила она. – Простите, что ушла. Наверное, это было невежливо.
– Вам не за что извиняться.
– Мне все-таки перед вами неловко. Просто поймите: город у нас небольшой, людям лишь бы посплетничать. А Джули…
Натали осеклась, и я за нее закончил:
– …болтает больше всех.
– Я просто боялась, что она не то подумает.
– Понимаю, – кивнул я. – Сплетни – проклятье маленьких городов. Будем надеяться, Джули сейчас дома с детьми, а не гуляет в парке, иначе у нее появится компромат.
Я, конечно, пошутил, однако Натали сразу же оглянулась. Я тоже осмотрелся. Прохожие не обращали на нас никакого внимания. Я все равно недоумевал, что плохого могли подумать про Натали, когда она со мной рядом.
Даже если она прочитала мои мысли, то не подала виду. Впрочем, ее взгляд смягчился.
– Как вы готовите пирог из сладкого картофеля? – полюбопытствовал я.
– Вам нужен рецепт?
– Я просто ни разу не пробовал таких пирогов. Хочу понять, какие они на вкус.
– Немного похожи на тыквенные. Я добавляю яйца, масло, сахар, ваниль, корицу, мускатный орех, сгущенку и чуточку соли. Но главное в пироге – хрустящая корочка.
– У вас она хорошо получается?
– Прекрасно, – похвасталась Натали. – Главный секрет – сливочное масло. Впрочем, есть и сторонники маргарина. Мы с мамой пробовали оба рецепта и сошлись, что масло лучше.
– Ваша мама живет здесь, в Нью-Берне?
– Нет, она по-прежнему в Ла-Грейндже, где я родилась.
– Даже не знаю, где это.
– Между Кинстоном и Голдсборо, недалеко от Роли, – объяснила Натали. – Отец по профессии фармацевт. Открыл свое дело еще до моего рождения. У него магазинчик – с лекарствами и не только. Мама тоже там работает, на кассе.
– Когда мы познакомились, вы говорили, что городок небольшой.
– Да, всего две с половиной тысячи жителей.
– Не сложно ли там с аптечным бизнесом? – поинтересовался я.
– Даже в маленьких городках людям нужны лекарства. Кому как не вам знать – вы же врач.
– Был им раньше, – поправил я. – И, надеюсь, снова стану.
Натали молчала. Я разглядывал ее профиль, гадая, какие мысли таятся в ее голове.
Вздохнув, она заговорила:
– Я размышляла над вашими словами. О том, что вы хотите стать психиатром и помогать людям с посттравматическим расстройством. Думаю, вы большой молодец.
– Спасибо.
– А как люди узнают, что у них такое расстройство? Как вы сами поняли?
Странно: мне показалось, что Натали спрашивает не ради поддержания беседы и даже не из интереса ко мне. Такое чувство, что она преследовала собственные, не понятные мне цели. Случись это в прошлом, я попытался бы сменить тему, но благодаря доктору Боуэну мне стало проще рассказывать людям о своих проблемах.
– У каждого по-разному, симптомы могут различаться. Мои протекали как по учебнику. Ночью – то бессонница, то кошмары, а днем я почти все время находился на взводе. Меня раздражали громкие звуки, руки тряслись, я со всеми ссорился из-за ерунды. Почти год я злился на весь белый свет, много пил и постоянно играл в GTA[24].
– А теперь? – спросила Натали.
– Стало лучше. Во всяком случае, мне так кажется. И психотерапевт со мной согласен. Мы с ним по-прежнему беседуем каждый понедельник.
– Значит, вы уже поправились?
– Не думаю, что это излечимо, – вздохнул я. – Скорее, я научился контролировать ситуацию. Хотя бывает нелегко. Стресс сильно усложняет жизнь.
– Я думала, стресс – неотъемлемая часть жизни.
– Конечно, – согласился я. – Именно поэтому его и не вылечить.
Немного помолчав, Натали вдруг иронично улыбнулась.
– GTA? Серьезно? Почему-то не представляю, чтобы вы играли днями напролет.
– Между прочим, у меня неплохо получалось. Это не так-то просто, когда не хватает двух пальцев.
– А теперь вы играете?