Никита Шарипов – Иной мир. Часть вторая (страница 68)

Пройдя ещё немного, мы оказались между домами. Стала понятна причина появления урлоока. Возле магазина, прямо из земли вылез небольшой стальной контейнер, в котором сидела тварь. Судя по изувеченным стенкам контейнера: урлооку не слишком нравилось сидеть взаперти. Острые когти сильно исцарапали металл, а дно усыпано добротным слоем стружки. Что такое человек для когтей, которые крепче металла?

Звук «дилинь-дилинь» известил о неприятности. Следом за ним из динамиков, установленных на домах, послышался неприятный скрипящий голос:

— Очередной выбор сделан. Крови станет ещё больше. Не стоило играть с огнём…

Я посмотрел на горящие руины. Языки пламени достигают шести-семи метров в высоту. Чёрный столб дыма уходит в небо. Хорошо, что нет ветра.

— Может сжечь остальные дома? — предложил я. — Какая разница, нас ведь уже оштрафовали за игру с огнём.

— Давай не будем торопить события. — Андрюха показал на магазинчик, рядом с которым из земли появился контейнер с урлооком. — Сжечь всё мы ещё успеем. Надеюсь, что сжигать не придётся. Пошли в магазинчик зайдём. В здании мне будет спокойно. Достал этот мандраж…

Магазинчик построен из сэндвич панелей. Расцветку имеет сине-белую. В длину метра четыре, в ширину немногим меньше. Почти квадратный. Вход имеет один. Подсобного помещения нет. Лицевая сторона, повёрнутая в сторону дороги, полностью остеклённая, включая дверь. Внутри имеется подобие кассы и много полок-стеллажей, на которых вместо товара стоят фото-панели с изображением различных товаров. Снаружи казалось, что в самый настоящий магазин заходим, а на деле бутафория.

Зачем закрыли дверь не знаю. Замок на двери имеется, вот и зарыли. Жалюзи тоже закрыли. Не закрытого стекла двери достаточно для наблюдения.

Осмотрев магазинчик, сняли лишнее снаряжение и положили его на кассу. Вытащив из рюкзаков по банке тушёнки и термос с чаем, уселись напротив входа на осторожно приведённый в горизонтальное положение стеллаж и приступили к наблюдению.

— Ты прав был. — Я открыл первую банку тушенки и вручил её Андрюхе. — С едой всяко поинтереснее. Особенно с чаем. Война войной, а обед по расписанию. Надеюсь, что нас не потревожат. Чаю налить?

Андрюха покачал головой и принялся уплетать тушёнку, не забывая заедать её хлебом. Я открыл вторую банку и подключился к трапезе. На трясущиеся конечности стараемся не обращать внимания.

Мы закончили есть и успели прибрать за собой, когда урлоок появился в зоне видимости. Огромная обугленная тварь медленно прошла по дороге, не обратив на нас внимания. Шкура, совсем недавно покрытая шерстью, теперь похожа на старую кожаную куртку, которая целый день пролежала на загруженной трассе. В нескольких местах на шкуре виднеется оголившееся мясо, успевшее покрыться бурыми коростами. Впрочем, за короткий промежуток времени всё моё внимание было приковано не к шкуре урлоока. Я разглядывал его лапы. Жуткие лапы, которые могут быть только у гориллы, вот только у горилл нет столь длинных и острых когтей.

— Мутант хренов! — я проводил урлоока стволом винтовки. Как только он скрылся из видимости, мы дружно выдохнули.

— Глаза одного нет, — сказал Андрюха. — Успел заметить?

— Нет. — Я вернулся на стеллаж-скамейку. — Только заметил, что тварь выглядит жутко. Смесь кошки, медведя и гориллы. Ты уверен, что урлоок местная животина, а не плод чьих-то опытов? Не кажется, что его создали искусственно? И других зверей вместе с ним. Кранга, например. Бругара и гориллоида. Всех этих насекомых, чтобы они сдохли!

— Не ты первый об этом задумался, Никита. Увы, но правды нам не узнать. Проблема поважнее имеется. Может закончим третий раунд, а потом подискутируем?

— Давай закончим. Тем более, он не на столько сложный, как предполагал. Путешествие по горам в компании медведя посложнее было…

Зря я это сказал, потому что стоило сказать, и тишину нарушил жуткий скрип. Так скрипит старое железо, если по нему с силой провести камнем.

Следом за скрипом раздался леденящий душу вой, а затем треск. Я подбежал к окну и тихонько отодвинул жалюзи. Увиденное не понравилось: в аккурат между пожаром и нами, прямо на дороге, в битве сцепились два монстра этого мира. Первый — наш хороший жареный знакомый урлоок. Второй — жуткого вида сколопендра, почти вдвое превышающая размерами первого. В Светлом будущем что, о моих фобиях прознали?

Андрюха зашипел:

— Отойди от окна.

Схватка сколопендры и урлоока перестала интересовать меня, потому что из дома, что стоит напротив, один за другим повалили бойцы. Осторожно вернув жалюзи в прежнее положение, я принялся наблюдать за происходящим через тоненькую щель.

