Никита Шарипов – Выжить любой ценой (страница 78)

— Это создатель? — спросил я, указав рукой на огромного исполина.

— Нет.

— А кто?

— Это я.

Он говорил это настолько непринужденно, что я сразу же поверил.

— Правильно, что поверил. — старец улыбнулся. — Прости, но я не могу не читать твои мысли. Для меня это очень интересно. Хочешь узнать кто я такой?

Я кивнул.

— Если использовать вашу терминологию, то больше всего подходит определение квазиживой организм. Когда-то я был очень могущественным и помогал Древним. Мы были созданы Творцом. — рассказал старец.

— В Бога не верю! — выпалил я.

— В Бога? — старец усмехнулся. — Бога. Б-о-г-а. Странное слово. Сколько у вас их было? Не знаешь? И я не знаю. Мне очень непонятно, как люди могли настолько измениться. Вы придумали себе несуществующего «Бога» и поклонялись ему, но это еще не все — вы создали целые религии, в них вы восхваляли своих многочисленных богов. Я же прав?

Я снова кивнул.

— Но и это еще не все. Используя веру в Бога, вы добивались ужасных целей. Религия — как средство управления людьми. Я отлично анализирую. Все ваши войны происходили по большей части именно из-за религиозных разногласий. — старец стал очень грустным.

— Я знаю историю человечества. И знаю войны которые происходили. — сказал я.

— Даже я не знаю историю человечества!

Голос мощным эхом разнесся по стенам огромного зала.

— Но ты живешь миллионы лет! Я прав? Тебе должна быть известна вся история. — поинтересовался я.

— Я заперт в этой клетке. Очень давно. — старец на глазах стал намного меньше. Съежился.

— Кто тебя запер? — почему-то мне стало очень жалко его.

— Я сам запер себя. — ответил он.

— А Создатель? Ты помнишь его? Как он выглядел?

Старец положил руку на подбородок и задумался, рассматривая пол огромного зала. Я стоял и ждал ответа. С каждой минутой он нравился мне все больше и больше. Волна недоверия отступила, сменившись неподдельным любопытством. Казалось, еще мгновение и я прикоснусь к основам мироздания, узнаю все тайны, которые сокрыты от нас. Стать единственным человеком, познавшим сакральное знание.

Старец медленно поднял голову вверх и заговорил…

— Создатель. Каким он был? Вопрос, который я задавал себе много раз. Я не помню Отца, знаю, что он есть, но не знаю, как выглядит, я не встречался с ним. Мое существование началось очень давно. В определенный момент я просто осознал, что существую. — Старец закрыл глаза и продолжил, — Люди… Знаешь, какими вы были раньше? Великая цивилизация Древних. Вам дали такие возможности, что вы не нуждались ни в чем. Маги и волшебники.

— Маги? — я не совсем понял, о чем он говорит. — То есть ты имеешь в виду магию и волшебство?

— Да. В твоем языке именно эта терминология в большей степени подходит для объяснения наших сущностей. Раньше люди могли очень многое, но потом с каждой волной цивилизаций человечество мельчало, и, теперь я имею место лицезреть современного человека. Вас создавали не такими!

— Почему цивилизация древних людей пала? — спросил я.

— Мы развязали войну. Много тысячелетий нашего существования с людьми прошли в близком взаимовыгодном контакте. Подобных мне было очень много. Мы боготворили Творца. Искали способ найти его и спросить в чем замысел нашего существования. Но он не пришел. Тогда мнения разделились. Появились те, кто не желал видеть Создателя. Началась война. И вмешался старший брат — Закон.

— Закон?

— Ты называешь его Программой уничтожения. Он приходит каждый раз, когда человечество сбивается с пути. Подобно хирургическому ножу, вырезающему опухоль на больном теле человека, Закон уничтожает человеческий род. Его действия очень грубы и не осторожны. Он не умеет думать, а только стремиться выполнить поставленные перед ним задачи. — старец присел на край постамента, на котором стоял один из четырехметровых гигантов.

— Программа Уничтожения — она же Закон. Кто ее создал? И что она из себя представляет? — спросил я, переступая с ноги на ногу.

— Создатель. По своей сущности, Закон — квазиживая высокоэнергетическая структура вросшая в энергоинформационное поле планеты. Его невозможно уничтожить. Он всегда был и будет. Даже если кому-то снова удастся остановить его, то при определенных условиях он вернется снова. — рассказал Старец.

— Получается Закон зло? — спросил я. — Зачем тогда Создатель намеренно создал то, что может уничтожить его творения?

