Никки Кроу – Король Неверленда (страница 23)
– Оставьте нас, – быстро приказывает она, и остальные расходятся.
Брауни ждёт приказов королевы, сцепив руки за спиной.
Как только в пустой комнате не остаётся никого, кроме них, Тилли поворачивается к нему.
– Эта Дарлинг… Она дочь Мерри, верно?
– Да.
Тилли нервно меряет шагами тронный зал. Полностью его можно обойти за три минуты. Это очень большое помещение.
– Расскажи мне, что ты об этом думаешь.
Догнав её, брауни останавливается рядом с королевой в ярком свете фонаря с жуками пикси.
– Он теряет остров. Я это чувствую.
Тилли кивает.
– И?
– И я не думаю, что у него будет шанс заполучить ещё одну Дарлинг.
Она снова кивает и беспокойно закусывает щёку изнутри.
– Скоро он призовёт меня, и я сделаю то же, что и всегда. Ни больше, ни меньше.
– Надеюсь, вы простите меня за излишнюю откровенность, моя королева, но если вам нужен остров, сейчас самое время его захватить.
Тилли обращает к брауни острый, чуть скошенный нос. От матери она унаследовала кошачьи черты лица, а от отца – воинственный взгляд. Она самая суровая королева из всех правителей фейри в Неверленде.
Брауни рад служить ей.
Но она могла бы сделать гораздо больше.
– Чего желала бы ваша мать? – вкрадчиво спрашивает брауни.
– Динь когда-то любила Пэна, – отвечает она.
– Да, и он убил её. Не позволяйте её смерти быть напрасной.
– Не указывай мне, что следует делать, а что нет.
– Конечно, моя королева. Но… – По сравнению с брауни Тилли – всего лишь младенец. Иногда утомительно пытаться уговорить её действовать. – Возможно, если привлечь ваших братьев, чтобы…
– Категорически нет.
Брауни закрывает рот. Близнецы всегда были её больным местом. Но в то же время они – ценный ресурс, которым следовало воспользоваться, чтобы свергнуть короля.
– Мне нет необходимости что-либо делать, – заявляет королева. – Лишь выжидать, как раньше. Питер Пэн потерпит неудачу, потому что я заставлю его потерпеть неудачу. Он падёт, и тогда я заберу его тень, и трон по праву будет моим.
– А близнецы? – спрашивает брауни.
Королева старается притвориться, что в её сердце не осталось любви к старшим братьям, но он видит её насквозь.
Каждый раз, когда кто-то упоминает их, у неё делается такое лицо, словно из её распоротого живота вываливаются внутренности, как некогда у их отца.
Вот почему Тилли запретила произносить их имена.
– Что там с моими братьями, мне всё равно, – бросает она через плечо, направляясь к выходу. – А пока узнай, где сейчас Крюк. Я не хочу сражаться ещё и с ним.
Затем королева уходит, и брауни приступает к делу.
Глава 15
Спустя час после ухода Черри в комнате появляется Кас и снимает с меня цепь. Сегодня он в рубашке, к моему большому разочарованию.
Из-под воротника чернеет узор татуировки.
– Если ты пообещаешь никуда не убегать, – говорит Кас, – я не буду тебя приковывать.
Я отвечаю ему невиннейшим взглядом.
– Питер Пэн уже разъяснил мне, что идти тут некуда.
Он кивает.
– Я собираюсь в ванную, – предупреждаю я.
– Я подожду. Хочу поговорить с тобой.
Закрыв за собой дверь ванной, подхожу к туалетному столику и смотрю на себя в зеркало.
Я выгляжу так же, как всегда: бледная кожа, большие зелёные глаза, тёмные волосы. Выгляжу так же, но чувствую себя другой.
Протянув руку, касаюсь тусклого стекла. На ощупь оно прохладное, и внутри меня теплом растекается облегчение.
Я моюсь, потом брызгаю в лицо холодной водой. Вернувшись, застаю Каса в кресле: он сидит, поддерживая себя за локоть, уперев в ладонь волевой подбородок.
Что-то его беспокоит. Я чувствую.
Мне хорошо знакома острая тревога. Нарастающее ощущение, будто из тебя вот-вот вывалятся наружу твои собственные потроха и вспыхнут, как фейерверк.
Или по крайней мере для меня это так.
Я сажусь на край кровати.
– Ну, что нового?
Меня держат в плену всего два дня, но с Касом мне уже вполне комфортно, я чувствую себя в безопасности. Думаю, это из-за того, что прошлой ночью у него была явная возможность меня отыметь, но он не стал этого делать.
Он правда хороший.
– Брат рассказал мне насчёт прошлой ночи, – сознаётся он.
– А, ну да.
– Мне жаль, что он так поступил.
– Тут не о чем жалеть.
Он хмурится.
– Мне нравится заниматься сексом, Кас. Я этого не боюсь.
Он выпрямляется, сцепив руки перед собой.
– Тебя похитили и приковали к кровати.
– От этого только приятнее. – Я нежно улыбаюсь ему.
Он вздыхает.
Кас не знает, что я переживала вещи и похуже, чем быть прикованной к кровати. Я поднимаю ворот кофты, чтобы скрыть шрамы.
– Мы не должны трогать девчонок Дарлинг, – произносит он, и в его голосе звучат жёсткие нотки. – Баш тоже это знает, но всё равно нарушил правило, потому что он высокомерный эгоистичный придурок.