Никки Картрет – 9 ключей к силе души. От заблуждений – к истине (страница 4)

Целительная любовь наполнила мои мысли, чувства, каждую клеточку тела. Любовь утешала, любовь наполняла меня новыми силами. И дело тут было не в моей собственной энергии. Да, разумеется, свет зажгла я, но то, что волнами заполняло меня сейчас, исходило не от меня.

Любовь! Сила! Свет! Все эти прекрасные, яркие волны энергии устремлялись ко мне из какого-то бесконечного времени и пространства. Но кто заполнял меня? Кто меня исцелял? Ведь не мое же собственное воображение?

Когда волны отступили, и я снова оказалась внутри своего тела, в голову пришла пугающая мысль: «Бог!» Сперва эта мысль причиняла мне боль, потому что я не хотела признавать Его/Ее существования. Наша встреча была неожиданной и нежеланной, я к ней не стремилась.

Но мысль все возвращалась: «Это должен был быть Бог. Это должен был быть Бог».

Путь открывается

Бога познают сердцем.

Жизнь после аварии уже не была прежней. Париж, один из прекраснейших городов мира, утратил свое очарование. Мне уже не хотелось прогуливаться вдоль Сены, пить кофе в переполненных кафе или бродить по выставкам Большого дворца дождливым воскресным днем.

Со своим израненным, покрытым шрамами лицом я не осмеливалась выходить из дома или показываться на людях. Каждый раз, краем глаза замечая свое отражение в зеркале над умывальником, я чувствовала укол страха. Изначальная паника, охватившая меня, когда еще в больнице я впервые приподняла бинты и увидела свое изуродованное, неузнаваемое лицо, никуда не ушла. Она возвращалась снова и снова, как ночной кошмар.

Я знала, что мне нужно уехать из Парижа, подальше от воспоминаний о боли и одиночестве. Меня тянуло в Альберту, к ее жизнерадостным просторам, я скучала по надежности Скалистых гор у себя за спиной. Я поспешила закончить диссертацию по духовной и мистической литературе средневековья, попрощалась со своими профессорами и ближайшим же рейсом вернулась домой, в Канаду.

Жизнь в Калгари была пресной и бесцветной. Я словно оторвалась от мира. Прежние увлечения – театр, бурные споры с друзьями, походы – стали мне неинтересны. Я как будто прилетела с Марса, а не с Венеры. Мою душу переполняли противоречивые эмоции, и не было никакой возможности выразить их.

В один прекрасный день мой мужчина сказал: «Милая, ты выбрала путь, который я не понимаю и по которому я не могу за тобой пойти». Я утратила дар речи. На какой путь я ступила? Куда он меня ведет? Мой друг явно увидел что-то, чего до сих пор не замечала я сама. Я еще не связывала свое растущее недовольство миром с той странной «встречей» с Богом. Но он увидел связь.

Вскоре после этого любимый отпустил меня. Он распахнул двери нашего гнезда, вытолкнул меня на порог и со слезами на глазах сказал: «Лети!». Было начало весны, едва успел сойти снег. Я села в самолет и отправилась в Лондон, чтобы начать там новую жизнь. Мне было больно, я была растеряна, и меня тревожило будущее. Куда приведут меня все эти пертурбации?

Явно не туда, куда я хотела – но, в конечном счете, именно туда, где было мое место.

Сама того не понимая, я вступила на древний путь инициации, который многие проходят в начале духовного странствия. Пробуждение навстречу духовности часто сопровождается расставанием со знакомыми ситуациями и привычным образом бытия. В моем случае оно заключалось в постепенном разочаровании в жизни, которую я знала, в разрыве любовных отношений и в раскрытии навстречу сферам сознания, о которых я прежде только читала и с которыми только предстояло познакомиться.

Я не собиралась выбирать духовную жизнь. Все признаки указывали на то, что меня ждет карьера тележурналиста. В двадцать четыре года меня взяли работать на лондонский канал «Би-Би-Си». Первой моей работой стала должность редактора-аналитика на программе «Шоу Рассела Харти». Это было популярное вечернее ток-шоу, британский «мужской» аналог «Шоу Опры Уинфри», где обсуждение серьезных тем соседствует с шутками, а интервью со знаменитостями перемежаются историями из человеческой жизни.

Крупнейшим моим достижением стал спутниковый репортаж из Флориды (тогда, в конце восьмидесятых годов, это была передовая технология) о хирургической операции по спасению жизни черепахи. В стычке с акулой бедное животное лишилось плавника, и теперь, благодаря щедрому пожертвованию компании «Данлоп», американский хирург пришивал ему новый, сделанный из резины.

Мой редактор был на седьмом небе. Мы первыми дали свежий материал. Мы увели его у конкурентов буквально из-под носа, и даже наши собственные новостные каналы умоляли дать им видео. Я была в восторге!

