Николь Санчез – Игра короля (страница 2)

— Отстань! — Возражаю я, не отрываясь от книги. Сильные руки начинают растирать затекшие мышцы шеи. Я закрываю глаза, тая от прикосновений.

— Я предпочитаю наоборот приставать. — Его дыхание на моей шее посылает волну мурашек по спине, и я борюсь с искушением перевернуться. Даже его шепот был глубокий, с английским акцентом и такой знакомый. Если массажа, который мне делают, недостаточно, чтобы возбудить, то его акцента — вполне. Я опускаю голову на книгу, предоставляя этому загадочному мужчине доступ к спине.

— Позже! Я как раз начала читать самое интересное! — говорю я, мои слова заглушают страницы. Голос звучит нерешительно, и я стону, пока он разминает затекшую мышцу. Я вставляю закладку и откладываю книгу в сторону. — Принцесса Лорелея испытывает лучший оргазм в своей жизни, пока негодяй капитан Джанкарло погружается в нее, а принц Деметриус застрял на заседании тайного совета. Их могут поймать в любой момент, — объясняю я, пока его руки спускаются по моей спине.

— Они делают это там же, где происходит заседание? Потому что ты даешь мне идеи, чем мы будем заниматься в следующий раз, когда нам придется встретиться с Советом.

— Нет, бесстыдник, они не в одном месте… очевидно, что Джанкарло делает это в ее спальне, опасаясь, что ей могут навредить, но на самом деле проблемы внутри дома, потому что она может быть беременна от капитана, а ее муж об этом не догадывается.

Мужчина глубоко рассмеялся. Он убирает мои волосы в сторону и нежно целует меня в шею. Я глубоко вдыхаю запах ванили, корицы и сандалового дерева. Жар пронизывает все мое тело.

— Может, я смогу тебя отвлечь кое-чем? — спрашивает он, прижимаясь бедрами к моей спине. Сквозь тонкую шелковую ночную рубашку, я чувствую, как он становится твердым. Я прикусываю губу, возбуждаясь, и начинаю переворачиваться. Как раз в тот момент, когда я собираюсь увидеть его лицо…

— О Боже, это ужасно.

Я очнулась от того, что Кэт схватила меня за руку. Приходя в себя, я пыталась вспомнить, что произошло.

— Ты в порядке? У тебя идет кровь! — воскликнула она, когда я повернулась, чтобы посмотреть на нее.

Ужас на ее лице заставил меня задуматься, насколько плохо все выглядит. Ее и так бледная кожа полностью лишилась притока крови. Я попыталась вспомнить последнее, что видела, и тут на меня обрушились воспоминания об автобусе, виляющем по шоссе. Я растерянно огляделась по сторонам. Сначала подумала, не было ли это просто плохим сном, но все вокруг ранены. Мы все еще находились в автобусе, но мир вокруг, казалось, отключился. Будто все пространство закрасили акварелью синего цвета.

Кэт протянула руку и коснулась моего лба, и я зашипела, отпрянув от нее. Она огляделась по сторонам и начала рыться в сумках.

Наверное, у меня сотрясение мозга, поэтому все вокруг выглядело так. Травма головы — самое разумное объяснение странной цветовой гаммы. Голубые глаза Каталины были полны беспокойства, когда она взяла меня за подбородок и заставила посмотреть на нее. Мое зрение все еще затуманено, пока я пыталась понять, что находится вокруг.

— Что, черт возьми, случилось? — спросила я, осторожно дотрагиваясь до своего лица. Моя бровь распухла, а на лбу ощущался синяк. Посмотрев на свои пальцы, я увидела, что они в моей крови. Я растерла густую жидкость указательным и большим пальцами, удивляясь тому, как она чувствовалась на моей коже.

Я помнила, что ударилась головой об окно, но не так сильно, чтобы пошла кровь. Решила, что помимо сотрясения мозга у меня еще и кратковременная потеря памяти. Я слишком брезглива, чтобы быть медиком, но насмотревшись медицинских драм, могла оценить обстановку.

Мои мысли начали выстраиваться, пока я приходила в себя и мое зрение прояснялось. Я поняла, что мы не двигались, и посмотрела в окно. Автобус остановился на обочине.

Кэт, увидев мое замешательство, начала рассказывать, что я пропустила.

— Мы зацепились за отбойник. К счастью, водитель смог остановиться. Некоторые девушки сильно порезались, но в основном нам повезло, что мы остались живы.

Я кивнула, хотя и не помнила этого.

Я смутно помнила о падении, но, скорее всего, это было падение с сиденья.

— ДЕВУШКИ! — закричал водитель автобуса, привлекая наше внимание. — Все в порядке? — спросил он, заметно потрясенный. Его добрые глаза полны беспокойства, и, казалось, он постарел лет на десять. Я была так рада, что мои воспоминания об аварии не реальны. Водитель огляделся вокруг, и я, проследив за его взглядом, убедилась, что мы все сильно потрясены, но в остальном все в порядке.

Когда я встретилась взглядом с симпатичной блондинкой, на мгновение, увидела ее пустые глаза и шею под неестественным углом. Моргнув, она отвела взгляд. Я вспомнила, что ее зовут Мэдисон.

