Николь Лок – Союз страстных сердец (страница 35)
Эврар покачал головой, прижался щекой к ее голове и с наслаждением вдохнул аромат волос.
— Что ж, тогда говори ты.
Он помедлил еще мгновение и начал:
— Сегодня утром мы отправились на охоту вместе с родителями Иэна. Все прошло неожиданно удачно, во многих смыслах. Бальтюс, младший брат лорда, оставался в замке. Ты знаешь, их четверо: Иэн, Гай, Рейнольдс и Бальтюс. Так вот, самый младший упал с дерева, это мог увидеть любой из окна замка.
— Бальтюс…
— Ты его знаешь?
— Сегодня сюда приходили Биделю и Лув. Он все время смотрел в окно, сказал, что увидел Бальтюса с приближенными. — Она запнулась, но продолжила: — Он не говорил, что тот упал с дерева. Когда и где это случилось? — В ее голосе не было удивления, словно все происходящее вполне естественно.
— В тот момент он был один, рядом не оказалось никого из приближенных. В этот раз братья встретились холодно, лишь похлопали друг друга по плечу и не сказали ни слова. Родители казались спокойными, впрочем, Иэн тоже. Их воспитали врагами. Иэна не будут оплакивать ни братья, ни родители. Гай не проронит ни слезинки. Хотя между ними двумя давно что-то произошло, они не общались. Иэн не по своей прихоти спрятал жену и детей. Между братьями давно началось соперничество. Я вот думаю, мог ли Иэн отдать приказ убить Бальтюса?
Марджери вскрикнула от неожиданности. Предположение казалось ей ужасным.
— Но они ведь братья.
— Они Уорстоуны.
— Значит, и Бальтюс мог убить Иэна?
Он не решился поведать о своей роли, хотя понимал, что это трусость. Он не хотел, чтобы Марджери знала его больше с плохой стороны.
— По дороге в замок мы встретили управляющего, он тоже возвращался домой.
— Я видела его мельком в первые дни. Думаешь, он убийца Иэна?
— Он пытался его убить. Отравленным элем.
— О да, я его тоже пробовала.
— Я говорил тебе, что видел Биделю и Лува выходящими из пивоварни.
— Лув спрашивал меня, не я ли его отравила.
— Ты? Но ты бы никогда этого не сделала.
Марджери положила руку ему на колено.
— Скажи, почему ты подозреваешь управляющего?
— Потому что его подозревал Иэн. В зале он заставил его выпить много эля, после чего тот умер. — Он сглотнул и продолжил: — Иэн велел мне вынести труп.
Он ожидал услышать ее крик, стремление вырваться из его объятий, увидеть полные ужаса глаза, но ничего подобного не случилось. Может, она наконец все поняла?
— Я выполнял такой приказ не в первый раз, Марджери.
Она по-прежнему была тиха и задумчива. Лишь дрожь в теле стала ощутима.
Он взял ее за подбородок и заставил поднять голову. Она всегда была храброй и сильной, оттого он забывал, какая она маленькая и хрупкая. Сейчас в ее глазах он заметил нечто более значительное, чем простое волнение.
— Мне жаль, что заставил тебя испытывать все эти эмоции…
Она поняла, что он чудовище.
— Это страшно. Тело еще теплое, а человек уже не дышит. Ты ожидаешь следующего вздоха, но нет… Хорошо, что управляющий умер быстро, не было крови.
Она погладила его по щеке.
— Вот такое я чудовище, Марджери.
Поэтому он хотел защитить ее, прежде всего от себя.
— Ты ведь знаешь, что бы произошло, если бы ты не выполнил приказ? Тебя убили бы. Довольно, Эврар. — Она взяла его за руку. — Ты был обязан подчиняться. Ради сестры и мамы. Скажи, как Биделю? Ей ничего не грозит?
Он неопределенно мотнул головой.
— Я передал тело заботам капеллана, — продолжал он, — и поднялся в покои по тайной лестнице. Если бы тебе грозила опасность, я услышал бы.
