Никодим Батарковский – Нерождённый. Часть 1 (страница 2)

– Товарищ, подскажи, где здесь второй взвод третьей роты? – обратился Зарайн.

– О, это вы удачно подошли, я как раз вас, видать, и жду. Я Риз, будем знакомы.

– Зарайн.

– Каин.

Новобранцы проходили мимо стройных рядов палаток по краям лагеря, через большой плац в кго центре и тренировочную площадку за ним. Недалеко от полигона стояло единственное деревянное здание на весь лагерь, у дверей которого стояла пара людей с копьями. Забор, окружающий лагерь был не ровно окрашен в грязно-белый цвет и заваливался в некоторых местах.

«Милое местечко, будто в родную канаву вернулся.» – пронеслось в голове паренька.

Возле ближайшей палатки на деревянном ящике сидел Поджарый мужчина примерно лет сорока. Его черные как смоль волосы были убраны в аккуратный короткий хвост. Среди прочих его выделял слегка потрепанный военный плащ, что, в купе с относительно опрятным внешним видом выдавало в нем Бывалого вояку. С расслабленным видом он травил компании, собравшейся у костра, военные истории.

– …Буквально единицы. Бывали случаи, когда целые дивизии отправляли в суицидальные кампании, как, например, когда Ян Зоркий отправил пятнадцать тысяч солдат ордена штурмовать Город Жи-Ан. Пиздец, покрошили всех. Просто пятнадцать тысяч голов к замку в телегах приехало. Вояка достал самокрутку, поджег её палкой от костра и хорошенько затянулся едким дымом.

Риз подошел к Вояке.

– Командир, я привел остальных.

– О, еще мясо, подходи не боись, скоро объяснять вам буду что да как, как звать?

– Зарайн

– Я Аластар, документы с собой?

– Да, вот – Зарайн протянул командиру отделения потертые бумаги. Тот в свою очередь бегло прочёл документы и спрятал бумажный сверток во внутренний карман своего плаща, затем вернулся к своему ящику.

– Ну ты по адресу, я – Командир твоего отделения.

Аластар указал какой на место рядом с костром.

– Ну, в общем, присаживайся. До вечера никаких дел нет, заодно расскажешь каким тебя хреном сюда занесло. Это твои товарищи как минимум до следующего похода. – Аластар показал на троих парней, сидящих возле костра.

Пухлый здоровяк подошел к Зарайну и крепко пожал ему руку.

– Меня звать Бабудай, будет кто приставать ты зови, я драки люблю. – Толстячок осветил Зарайна широкой улыбкой и принялся подтрунивать Каина за худобу.

– Слушай, а ты до завтра доживешь? вид у тебя не больно здоровый. – поинтересовался юный мальчуган с наглым лицом, однако Аластар тут же перебил его.

– Ну умрет – его вещи твои, делов то.

– Да нахер мне его обноски, себе оставь. – парировал Колин.

– Пиздеть отставить, – Аластар сказал это то ли с усмешкой, то ли с предупреждением.

Зарайн всё же вмешался, попутно поправляя свою рваную куртку.

– На вид не обращайте внимания, а вещи мои хер кому достанутся.

Все у костра усмехнулись. Все, кроме товарища в тканевом балахоне, что безучастно смотрел вглубь лагеря и, казалось, не обращал внимания на новичка.

Так новое отделение Дворняг в составе шести человек и командира отделения перешучивались и обменивались историями.

Наступил вечер, дежурный по лагерю протрубил команду.

– Строимся на ужин.

Аластар встал со своего ящика и отряхнул свой плащ.

– Ну че, встаём идём жрать?

Все как один повскакивали со своих мест и побрели к общей колонне.

Три куска хлеба, плашка каши и сверток с солью. Такой паёк выдавали на полевой кухне, что находилась в десяти минутах ходьбы от лагеря. В чистом поле стоял с десяток здоровых деревянных столов со скамейками. Мест на всех не хватало, а потому некоторые ели на земле. У одного из ближайших деревьев присел и Зарайн. Он неторопливо зачёрпывал свою кашу деревянной ложкой, попутно разглядывая людей вокруг. Бабудай ходил по столикам и отбирал хлеб у наиболее щуплых. Каин затерялся среди деревьев. Риз напротив старался утихомирить тех, кто отбирал еду у других. Командиры сидели за общим столом, что находился ближе всего к полевой кухне. На их тарелках лежала сочная свинина и жаренный рис.

Новобранцы больше дрались из-за еды, чем ели. В итоге командиры с криками построили роты и вывели солдатню обратно в расположения голодными. Попав в палатку своего отделения парни поняли, что молчун даже не уходил на ужин. Не снимая своего балахона, он старательно чистил покрытый серебром кортик.

– Ты бы его так не показывал. – обеспокоился Риз.

Молчун даже не отреагировал.

А затем прозвучала команда "Отбой".

Глава 2. Доброе утро

– Отделение, подъём! – прокричал дежурный по роте, – строимся перед палаткой. Форма: штаны, голый торс. В темпе вальса!