Водитель снял бейсболку и провел рукой по лысине, затем спустился по ступенькам и вышел из автобуса.

В окно через плечо Каталины я увидела черный автомобиль на холостом ходу. Высокая фигура, которая, как я предположила, являлась владельцем машины, разговаривала с водителем автобуса. Человек коснулся его руки, и все тело водителя словно расслабилось.

Водитель быстро вернулся в автобус с безмятежной улыбкой на лице, как будто нам всем не грозила верная смерть.

— Вам повезло, дамы. Они проезжали мимо и все видели. Они дадут мне воспользоваться их телефоном, и я позвоню в диспетчерскую, так как тут нет связи. — он поспешно отошел, вероятно, чтобы позвонить.

Женщина с телефоном зашла в автобус с властным видом, и я понадеялась, что она нам поможет. Даже в оцепенении уловила, что водитель автобуса назвал ее «они». Я дрожала, промерзнув до костей, и растерла руки, но никто больше не выглядел замерзшим. Казалось, у меня шок.

— Все в порядке? Я видела, что произошло, и хотела убедиться, что с вами все хорошо. — она выглядела такой же обеспокоенной, как и водитель. Ее темно-карие глаза осмотрели всех, пока каждая девушка говорила, что с ней все в порядке. Я оценила ее заботу, но, если раны незначительны, как сказала Кэт, интересно, почему она так волновалась. Если бы мы упали с высоты, авария, наверное, выглядела еще хуже. На ней было темное платье в пол с длинными рукавами и такой же длинный жилет поверх него. Оно вышло из моды и казалось неуместным в это теплое время года, но я бы убила за эту одежду. В ее длинных каштановых волосах, струящихся по спине, виднелось пару седин. — Дамы, сидите тихо… ваш водитель позвонит в диспетчерскую. Похоже, спустило колесо. — она говорила как агент OnStar.

Ее темные глаза задержались на мне на мгновение, прежде чем она вышла из автобуса.

— У кого-нибудь есть связь? — окликнула одна из девушек, сидящая в передней части автобуса. Мой мозг не сразу узнал Тиффани; ее когда-то черные косы, были распущены, а дикие глаза смотрели в телефон, пока руки поднимали его к потолку в поисках сигнала.

Все достали свои телефоны, чтобы проверить, но разочарованные стоны выдали их. Я увидела свой телефон на полу автобуса и подняла его. Сразу же поняла, что он бесполезен. В какой-то момент хаоса он разбился, и экран больше не загорался.

Меня охватило раздражение, потому что теперь мне придется объяснять родителям, что я разбила свой телефон в результате несчастного случая и поэтому не отвечала на звонки. Когда мы приедем в Сан-Диего, пляжу придется подождать, пока я смогу купить новый телефон, пусть даже временный.

Я повернулась к Кэт и осмотрела ее. У нее порвана куртка, но в остальном она выглядела нормально. Она сжимала в руке свой сломанный телефон, а другой потирала локоть.

— Ты в порядке? — спросила я, положив ладонь на ее руку. Ее руки дрожали, а ее обычное спокойствие улетучилось.

— Ты же меня знаешь! Я просто немного потрясена. Кроме того… — ее голос был высоким, что также ей не свойственно. Кэт перевела взгляд на меня, чтобы лучше рассмотреть мой висок. — Это у тебя рана на голове.

Казалось, она рада, что могла на чем-то сосредоточиться. Моя травма помогла ей прийти в себя. Кэт продолжала копошиться в сумках и достала кошелек, затем порылась в нем. Всегда готовая, она достала пачку салфеток, наклонилась вперед и осторожно прижала несколько штук к ране.

— Она почти не кровоточит, — буркнула я, взяв в руки салфетку. Но, когда посмотрела на нее, та оказалась вся красная, что опровергло мои слова. Я пожала плечами. — Раны на голове всегда кровоточат, а это дешевые салфетки. Кроме того, мне еще и холодно. — я не упомянула, что мне трудно открыть левый глаз… она, наверное, и сама это видела.

— Где ты этому набралась? Пересмотрела «Анатомию Страсти»? У тебя, наверное, шок. Как и у всех нас. — она огляделась, ища что-нибудь еще, что сможет остановить кровотечение.

Я свернула салфетки вместе и прижала к голове сильнее, чем раньше. Мне казалось, что я впадаю в шок… мой пресс начал болеть от напряжения. Я пыталась расслабиться, но волнение возвращалось, и меня бил озноб.

— Где ты этому набралась? Пересмотрела «Анатомию Страсти»? — повторила я за ней, как попугай.

Водитель автобуса вернулся, прервав ход моих мыслей.

— Девочки. Плохие новости: у нас спустило колесо, и у меня нет насоса. И мне не удалось связаться с диспетчерской службой по поводу нового автобуса для вас. — он снял кепку и снова потер голову. — Хорошая новость в том, что та девушка сказала, что ее босс живет рядом и предложил приютить вас, пока я попытаюсь связаться с диспетчерской. Как бы я ни ненавидел сидеть на ровном месте, у меня нет выбора. Слишком опасно оставлять вас, дамы, на обочине дороги неизвестно на какое время. Простите, знаю, что вы планировали сходить на пляж сегодня, но, может быть, у него тоже есть пляж, который вы можете посетить, пока мы ждем.