Этот успех придал мне смелости взяться за освещение не менее причудливого события по другую сторону Атлантики: у Ширли Маклейн выходила книга «На краю», посвященная реинкарнации. Нашему молодому харизматичному редактору не терпелось поиронизировать над ее содержанием. Мысль о реинкарнации почему-то отказывалась укладываться у него в голове. Я вызвалась собрать необходимую информацию. Но в тайне дала себе зарок, что пусть я и не целиком поддерживаю взгляды Ширли Маклейн на реинкарнацию, но сделаю все от меня зависящее, чтобы подготовить хорошую программу и доказать Тому, что ничего смешного в этой теме нет.

Я изъездила всю Англию в поисках людей, которые могли бы убедительно и достоверно рассказать о своих прошлых жизнях. Я подобрала экспертов – тех, кто мог бы их опровергнуть, и тех, кто мог бы поддержать эту идею. В результате мы выпустили программу из двух частей, предоставив телезрителям возможность позвонить и в прямом эфире высказать свое мнение. Ширли Маклейн обвиняли в поклонении дьяволу и провозглашали святой. После программы к нам мешками приходили письма, которые мы с продюсером читали еще много месяцев.

Но затем мое внимание оказалось занято другим вопросом, тесно связанным с предыдущей темой. Проводя исследование я наткнулась на небольшой пригородный домик в северном Лондоне, где молодые женщины-йоги обучали желающих знаменитой индийской раджа-йоге. Именно этот тип йоги входил в обязательную программу обучения древних правителей Индии.

Я хотела поговорить с этими женщинами о реинкарнации. Они рассказывали о душе, медитации и Боге. В то время я еще не понимала, что между ними есть связь.

Меня пригласили в небольшую комнатку на втором этаже. Она выглядела немного странной, но при этом смутно знакомой. Я сидела в старом коричневом кресле напротив одной из сестер. Ей едва ли исполнилось тридцать. Она сидела, поджав ноги, прикрыв их своим белым сари, и куда больше походила на маленькую девочку, усевшуюся почитать, чем на чрезвычайно опытного йога. Пол застилал белый с коричневыми пятнами ковер, удивительно подходивший к креслам. А на стене висела картина, на которой медитировал йог.

– «Йог в блаженстве», – сказала сестра Джайянти.

Я не могла отвести от картины глаз. В ней не было ничего необычного или особо красивого. Только луч света, протянувшийся ото лба йога к маленькой яркой звезде на огромном красно-золотом небе.

– Мы медитируем, соединив свою душу с Высшей Душой. Так мы открываем себя для Божественной силы и любви.

Никогда прежде никто не говорил со мной о душе и Боге так просто и так тепло. Я была готова попробовать. Без всякого труда, словно по волшебству, я вдруг снова перенеслась в Париж, в темную комнатушку, к лучу света, который подхватил сознание и унес его, сквозь время и пространство, на встречу с Богом. И там, в Лондоне, пока я сидела в уютном коричневом кресле, все вдруг вернулось. Оно повторялось – но неожиданно, по-новому.

Свет наполнил комнату, и тогда на меня вдруг хлынула любовь. Необъятная неземная энергия подхватила меня, наполняя светом и радостью. Я хотела заплакать, но не могла. Узнавание было слишком глубоким.

Вспомнилась зимняя ночь в Калгари – мне тогда было девятнадцать лет. Я села на автобус в кампусе и вышла на 16-й авеню. Мне было грустно, и я подняла взгляд к звездам, ища у них мужества и надежды. В тот миг я задала себе важный философский вопрос: «Никки, если тебе когда-нибудь откроется истина, хватит ли тебе мужества последовать за ней?»

Вопрос застрял у меня в горле. Я задыхалась, но была жива и почему-то больше не чувствовала себя подавленной. Под холодным звездным небом Канады я дала себе непростое обещание. Я поклялась, что если когда-нибудь мне откроется истина, я найду – тогда и сама не знала, как – мужество, чтобы последовать за ней.

И вот пять лет спустя йог в блаженстве смеется надо мной…

Господь снова привлек меня к Себе, и перед лицом такого величия я оказалась бессильна. Ноги, сердце, голова – все во мне склонилось перед надежностью Его мягкого присутствия.

Если бы я знала то, что знаю сейчас, возможно, не сдалась бы так быстро. Я не имела представления о различных стадиях духовного пути, о «темной ночи души» или о трансформациях и уроках, которые ждали меня впереди. В тот момент я не могла сделать со своей жизнью ничего другого. Я инстинктивно приняла то, что мне предлагали, полностью, до конца, не оглядываясь назад и не заглядывая в будущее.

С каким-то неизмеримым чувством безопасности я ощущала, что Господь предлагает мне Себя, но и я, в той же мере, возвращалась к Нему. Я была блудной дочерью, вернувшейся домой.