Никки Кроу – Их темная Дарлинг (страница 49)

Он не обычный человек. А со сверхчеловеком крайне тяжело бороться.

Вот почему мы включили в наш план Крокодила.

Правда, ему требуется чертовски много времени, чтобы начать что-нибудь поглощать.

Питер Пэн приближается к нам.

– Уже пора, – бормочу я Крокодилу уголком губ.

– Это не сработает, капитан. У меня нет часов. Я не знаю, сколько времени осталось.

Я недоумённо оглядываюсь на него.

Пэн подходит ближе, но не торопится, вероятно, наслаждаясь тем, что загнал нас, как добычу.

– Ну и что, по-твоему, мы должны делать до тех пор? – гаркаю я.

– Мы можем потанцевать, капитан, – Крокодил сверкает зубами.

– Что, чёрт бы тебя побрал, ты имеешь в виду?

Рок вытаскивает кинжал и бросается проверять защиту Пэна.

Пэн уворачивается, но после, когда он возвращается на позицию, Рок наносит ему мощный удар кулаком в живот.

Питер Пэн отшатывается.

Я вытаскиваю меч правой рукой и поднимаю крюк, пока несколько моих людей берут нас в круг на пляже.

Ниже по берегу песок ходит ходуном, словно под ним дëргаются живые звери, и близнецы изо всех сил пытаются устоять на ногах.

Они сражаются со своей сестрой и несколькими её стражниками-фейри.

Один из моих пиратов наносит удар Пэну, и Пэн ловит клинок голой рукой. Через несколько секунд лезвие улетает в лунный свет сотней мотыльков.

Питер Пэн со своей тенью ещё более опасный враг.

Ещё двое моих людей атакуют его. Один стреляет из пистолета, но пуля, попав в Пэна, падает на песок, не оставляя раны. Другой заносит меч, промахивается, а затем Пэн хватает его за горло и сжимает.

Пират багровеет, борясь за глоток воздуха, его ноги отрываются от песка и бесполезно сучат по воздуху.

Рядом со мной Крокодил сгибается пополам.

– В чём дело? – дёргаюсь я.

На его спине проступают позвонки: он наклоняется вперёд. Я хватаю его за плечо, чтобы помочь выпрямиться, и тут же сожалею об этом.

Его глаза сияют жёлтым, зубы удлинились и заострились.

Резкий изгиб носа, выступающие скулы, всё его лицо расплывается по краям, теперь у него как будто вообще нет никаких определённых черт.

Я непроизвольно моргаю несколько раз, словно проблема в моём зрении.

Он больше призрак, чем человек, сущность без чëткого силуэта. Нет ничего, кроме острых щёлкающих зубов и ярких светящихся глаз.

Он рычит, и я, спотыкаясь, отшатываюсь с его пути.

Крокодил бросается к Питеру Пэну, и когда они сталкиваются, Пэна отбрасывает назад, он летит над лагуной и падает в воду в центре.

Громкий всплеск, а затем он исчезает под поверхностью.

Остаёмся мы вдвоём: я и Крокодил, Пожиратель Людей.

Он поворачивается ко мне.

– Мы на одной стороне, помнишь? – говорю я, прекрасно понимая, что сейчас это сомнительный довод.

Он приближается.

– Чёрт возьми, ты возьмёшь себя в руки?

Затем на меня сзади налетает фейри-солдат, и Крокодил перепрыгивает через меня, хватает его, разевая пасть шире, чем это кажется возможным, и пожирает в один укус.

Только что он был здесь – а минуту спустя исчез бесследно.

Я цепенею.

Смотрю на последствия, толком ничего не видя перед собой.

Я что, вконец выжил из ума?

Крокодил вскидывает голову к сумеречному небу и издаёт удовлетворённый вздох.

Затем он поворачивается к другой части пляжа и толпе, оставшейся ему на съедение.

И принимается за дело.

Глава 31

Кас

Я понимаю, что делает Тилли.

Я разбираюсь в магии иллюзий. Как она ощущается. Как выглядит. Но это не значит, что у меня получится с лëгкостью разорвать чары.

Песок подо мной трясётся и расползается, и я не могу удержать равновесие, хоть и знаю, что по-настоящему ничего не происходит.

Баш отпрыгивает в сторону, хватаясь за низко висящую ветку дуба, и машет мне, жестом приглашая следовать за ним.

Я принимаю предложение, и мы оба карабкаемся на дерево.

Сестра взлетает и зависает в воздухе перед нами.

– Молодец, сестра, – хмыкаю я. – Ты загнала нас на дерево. Что теперь?

– Держитесь подальше от этой заварушки и уходите прочь, – требует она.

Мы с Башем переглядываемся. Он насмешливо фыркает:

– Сколько ещё провальных заговоров и интриг ты собираешься намутить, проигрывая каждый раз?

– А похоже, что мы проигрываем?

– Я одного не понимаю. – Я немного смещаюсь по ветке, чтобы приблизиться к ней. – Зачем лезть во все эти хлопоты, если тебе явно не нужен трон?

Она потрясена этим заявлением, как будто такая мысль никогда не приходила ей в голову.

– Конечно же, мне нужен трон. Я сделаю всё, что нужно, чтобы защитить его и весь Неверленд. Я не остановлюсь.

Баш выпрямляется на толстой ветке в развилке дерева.

– Будь он тебе нужен, твои солдаты не были бы такими слабыми. Ты бы тренировала их изо дня в день. Вы были бы готовы к захвату, а сейчас это просто толпа слабаков с помощниками.

Деланая суровость пропадает с её лица. Мои слова попали в больное место, но, что ещё хуже, они близки к истине.

– Почему ты продолжаешь бороться? – спрашивает Баш.

– Этого хотел наш отец. И мать тоже. Она ненавидела Питера Пэна, а он до сих пор правит Неверлендом, будто какой-то бог.

– Больше всего Динь-Динь ненавидела Питера Пэна за то, что он не хотел её, – напоминаю я. – Есть разница.