Никита Т – Дары богов (страница 15)

Ей предоставили кабинет, который был оборудован по последнему слову техники. Кабинет имел и суперсовременный компьютер, и новую видеоконференцсвязь, а также огромную плазменную панель, висящую на стене. Все это оборудование позволяло проводить совещания с представителями Московского отделения Интерпола в режиме реального времени, и Дарья этим пользовалась, чтобы скрытно передать информацию своему руководителю. Да и офис – Дарье тоже очень понравился. На работе присутствовало не так много сотрудников, порядка тридцати человек и каждый из них занимался своим делом. Времени на общение с другими людьми – практически не было. И хотя её московский руководитель попросил со всеми познакомиться, она до сих пор не знала всех сотрудников по имени и отчеству и поэтому получила от него нагоняй.

Работа, которой занималась Дарья – была интересной. Ей Нужно было перевести материалы русского перебежчика. Причём начальник попросил её дать расширенные комментарии на полях по тому или иному факту, обозначенному в документах. Портфель был забит бумагами, и предстояла кропотливая работа. Дарья даже взяла часть документов в свой загородный дом, чтобы можно было ускорить работу, и побыстрее её закончить. Хотелось поскорее вернуться в Москву. Хотя бы через месяц. Она скучала по дому и по своей маленькой квартире. Ну и конечно по цветам, которые она оставила на попечении отцу.

«В гостях, конечно, хорошо – но дома лучше», – думала она. Тем более, что в последнее время Дарье стало казаться, что за ней кто-то следит. Она не могла избавиться от этого ощущения, даже находясь в загородном доме. Иногда ей было грустно и страшно, и тогда она набирала телефон Стивена Чизкейна. И лишь после этого ей казалось, что и солнце начинало светить ярче и облака на небе исчезали. Ей нравилось говорить со Стивеном. Он её успокаивал. Разговор с ним – напоминал беседу с психологом. Он всё на свете знал и мог рассеять её тревоги и сомнения.

Дарья посмотрела на бумаги, которые ей предстояло разобрать. Её письменный стол был похож на стеллаж в библиотеке. На нём находилась масса справочников и пособий. Нужно было давать расшифровку не только текста рукописей и документов, но и некоторых понятий, о которых ни она, ни Стивен Чизкейн не только ничего не знали, но и даже не догадывались. Документы можно было разделить на несколько типов. Во-первых, это были выдержки из докладов археологов, принимавших участие в раскопках. Причём раскопки проводились не только на территории Египта, но также на территории ряда прилегающих стран, а также стран Латинской Америки и Евразии. А в отдельной папке находились документы из таких экзотических стран как Эфиопия, Иордания, Судан, Турция и Афганистан. Археологических экспедиций было много и ей было жаль, что часть листов перемешалась. Невозможно было быстро разобрать такой богатый массив информации. Поэтому и работа продвигалась очень медленно. Требовалось много усилий, чтобы правильно сгруппировать данные документы.

Ко второму типу документов относились рассказы очевидцев и военнослужащих. Дарью привлёк рассказ разведчиков, принимавших участие в ликвидации бандитов в Афганистане, которые неожиданно для себя обнаружили древние тексты и изображения, сделанные древними людьми на стенах пещер, в которых время от времени прятались боевики. Дарья отложила эти бумаги в сторону. Она хотела заняться этими бумагами чуть позже. Она не хотела отвлекаться на мелочи и сосредоточила всё внимание на главных трудах учёных и археологов.

Кроме того, в документах содержалось большое количество копий древних папирусов. Ряд текстов был переведён на русский язык, и это сильно облегчало её работу. К сожалению, присутствовали и не переведённые тексты. Требовалась их расшифровка. К текстам прилагались и карты. Карты показывали некие планы раскопок на территории Древней Нубии, которая в настоящее время располагалась на границе Судана и Египта. К части древних карт прилагались подробные топографические планы, сделанные в Египте и Судане совсем недавно. Все эти документы находились в полном беспорядке. Видимо их сюда положили в спешке. Требовалась большая работа по их разбору и классификации.

Кроме данной работы – Снегирёв попросил её делать раз в неделю подробные доклады. Доклады пересылались по электронной почте. Всё, что происходило на работе и дома подробно фиксировалось девушкой. Шефа интересовало всё от её личной жизни до тех заданий, которые давались руководством. Кроме того, он попросил сфотографировать и полученные документы. Над ними работала не только Дарья, но и специалисты, находящиеся в Москве. Благодаря их помощи работа продвигалась намного быстрее.

Глава XXI

Борис Сергеевич Снегирёв работал над расшифровкой очередного сообщения от Дарьи Мороз. Дарья была прекрасным специалистом, ответственным и пунктуальным человеком. Она делала всегда всё правильно и если и получала нагоняй от Бориса Сергеевича, то только за то, что излишне рисковала. Документы, которые она пересылала в Москву, тут же попадали на стол руководства и над ними работали лучшие специалисты данного ведомства. Часть из документов пересылалось в научно-исследовательские институты, прикрепленные к их структуре. Но и Борис Сергеевич их тоже тщательно просматривал.

