Никки Кроу – Принц Фейри/The fae princes (страница 14)
Мы – огонь и осколки жизней, прожитых сломленными и напуганными. Мы трахаемся так, словно любовь – это бальзам, который мы боимся использовать.
Мы трахаемся так, словно это происходит только сейчас.
Сейчас.
Сейчас. Сейчас.
Вейн врезается в меня, и от трения между нами у меня все внутри загорается, оргазм накатывает на меня с силой приливной волны.
Я вскрикиваю, обхватывая его лодыжками, вгоняя его еще глубже.
Он вонзается в меня, изливаясь внутрь, бормоча что-то мне в ухо.
Я дрожу в его объятиях, удовольствие проникает сквозь меня, как вода сквозь камень.
Он навсегда изменил меня.
Я люблю его.
Я люблю его так сильно, что это обжигает, и все же я дрожу в его объятиях, мое тело дрожит, как будто оно не знает, что делать со всей этой радостью и наслаждением.
Вейн медленно выходит из меня, затем снова входит, мышцы его спины напрягаются, когда он прижимает меня к себе.
– Я чувствую это, – произносит он тихо, словно скрывает тайну.
– Чувствуешь что?
– Твою любовь, – говорит он. – В моей груди. – Он целует меня в щеку, не отрываясь от меня. – Я чувствую твою любовь, как миллион золотых звезд в бесконечной бездне, которой являюсь я.
Его слова словно ударяют меня в живот, и внутри у меня зарождаются крылья.
Я стискиваю зубы, пытаясь не расплакаться, но уже слишком поздно.
Вейн смотрит на меня сверху вниз, смахивая слезу, и я прижимаюсь к его руке, когда дрожь утихает.
– Обещай мне, что ты всегда будешь рядом.
Он притягивает меня к себе и нежно целует.
– Обещаю, Уин.
Глава 9
Когда я выхожу из своего склепа, я слышу, как их голоса разносятся по коридору. Тихий стон Дарлинг. Громкое рычание Вейна. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не ворваться в библиотеку, сначала посмотреть, а потом присоединиться.
Дверь закрыта.
У нас с Вейном и раньше были общие женщины, но он также любит уединение.
Если дверь закрыта, значит, он хочет, чтобы она была закрыта.
Чтобы на этот краткий миг он мог побыть наедине с Дарлинг.
Я прислоняюсь к стене и закуриваю сигарету. В другом конце коридора за окнами танцует снег. Он громко стучит по стеклу, превращаясь в лед.
Десятилетиями я был заперт в темноте, и надо мной был только звездный свет. Я думал об этом как о своей позолоченной тюрьме, но теперь, когда звезды исчезли, спрятавшись за облаками, я чувствую себя неприкаянным.
Все не так, как должно быть.
Я изо всех сил стараюсь не поддаваться панике.
Эти слова шепотом звучат в моей голове. Снова и снова. Неверленд должен быть пышным и зеленым, небо голубым, ветер мягким, а океан спокойным.
Теперь у нас есть обе тени. И очевидно, что темная тень нашла себе дом, который ей нравится.
Но мой?
Я затягиваюсь сигаретой и наполняю легкие дымом.
Моя тень молчалива, но беспокойна. Это я? Или это тень? Раньше мне никогда не приходилось задумываться о границе между нами.
Я пытаюсь выбросить эти слова из головы.
Уинни задыхается. Стол ударяется об пол.
Я вздыхаю и откидываю голову назад.
Поднимается ветер.
Я не хочу слышать, как они собираются вместе, поэтому я отстраняюсь, возвращаюсь на чердак и падаю в свое кресло. Кожа скрипит. Опершись локтем о подлокотник кресла, я снова подношу сигарету ко рту и смотрю на Дерево Небытия сквозь струйку дыма.
Жучки-эльфы все еще светятся на его ветвях, но попугаи исчезли, и я не могу не принять это за еще один признак того, что все не так, как должно быть.
Даже Потерянные мальчишки, кажется, исчезли. Я не видел ни одного из них с тех пор, как проснулся.
Сигарета все горит и горит.
Я хочу еще одну. Закуриваю еще одну.
Я подаюсь вперед, упираясь локтями в колени.
Паника подступает все ближе, подступает к горлу.
Что сказали духи лагуны в ту ночь, когда утащили меня в свои глубины? Каковы были точные слова? Был ли я слишком сосредоточен на том, чтобы вернуться на поверхность, к Дарлинг, Вейну и близнецам, чтобы прислушаться?
Что, если я что-то упустил?
Было что-то такое в темноте… и свете…
Получив свет, я оказался в ловушке тьмы.
Что, черт возьми, они имели в виду?
Дверь библиотеки открывается. Дарлинг смеется. Вейн что-то шепчет ей. Когда они выходят из коридора, то оказываются лицом друг к другу, Дарлинг стоит спиной ко мне, а Вейн обнимает ее за бедра.
Первым меня замечает Вейн и трезвеет, избавляясь от последствий влюбленности.
Они пересекают комнату.
– Пэн, – начинает Вейн, но я перебиваю его.
– Дарлинг, принеси мне выпить.
Она стискивает зубы. Я чувствую на себе ее взгляд, прежде чем она направляется к бару за моей спиной. Из бутылки вылетает пробка, стакан со стуком падает на стойку. Я слышу, как льется ликер. Вейн пристально смотрит на меня.
Я знаю, что превращаюсь в придурка, когда боюсь.
Я не могу дышать.