Новобранцы, не привыкшие к дисциплине, протирали глаза и вальяжно натягивали на ноги ботинки. Уже одетый по указанной форме Аластар стал торопить бойцов, а Каина, который спал, не реагируя на команды, мощным рывком стянул с матраца.

– Кого-то команды не ебут? – спокойно спросил Аластар.

– Одеваемся, строимся.

Утренняя роса покрывала густую траву. Солнце ещё не вышло из-за гор, но свет уже окрасил небо в светло-синий. Воздух был чистым и обжигающе-холодным. Едва продрав глаза, солдаты выстроились в шеренгу. Риз и молчун ещё как-то сходили на солдат, остальных словно выдернули из захудалого трактира. Зарайн и вовсе выглядел как зомби. Всё его тело покрывали старые порезы и разрывы.

– Долго, парни, – отчитал Аластар.

– Сейчас бежим вокруг болот, два километра, строем. Направо, марш.

Командир отделения бежал первым, причем с лёгкостью атлета. Вслед за ним бежали Колин и безымянный товарищ. Слегка позади них бежали Зарайн и Риз. В хвосте с тяжелым дыханием и красными лицами плелись Каин и Бабудай. Повсюду виднелись такие же отделения. Так группами по семь человек вокруг болот бежала вся рота. Свежий запах осеннего утра смешался со смрадом грязной одежды и немытых тел. Кое-где разносились походные песни вперемешку с командами и бранью командиров.

– И что, мы так каждое утро бегать будем? – взмолился Бабудай на полпути.

– Ни пизди, силы тратишь, – урывками отвечал Каин.

– Хвост, подтягиваемся, – донеслось из головы колонны.

Риз, открывший в себе второе дыхание, вырвался вперёд, обгоняя Колина и молчуна. Теперь он пытался тягаться с командиром. Зарайн держал темп, но постоянно запинался о корни деревьев, торчащие из земли.

Первым к палаткам пришёл Аластар. Явно привыкший к утренним пробежкам, он не показывал никаких признаков усталости. Риз и вовсе почти обогнал командира, но немного сбавил на финише. Вслед за ним прибежал явно запыхавшийся безымянный товарищ. С его лба стекал пот, а щеки горели ярким румянцем. Он убирал с лица длинные светлые волосы, но пряди снова и снова лезли в глаза. Зарайн бежал в одном темпе с молчуном, однако в нём не было ни грамма усталости. Кожа всё такая же сухая и бледная. Дыхание было легким и слабым, словно Зарайн не бегал километры, а стоял возле палатки. Колин слегка сбавил темп ближе к концу пробежки, но все равно пришел вместе с отделением и сохранил свои силы. Через пару мгновений из-за поворота замаячили запыхавшиеся Каин и Бабудай. Они едва перебирали ноги, тщетно стараясь хоть как-то выровнять дыхание. Аластар взял деревянную палку и принялся ждать их у палатки. Лицо командира отделения застыло в скучающей гримасе, и он ходил взад-вперед, ожидая капуш.

Когда опоздавшие добрались до палатки, Аластар без лишних слов заехал обессиленному Бабудаю палкой по уху, да так, что последний повалился на землю, а из рассеченного затылка пошла кровь. Каин попытался выставить руки, но палка командира метко влетела второму опоздавшему в ребра, заставив того согнуться пополам.

Колин стоял в растерянности, а молчаливый парень лишь украдкой кивнул, смекнув, что здесь бывает с отстающими. Риз помог парням встать и отряхнуться.

– За палаткой бочки с водой, умываемся, идем на завтрак. После этого

развод. – невозмутимо сказал командир.

– Аластар, а поссать можно? – спросил Колин, слегка пританцовывая.

– Можно за хуй подержаться, – отрезал Аластар, выкидывая палку в кусты.

– у нас принято говорить "разрешите".

– Разрешите? – неуверенно повторил за командиром Колин.

– Держись, – выпалил Аластар, но, видя смешные ужимки Колина, сдался.

– Пиздуй давай.

На завтрак весь взвод выстроился в колонну по двое. Третье и четвертое отделения состоят из тех, кто уже послужил какое-то время. Они выглядят внушительнее и опрятнее. Взвод отправился на плац и присоединился к остальной роте. Командиры отделений стояли в голове своего взвода, а взводные шли в голове роты. Весь этот прекрасный состав раздолбаев вёл Замкор, он же Заместитель командира роты, Лысый мускулистый мужик, покрытый шрамами от основания шеи до макушки. Зарайн затерялся в колонне среди других таких же новобранцев.

– Всем высморкаться! – громко скомандовал Замкор перед заходом на полевую кухню. После того, как рота высморкалась, земля едва не стала болотом. Очередь на получение пайка растянулась на полчаса, не меньше. Солдатам выдали ту же пресную кашу, что и накануне вечером, только на сей раз без соли. От прежних склок за еду не осталось ни следа. Прием пищи закончился едва ли не в тот момент, когда последние новобранцы взяли еду. Взводные с матом построили роты и весь лагерь в колоннах отправился на развод.

На плацу стоял гул. Солдатня перешептывалась между собой, попутно получая подзатыльники от младшего командования за неопрятный вид. Командиры рот вышли к своим подразделениям и, как один, скомандовали.