Пять… девять… пятнадцать! Пятнадцать хорошо вооружённых бойцов, одетых в костюмы песочного цвета. На голове каждого мотоциклетный шлем, а грудь и спину закрывают бронепластины.

— Целое отделение, Никита. — Андрюха тоже наблюдает через щель в жалюзи. — Нам нужно быть тише воды и ниже травы.

— Нам нужно было сжечь этот дом. — Я посмотрел по сторонам и подвёл итог: — Если по нам откроют огонь, то этот скворечник не задержит ни одну из пуль. Плохо дело, Андрюх…

Тишина сменилась грохотом пятнадцати стволов. Стёкла магазина, укрывающего нас, задрожали. Звуки боя урлоока и сколопендры утонули в шуме стрельбы.

Я жестом показал, что нам нужно переместиться к дальней стене магазина. Андрюха громко сказал:

— Пусть они завалят монстров, а потом будем думать, как завалить их. Накаркал ты, Никита. Я бы сейчас лучше в горы вернулся. Там было проще…

Фрагмент 5

Чем закончилась перестрелка мы не увидели. Пятнадцать стволов прекратили стрелять примерно за трёхсекундный интервал. Через стекло двери было видно нескольких, и они поспешно ретировались. Затем была чёрная тень и раздались вопли ужаса, которые тут же утонули в звуках возобновившейся стрельбы.

Мы почти расслабились и успели подумать, что от наших пятых точек отлегло, когда в одну из неостеклённых стен ударило что-то мощное. Магазинчик, сделанный из сэндвич-панелей, зашатался, обещая сложиться, словно карточный домик. Второго удара не последовало. Сколопендра уже взобралась на крышу и это стало понятно по тому, как она выгнулась.

Синхронно начав материться, мы рванули к выходу. Пули засвистели, разбивая стекло и пластик. Тем, кто лупит по сколопендре, находящейся на крыше, явно не мешает попрактиковаться в стрельбе. Точностью даже не пахнет.

Андрюха первым схватил свои пожитки и ломанулся к уже лишившейся стекла двери. Я не стал одевать рюкзак и бросился следом. Один метр до Андрюхи и можем выходить. Грудь взорвалась болью, словно по ней врезали кувалдой, а в глазах появилась болезненная чернота.

— Никита…

Кто-то зовёт меня. Хочу дышать. Хочу, чтобы прошла боль.

— Никита, сука ты такая, я что, должен подыхать вместе с тобой?

Чернота отступила, и я увидел лицо Андрюхи. На мою голову льётся холодная вода. Господи, как всё-таки прекрасно дышать.

— Меня подстрелили? — сумел спросить я. Готовая вот-вот провалиться крыша и свистящие в опасной близости пули, играючи прошивающие магазинчик насквозь, почти не беспокоят.

— Подстрелили, но ты не ранен. — Андрюха схватил меня за разгрузку и потянул, намереваясь поднять на ноги. — Ты немного головой о нашу скамейку-стеллаж приложился. Жить будешь. Гарантирую! Готов на марш-бросок до ближайшего дома? Он всего в двадцати пяти метрах.

Не без Андрюхиной помощи я встал на ноги и кивнул. Боль в груди мешает. Она отвлекает. Злит!

— Погнали, Ермак!

Собрав волю в кулак и силы, которых пока достаточно, я рванул за товарищем. Мы вылетели из магазина, не открывая двери и, наверное, похожие на двух напуганных зайцев.

Я начал отставать, но незначительно. На середине дороги Андрюха ушёл в отрыв на метр. К двери ближайшего дома он подбежал с опережением в пол секунды. Не заботясь о сохранности плеча, снёс её и влетел в просторную прихожую.

Радуясь, что по нам не стреляют, я тоже вбежал в дом и увидел, что Андрюха успел бросить рюкзак на пол и уже находится у стола-щита. Очередное спасибо разработчикам квеста. Что бы мы делали без ваших бонусов?

Опрокинув стол, мы уселись возле него на пол. Выстрелов всё ещё нет. Неужели нами никто не интересуется? На улице вроде стреляли, но не по нам, и продолжают постреливать.

— Урлоок искромсал минимум половину из тех пятнадцати бойцов. — Андрюха отстегнул почти пустой магазин и швырнул его под кухонный гарнитур. Вставив новый и дослав патрон в патронник, он спросил: — Ты как, Никита?

Я показал большой палец и вернулся к осторожному ощупыванию своих рёбер. Пуля ударила меня в район правой грудной мышцы. В самый её низ. Есть вероятность, что сломано одно или несколько рёбер. Бронепластина немного деформировалась, но ещё послужит. Один из запасных магазинов никуда не годится. Пуля пробила его насквозь, словно не заметив.

Избавившись от негодного магазина, я с трудом добрался до бронепластины и сумел вытащить из неё деформированную пулю. Вручив товарищу сплюснутый кусочек сильно деформированного металла, спросил:

— Сможешь калибр назвать? Шаришь в этом?

Щелчком пальцев отправив остаток пули в полёт под гарнитур, Андрюха ответил:

— Смогу. По тебе попали старым добрым «7.62×54». Только винтовочный патрон мог так легко сбить человека с ног. У Светлого будущего хорошая броня. Поблагодаришь их, Ермак?