Никита Шарипов – Выжить любой ценой (страница 51)

— Мутация? Нормальных людей или зараженных?

— Зараженных конечно. Они начнут изменятся, но как, я пока не знаю. Мне известно, что они станут умнее и сильнее и начнут приспосабливаться.

— Но как такое возможно? — спросил я. — Чтобы запустить мутацию, нужно вмешаться в наше строение, изменить ДНК.

— Твои знания слишком малы Игнат. Все, что с нами происходит, это действие программы зачистки. «Vivens mortem» — в переводе с латинского «Живая смерть». Я сперва думал, что это сам вирус, который превращает людей в зомби, но все оказалось хуже. Это сложная энергетическая структура, которая может развиваться. Она будет создавать волну за волной, пока не добьется тотального уничтожения человечества. — закончив монолог, Алексей встал и начал ходить около беседки.

— Когда начнется мутация и что нам делать? — спросил я, вставать не было желания, но я пересилил себя.

— Когда начнется не знаю. Но знаю, что мы будем делать! — он подошел ко мне и положил руку на плечо. — Игнат, мы будем пытаться выжить любой ценой! Чего бы это не стоило…

Я продержался два дня. В последний раз посетив Алену, чтобы она сняла мне все швы. Было поразительно наблюдать за столь быстрым процессом регенерации. Поговорка заживает как на собаке тут не уместна, я восстановился гораздо быстрей. Покидая санитарный пункт, в который парни превратили обычную комнату, я увидел много слез. Алена не хотела меня отпускать. Нет, между нами ничего не было. За исключением нескольких объятий. Я обязан жизнью этому человеку, не окажись ее рядом, лежать мне рядом с Семеном и Леонидом.

— Что тебя так манит туда? — спросила она со слезами на глазах.

— Там мой дом. — ответил я совершенно спокойно. Так уж сложилось, но прощаться — не мое.

— Возьми меня с собой! — воскликнула она, в надежде что-то изменить.

— Я не могу. Скоро приедет Добрынин. Они перевезут всех в более безопасное место. — настоял я. Алена разревелась пуще прежнего. Приобняв, я начал нежно поглаживать ее по голове. — Все будет хорошо, вот увидишь. — шепотом сказал я.

Она подняла голову и прекратив реветь, мгновение смотрела мне в глаза, а потом приподнявшись на цыпочках попыталась поцеловать. Поворотом головы я прекратил ее кроткую попытку. Даже если часть меня хотела этого, я не стал это делать. Не стоит давать человеку надежду на несбыточное.

Вырвавшись, она отбежала и встала у окна. На этот раз без слез.

— Я правда не могу. Прости. — сказав, я вышел из комнаты.

— Все решил? — просил меня Матвей. Мы сидели в лесу и разговаривали.

— Более чем. — ответил я. — А ты?

— Да. Я не успокоюсь, пока не найду Хасана. — сказал Матвей. — Он не заслуживает жизни.

— Не передумаешь? — спросил я, в надежде изменить решение Матвея, но он покачал головой. — Хорошо. Делай как считаешь нужным. — я поднялся с земли, отряхнув сухие сосновые иголки со штанов и сказал. — Пойдем. Ради нас устроили целый праздник…

Прощались не долго. Женщины ревели. Броневик стоял у развороченного забора. Снаряжение лежало внутри. Парни заранее заправили. Мы долго спорили кому достанется «Волк», и на правах владельцев отстояли его. Маршрут простой. С Матвеем до избушки Филиппыча, а дальше разбегаемся. На том и порешали.

— Судьба сведет, еще встретимся! — сказал Артем, сковав меня в своих стальных объятьях.

— Обязательно встретимся! — ответил я, сжав его так, что захрустели кости.

— До встречи дружище! — сказал Артем напоследок, и хлопнув меня по больному плечу, ни сказав не слова больше развернулся и пошел.

Артем должен уехать завтра. Он был у входа, когда я крикнул ему:

— Артем! Братишкам из ГРУ привет! Передай, что мы помним!

Подняв вверх сжатый кулак, он простоял так несколько секунд, и зашел внутрь.

— Значит я буду последним! — сказал Смирнов. Он уже поговорил с братом и теперь шел ко мне.

— Нет. Надеюсь последних не будет еще долго. — ответил я.

— И я надеюсь. — Леха сжал меня в своих объятьях. — Долго не прощаемся!

Мы закончили, и я сел в машину. Матвей уже сидел за рулем, а мотор приятно шелестел.

— Игнат, будь осторожен! — сказал Леха. — Нам еще мир спасать…

Я закрыл дверь внедорожника, и посмотрел на Матвея. Ни говоря ни слова он нажал на педаль газа и сорвавшись с места, машина устремилась вперед…

— Легки на помине! — Филиппыч подошел и смял меня в своих медвежьих объятьях. — А мы завтра на поиски выехать собирались! Что-же вы парни так задержались то?

— Возникли непредвиденные обстоятельства! — ответил я. Матвей вышел из-за машины и протянул руку леснику, но тот продел с ним то же самое.