— Закон не может быть злом. Добро и зло — понятия, которые люди придумали гораздо позже. То, что вы называете моралью, у нас она была другой. Древние люди были приближены к Творцу гораздо сильнее вас и всех других человеческих цивилизаций, которые прекратили существование. Древние не убивали друг друга. — старец опустил голову на плечо.

— Но это противоречит твоим словам, — не согласился я. — Ты сказал, что была война, но она невозможна без убийств!

— Ты прав. Тогда мы впервые развязали войну. Человечество разбилось на две противоборствующие стороны. Одни были за поклонение Творцу, а другие против него. Они решили отречься от Создателя, — проговорил старец.

— На чьей стороне был ты? — спросил я.

— Я не мог отречься от создателя, как и мои братья. Мы выступили против предателей. — ответил старец.

— И Закон покарал вас? — спросил я.

— Да. Но сперва мы устроили самую масштабную бойню. Свое первое и последнее сражение я принял именно на этой территории. Сейчас вы называете ее Уральскими горами. Когда-то они были гораздо больше, но в той битве сильно пострадали. — ответил он.

— Вы применили ядерное оружие? — спросил я.

— Нет. У древних не было вооружения. Они в нем не нуждались. Я и мне подобные тем более. Сражение шло на более высоком уровне — мы оперировали реальность, изменяли Законы. — ответил старец.

— Первая война в истории человечества — на почве религии! Ничего не изменилось. — воскликнул я. — Битва Титанов и людей!

— Можно сказать и так. — согласился старец.

— Жалеешь ли ты, что вы развязали войну и тем самым погубили первую цивилизацию? — поинтересовался я.

— Мне не ведома жалость. Только человек может испытывать такие чувства и потом годами жалеть об этом. Я квазиживой организм. Мое существование будет длиться целую вечность. Создатель сильно поиздевался над нами. Он лишил нас эмоций. Мы не можем умереть. Не знаю почему, но люди завидовали нам, и это тоже стало причиной первой войны. — ответил старец.

— Я знаю причину зависти. Человек не может жить вечно. Мы умираем. Даже я слегка завидую тебе! — мне очень не хотелось прекращать разговор. Впервые за все время я встретил того, кто может ответить на все накопившиеся вопросы.

— Кто это? — спросил я, показывая на четырехметровые фигуры, стоящие у подножия статуи-старца.

— Оболочки Древних людей. Вы называете их костюмами. Я их создал. — ответил старец.

— Они внутри?

— Нет. Носители давным-давно превратились в прах. Остались только оболочки, которые держатся благодаря моему воздействию. Эта гробница подчиняется мне. Я ее создал и только я могу разрушить ее. — ответил старец.

— Поле которое сдерживает Мутантов — тоже ты создал? — спросил я.

— Да. Но оно настроено не на мутантов, а на всех, кто подвергся воздействию Закона или Программы Уничтожения в вашей терминологии.

— Почему только я смог проникнуть сюда?

— Воздействие Защитной Системы на твою психику сделало тебя практически неуязвимым. Ты пришел за мной.

— Пришел за тобой? — я не понял ответа.

— Вы ищите четвертый осколок меча — Эфес. Я стану им. — он сказал это слишком спокойно.

— Я не понял тебя.

— Иногда не обязательно что-то понимать. Я изменю себя и приму форму эфеса меча. Ты вернешься наверх. Моя тюрьма разрушится, а защита от Мутантов прекратит работать. — ответил старец.

— Но почему меч? И как ты можешь превратиться в вещь? — спросил я. — Ты сказал, что не можешь умереть!

— На самом деле это не меч, а ключ. Он нужен вам для нейтрализации Закона. Мечом его сделало ваше сознание. Вы видите то, что хотите видеть. — ответил он. — Я говорил, что не могу умереть? Это правда. Но я могу перейти в иное состояние и это не будет считаться смертью.

— Тогда ты должен знать, что нам нужно делать! Расскажи мне как остановить Программу Уничтожения? — потребовал я.

— Я не знаю, как остановить ее, но это знает твой друг. — старец поднялся на ноги и продолжил, — Игнат, возвращайся наверх. Твои друзья уже прибыли и ждут тебя. Защиту от Мутантов я продержу еще один день, но потом ее не станет. Будьте осторожны…

Несколько секунд старец стоял неподвижно, а потом просто растаял в воздухе.

— Эй! Ты куда? — крикнул я.

Мне никто не ответил. Еще несколько минут я пытался докричаться, но ничего не вышло. Бросив пустую затею, я побрел к выходу из древней могилы.