Таким образом, он всегда оставался в курсе текущей ситуации и всегда мог доложить о своих планах руководству. На этот раз Дарья прислала ксерокопии текстовых документов, содержащихся в портфеле Виктора Ивановича Маковского. И Борис Сергеевич с удивлением обнаружил в них копию своего собственного доклада руководству тридцатилетней давности, и это не могло быть ошибкой.

Не многие знали, что Борис Сергеевич Снегирёв принимал участие в Афганской компании и имел несколько высших советских боевых наград, которые он хранил в своём столе и никому не показывал. Сразу после окончания высших курсов КГБ СССР он был направлен военным советником в эту неспокойную страну. Однако отсиживаться в тылу Борис Сергеевич не стал, несмотря на то, что имелась такая возможность. Он не мог спокойно наблюдать, как гибли советские солдаты в Афганистане, а он профессионал занимался только их боевой подготовкой и обучением. И Борис Сергеевич время от времени принимал участие в боевых операциях вместе со спецназовцами ГРУ. С ребятами у него сложились хорошие и дружеские взаимоотношения. Он уважал их – они уважали его.

Как правило, все операции были успешными, но иногда случались и непредвиденные ситуации. На стороне моджахедов воевали американские военные советники, прошедшие школу вьетнамкой войны. Особенно досаждала советским военным диверсионная группа Марии Карлос. Эта молодая негритянка ненавидела мужчин и особенно советских специалистов. Она обращалась с пленными крайне жестоко, убивая время от времени простых советских солдат и их командиров. И разведчики, тоже не церемонились, если им попадали в плен моджахеды из этой боевой ячейки. Они их в плен не брали и расстреливали на месте.

Борис Сергеевич взял пачку сигарет и закурил. Он не любил вспоминать афганскую войну, слишком много боевых товарищей погибло в горах Афганистана, очень много неухоженных могил осталось в этой стране. Про эти события можно было говорить часами, но лучше их было не вспоминать. В этой стране погиб и его близкий друг, с которым они имели много общего и часто разговаривали о жизни в России и за рубежом.

Недавно Борис Сергеевич прочитал стихи, которые отражали его личное отношение к этим уже далёким событиям. Он вспомнил встречу бывших воинов-интернационалистов и то, как читал стихи один из бывших бойцов, который стал инвалидом и потерял конечность. Сейчас эти людям никто не помогал. Они были брошены на произвол судьбы. Хотя они так много сделали для своей страны.

Афганистан – ты боль моя, Страна несчастного народа. Здесь до сих пор идёт война, Как символ нашего ухода. Солдаты гибнут США, Как раньше мы здесь погибали. Страна войны нам помогла, Понять, что нас уже продали. Теперь у нас идёт война, Но уже с собственным народом, И получают ордена, За дань с невиданным приходом. Афганистан лишь ширмой был, Идут, как прежде, караваны. Живёт тут только криминал, Талибы1 строят свои базы. Здесь правят тёмные дела, Везут стволы из Пакистана, И деньги платят за гашиш, Из Европейского кармана. Здесь женщин продают, как скот, В предгорьях бродят лишь бараны. Вдали стреляет автомат, И мак сажают наркоманы. Афганистан – принёс нам боль, А мы несли лишь просвещенье. Но победил нас всех огонь, Людского зла и отупенья. Мы все продали за «бабло», Что было нашим тут по праву, А Боря пригласил жульё, Чтобы забыть про нашу славу. Погиб здесь цвет моей страны, Пытаясь выйти из неволи. И нет здесь счастья и весны, Лишь только зло войны и боли.

Борис Сергеевич – внимательно посмотрел на свой доклад, и вспомнил те события, о которых в нём говорилось. Доклад был сделан военным инструктором, который имел позывной – «Птичка 1», так на этой войне звали капитана – Бориса Сергеевича Снегирёва.

Этот был тот случай, о котором Борис Сергеевич – никогда и никому не рассказывал, но который потряс его до глубины души. Он иногда ему снился по ночам, и тогда Снегирёв ворочался и мешал спать жене. Борис Сергеевич служил в Афганистане второй год и в скором времени должен был отправляться домой. Он провёл массу успешных операций и был удовлетворён своей работой в этой неспокойной стране. До этого времени у него не было сбоев, и он не потерял ни одного человека из своей группы, что было большой редкостью. У них был дружный и спаянный коллектив профессионалов, и каждый знал, чем ему нужно было заниматься. Все операции заранее готовились. Люди были натренированными, и знали, с чем им придётся столкнуться в горах. На боевые операции отправляли только подготовленные группы военных разведчиков и эти люди, как правило, оставались живыми, несмотря на интенсивность боевых действий в горных массивах Саланга и Гиндукуша.