— Обстоятельства у них! — сказал сурово Филиппыч. — То-то я смотрю ты прихрамываешь? Похоже туго вам пришлось. — он сгреб нас своими могучими руками, и слегка толкнул в сторону избушки, при этом сказав — Нечего нам на улице стоять. Сейчас «пиндос» все без нас сожрет!

Мы зашли внутрь, Чарли Тейлор поприветствовал нас, подняв вверх правую руку. Он сидел за столом в инвалидном кресле, с набитым ртом. В наше отсутствие американец заметно поправился.

Мы рассказали все, что произошло с нами от самого отъезда. Чарли Тейлор и Филиппыч слушали не перебивая.

— Что решили? — спросил Филиппыч, когда я закончил.

— Буду искать Хасана. — ответил совершенно спокойно Матвей. — Найду и убью. Чарли составишь мне компанию?

— Извини Матвей. Но я больше не боец. — ответил тот. — Мне здесь нравится.

— А ты Игнат? Поедешь с ним? — перебил всех Филиппыч.

— Нет. Возвращаюсь домой. — ответил я. — Скоро наступят тяжелые времена! Нужно подготовится…

Я уехал на следующий день на рассвете. Впереди лежал долгий путь домой, длинною в две тысячи километров…

Дорога домой всегда быстра. Четыре дня приключений по большой матушке России. Остановки на ночлег, поиски топлива и снаряжения. Борьба с зараженными и несколько стычек с мародерами. Все ничто, в сравнении с возвращением в родные края.

Десять часов утра. Я штурмую Уральские перевалы один за другим. Позади остались города Сим, Аша и Юрюзань. Брошенные машины сильно тормозят, но я уже свыкся. Придется привыкать к издержкам апокалипсиса. Слева остается городок под названием Сатка. Последний рывок и скоро буду дома…

Родной Златоуст встретил привычной серостью. Зараженные лениво бродят вдоль дорог, не слишком обращая внимание на движущийся внедорожник. Некоторые вообще стоят без движения и совсем не реагируют. Странно, но я не стал придавать значения.

Петляя по улицам, я выехал к одной из проходных завода. Ворота оказались закрыты и возле них столпилось около сорока тварей. В бронекапсуле лежит неплохой арсенал, который я пополнил, посетив военную часть. На пассажирском сиденье лежит «АК-18Б» с интегрированным глушителем. Возится с тварями нет никакого желания. Нажимаю на педаль газа и машина послушно устремляется вперед…

У второй проходной та же история. Несколько раз сигналю, остановившись в пятидесяти метрах от ворот, и прихватив автомат выхожу на улицу. Семь тварей уже бегут к внедорожнику, и я даю по ним беглую очередь. Трое падают на землю, но тут-же пытаются встать на ноги. Ловлю голову первой твари в прицел и одиночным выстрелом лишаю жизни. Во второй раз. Через несколько секунд остальные повторяют его судьбу…

Оставшаяся толпа зараженных рванула ко мне, спотыкаясь о тела убитых и падая. Зажав курок, выпускаю оставшиеся патроны и отщелкнув магазин, вставляю новый. Стрелять в толпу очень эффективно. Пули пробивают по несколько тел сразу и застревают в обезображенных телах. Автомат издает щелчок, извещая о пустом магазине. Швыряю его в салон и достаю гранату «РГН». Короткий бросок под ноги бегущим тварям и сразу же сажусь в машину, с ходу закрывая дверь и одновременно включаю заднюю передачу. Пневматическая подвеска гасит инерцию резкого старта назад. Внедорожник успевает проехать пять метров, когда разрывается граната. Находясь в эпицентре взрыва, прямо над ним, один из зараженных подлетает в воздух на добрых три метра, и сделав сальто шлепается на братьев, по несчастью. Ударная волна разбросала зомби в стороны, поразив их осколками.

Оторвавшись от оставшейся группы из девяти уцелевших, останавливаю машину и вновь выхожу на улицу. По тротуару бегут трое, достаю «Глок17с» и стреляю. Через двадцать секунд последний зараженный падает на асфальт, не добежав до меня пару метров.

Проехав прямо по трупам, я представил, как лопаются под весом машины воспаленные головы. Один протяжный гудок и спустя минуту ворота приоткрываются и на улицу выходит плотный парнишка низенького роста с автоматом «Вал» наперевес. Остановившись в метре перед машиной, он направляет оружие на меня, и движением ствола в сторону предлагает выйти на улицу. Напрягать обстановку совсем не хочется, парень просто делает свою работу. Открыв дверь, спокойно выхожу на улицу, подметив еще двоих за воротами.

— Кто такой? — спросил он, скривившись в ухмылке.

— Игнат Шухов. Выживший. — ответил я совершенно спокойно. — Мне нужен Слава Астахов.

— Славян уехал и велел никого не впускать! — парень наконец-то додумался опустить оружие.

— Петруха не тупи! — раздался грозный голос из-за ворот, и спустя мгновение на улицу вышел крупный парень, в котором я узнал одного из ребят Астахова. Врезав легкую затрещину автоматчику, он коротко бросил. — Свали с глаз моих!