— Значит, ты был совсем рядом…
Он всегда рядом. И всегда будет. Сможет защитить ее.
— Ты ждал, не понадобится ли помощь?
Он лишь кивнул в ответ. Возможно, она когда-то поймет, кем стала для него. Но сейчас больше обеспокоена положением сестры.
— Родители Иэна уже были готовы к отъезду со всеми сопровождающими. Мне неизвестно, отчего такая спешка. Может, они причастны к убийству управляющего. Биделю и Лув держались вместе. Бальтюс был там. И Иэн. Стоял рядом с Лувом по другую руку от твоей сестры.
— Так близко? — Она открыла рот и поднесла ладонь к губам.
— Я наблюдал за всеми, стоя в стороне, в тени. Был готов в любой момент метнуть нож, если понадобится.
— Спасибо.
Как просто она это сказала! Подтверждение того, как она добра, как чисты ее мысли. Он никогда не сможет ранить ее сердце, рассказав все, что знает.
— Иэн бросил кинжал в Бальтюса, но твоя сестра заметила, что он целится, бросилась вперед и оттолкнула Бальтюса.
Марджери слушала с замиранием сердца.
— Очень в духе Биделю.
— Потом Лув метнул свой кинжал в Иэна и попал в плечо. Тот повалился на землю. Стоит ли сказать ей, что Иэн упал так, что лезвие сдвинулось и пронзило сердце?
Что он скончался на глазах у всех собравшихся? Нет, пожалуй, сейчас он должен думать о ее спокойствии.
— Хорошо, что дверь закрыта, и ты не могла выйти, иначе могла оказаться поблизости.
— Я благодарна, что ты остался там ради моей сестры. Ужасно, что я вынуждена сидеть здесь взаперти.
Он обнял ее крепче, радуясь, что она не противится. Если сестра ее окажется в опасности, он готов помочь, готов сделать все, чтобы Марджери была спокойна. Если будет нужно, он выломает двери, разрушит стены, но придет на помощь.
Как это ни ужасно звучит, но здесь, в заточении, Марджери в большей безопасности, потому он не будет пока стараться вызволить ее.
Она прижалась к его груди, а он положил подбородок ей на голову. Ему неизвестно, что такое красота, он лишь сейчас начинает познавать ее. Они сидели молча, наблюдая, как тусклый свет разливается по комнате.
— Мне надо увидеть сестру, — тихо произнесла Марджери.
Он ждал этого. А еще понимал, что после Биделю захочет увезти ее подальше от него.
— Семья — самое главное в жизни, — тихо произнес Эврар.
— Но пока мы ничего не будем предпринимать. Нам надо отдохнуть.
Он повалил ее на кровать, и она опять не сопротивлялась.
— Надо очень хорошо отдохнуть.
И он был с ней согласен.
Следующим утром Марджери проснулась еще затемно. Эврара рядом не было. Она даже не заметила, когда он ушел. Удивительно, что она так крепко заснула. Много недель она мучилась от безделья, большую часть времени лежала и спала. Вероятно, всему виной страх и беспокойство из-за последних событий. Она вспоминала и перебирала все рассказанные Эвраром факты. Сестра начала активно действовать, а ей приходится оставаться здесь взаперти.
Это состояние вынужденного бездействия, собственной бесполезности отвратительно. Она никогда не допустила бы подобного, но ее заставила сама жизнь. Это неожиданно напомнило моменты из детства, эмоции, которые она испытывала, когда ее кто-то брал на руки. Она, например, играла в камушки или рассматривала насекомых, а ее подхватывал кто-то из взрослых и переносил в другое место. Позже ей стало казаться, что так будет всегда, если она останется в деревне. А потом она поняла, как родным непросто прокормить еще один рот. Мечты о свободе и нежелание быть обузой заставили ее принять монеты Жосса. Не только ради семьи, но и для собственного блага.